Жорж Милославский. Угнетатель 4 (СИ) - Ра Юрий - Страница 52

Когда мы шли против течения, нас никто не ждал, так что кроме одного смелого таможенника в устье реки, иных контактов с имантцами не имели. А сейчас иное дело — нас ждали, были уверены, что такой большой корабль не растворится в прибрежных зарослях, снова пойдет по реке. Ну и дождались.

Сначала напротив безвестного городка подгребли непонятные люди в приличных одеждах. Представились начальником городской стражи, помощником бургомистра и еще кем-то. То есть в лодке народу было больше, но только трое имели право голоса, остальные имели весла и всякое колюще-режущее на поясах.

— Вы кто такие⁈ С какой целью находитесь в водах Иманта?

— А вам какое дело? — Кричу сверху. — Городская стража? Так и вертайтесь в город, нет вашей власти на реке!

— Мы представляем власть! Городскую! Королевскую! Кто такие, спрашиваю!

— Жорж граф дер Долинол виконт дер Прист Крушитель. В свой прошлый визит, нанесенный в земли славного королевства Имант, не имел оказии пройтись мимо вашего городка, увы. С другой стороны, зато он и сейчас стоит на берегу реки. Правда, удачно вышло?

— Вы что, угрожать вздумали⁈

— Что вы, ни в коей мере! У нас же мир с королевством Имант. Или вы имеете другое мнение об этом вопросе? Тогда прошу нападать.

— Вы нас неправильно поняли, мы вас не удерживаем. Просто хотели осмотреть корабль, груз. Опять же непонятно, с какой целью вы находитесь тут.

— Ах это. Следую транзитом мимо ваших земель. Торговать или пополнять запасы намерения не имею. Жечь замки, разорять сёла, грабить — тоже нет. Не в этот раз. так что можете грести отсюда, а то ваши уже умаялись против течения выгребать.

Разговор наш через борт проходил в тёплой дружеской атмосфере, так что я не дал команды принять швартовый или убавить парусов. Всё то время, пока мы мило общались, лодка с городскими шла на веслах на расстоянии этих самых весел. Нам-то что, а вот гребцы уже ждали окончания переговоров. Активно ждали, не снижая темпа.

— Я приказываю вам остановиться!

— Э, ты кто, вообще? Шевалье Как-там-тебя, давай мы тебя на палубу поднимем, и на дуэли ты расскажешь, если успеешь, что ты там приказывал!

— Я лицо, облеченное властью, мне нельзя на дуэль!

— А у меня нет намерения топить вашу лодку. Пока нет, но еще пара минут, и оно появится. Пошли вон отсюда!

И они пошли вон, причем мне показалось, что гребцы начали свой элегантный манёвр без команды. Что значит, опытная команда подобралась. Если бы я не знал, что телеграфная и телефонная связь тут отсутствует напрочь, решил бы, что на нас настучали по телеграфу. Потому как следующий комитет по встрече нарисовался уж больно вовремя. И чего им неймётся, спокойно же себя веду.

Что-то покрупнее прошлой лодки и даже с парусом шло наперерез «Угнетателю», демонстрируя торжество отваги над здравым смыслом. Практически в последний момент суденышко отвернуло от фатального столкновения, а знакомый чиновник на носу начал кричать что-то такое, на чиновничьем языке. Ну знаете, всякие слова из числа тех, какие нормальные люди не произносят, «предписывается», «надлежит», «не чините препятствие».

Вот как вы понимаете фразу «не чините препятствие»? Я сразу вижу внутренним взором беговую дорожку с расставленными на ней барьерами. Миг, и по ней несется толпа накачанных атлетов, разносящая эти самые препятствия в своей неуёмной тяге добежать до финиша. А потом выходит дядечка пропитой внешности с инструментами в сумке и начинает чинить препятствия. День не закончился, сейчас тетки побегут. И тут с трибуны прибегает этот — не чините препятствия!

Ах да, чиновник, еще более храбрый, чем в нашу прошлую встречу. Оказывается, нам надлежит и даже предписывается пристать к кому-то, а потом не чинить препятствие досмотру. И приставать мы должны до рассмотрения нашего положения и соответствующего распоряжения.

— Слышь, клоун! Ты берега не попутал⁈ — От неожиданности молодой резкий таможенник аж начал крутить башкой и разглядывать оба берега реки, не попутал ли он их? Убедился, что берега на своих местах и успокоился.

