Оберег воплощения (СИ) - Григорова Юлия - Страница 35

Вместо этого я ответила мужчине и обхватила его нижнюю губу своими, втягивая, пока его язык протиснулся и коснулся моего. Незнакомец не только пах орехами, он и на вкус был такой же. Мне хотелось передать ему своё наслаждение, чтобы и он испытывал его. Кажется, у меня получилось… Рука скользнула с подбородка по моей щеке, пальцы коснулись скулы, прошлись по ней в ласковом прикосновении.

Момент испортил резкий приступ боли. Вытерпеть его оказалось невозможным. Я издала неразборчивое мычание, и мужчина разорвал поцелуй, но не отстранился, а так и застыл возле моего лица.

— Всегда мечтал поцеловать настоящую леди. Если понравилось, обязательно повторим, когда вы будете в своём теле. Это мне не очень нравится. Я вас обязательно найду, — со всё той же весёлостью проговорил мужчина и подмигнул. — А теперь, пока вы не поменялись обратно, я вынужден вас связать.

Очередной удар по голове, и я взвыла в голос, согнулась пополам и ощутила, как незнакомец развернул меня к себе спиной, обхватил запястья и принялся что-то делать с ними. Для этого ему пришлось оторвать мою руку от виска.

Цветные круги перед глазами увеличились. Буквально сразу они превратились в чёрно-белые спирали, что летали и