— Я имею полномочия…

— А силы ты имеешь? У меня прошлый раз не было ни одного нормального корабля, спасибо твоему королю, подогнал четыре штуки. Сейчас у меня под ногами каравелла, и я готов сразиться со всем вашим флотом, если конкретно ты предложишь начать боевые действия. Или попытаешься применить силу. — На этой фразе из-за моей спины раздался дружный хохот. Уж очень баталию посмешила фраза про применение силы этим субчиком.

— Королевский указ от…

— Твой король мне не указ! Как соберусь к вам в гости или поторговать, так всенепременно озабочусь соблюдением указов и законов в части меня волнующей. Кстати! Передай его величеству, что граф дер Долинол готов к сотрудничеству и взаимовыгодной торговле. Пристань я построил, есть что вам предложить.

Мне не столько хотелось похулиганить, скорее вдруг стало интересно, смогу ли я смагичить со структурой древесины с расстояния в тридцать метров. Разу огневиков и прочих боевых магов эта дистанция считается плёвой, то чего бы и мне не научиться фигачить за сотню шагов. Не сразу, но почему бы и нет? Короче, труха, она и есть труха. Мачта переломилась чуть выше основания, не выдержав напора паруса. Кто-то упал за борт, кого-то долбануло — я не вглядывался и не рвался помочь этим горе-проверяльцам. Мы просто шли своим курсом, слушая вопли ушибленных, крики бултыхающихся, указания руководящих этим бедламом.

— Да, выходить в море с гнилой мачтой последнее дело. И вообще отходить от причала надо в полной исправности. — Припечатал ван Шелл, покосившись на меня. — Граф, ваших рук дело?

— Руки тут не причем, это всё магия.

— Хорошо вышло. Теперь никто ничего не докажет.

— А чего доказывать? Пусть у меня спросят, я запираться не стану.

Но на шлюпке, если это шлюпка, никто меня ни о чем не спрашивал, народ боролся за живучесть, вытаскивал утопленников, собирал мешающий теперь парус. Короче, у людей дела, я не стал им мешать, задерживаясь возле суденышка. Меня маркиз ждет, небось. По идее он в Новом Порту на «Крушителе», а с ним должна собираться флотилия купцов, которых я взялся сопроводить. Соберёмся и ходу через Срединное море!

В Срединном море, как только мы в него вышли, нас подхватил хороший такой ветер, и вообще, разница между плаванием по реке и морским путешествием огромная. Ты просто кожей ощущаешь, что на реке еще час назад с тобой ничего не могло произойти, а здесь в море может случиться всякое. Даже в русалок и кракена начинаешь верить какой-то частью разума. Или это не мозг, а задница начинает нашептывать?

А что это за пара парусов виднеется?

— Отсюда ничего не разобрать, ваше сиятельство. — Я опять это вслух сказал? — Но если они будут идти прежним курсом, мы с ними скоро повстречаемся.

— Прекрасно, барон! И что нам делать?

— Убегать. Или не убегать. Что вам восхочется.

— А это вообще нормально, когда ты плывешь себе куда-то, а за тобой увязываются непонятно-кто?

— Если следуешь в большой порт, то нормально. А как сейчас — подозрительно.

— Я предлагаю ничего не предпринимать. Если будут догонять — утоплю. Мне так восхотелось. Изготовить кормовое орудие к бою!

Сказал бы, что началась предбоевая суета, но нет. Парусная вахте делала своё дело, морские пехотинцы до сих пор не получали команду раздоспешиться, они весь путь по реке проделали в кожаной броне. А орудийной прислуги слишком мало, чтоб навести суету в масштабе корабля. Просто расчехлили пушку, оттерли от свиного сала, чтоб моему сиятельству не противно было с ней управляться. Подогнали флягу с пресной водой высокой очистки, снаряды выложили, оба вкладыша в казенник, наоборот, смазали. Ваш-сясьтво, пушка к бою готова!

А дальше только ждать. То, что далекий от моря человек представляет себе как стремительное действо, на самом деле длится часами. От момента, когда замаячил непонятный парус, до проявления враждебности проходит много времени, иногда столько, что успевает стемнеть. Тогда агрессор заново начинает искать свою жертву в безбрежном море. Сейчас так не вышло, смутная пара парусов на горизонте достаточно быстро превратилась в два полноценных набора парусного вооружения. Если верить Пеле, так могло быть, если нас конкретно ждали и сразу поставили все паруса, как мы вышли из гавани. Могли ориентироваться на наши мачты, а могли и с берега маякнуть.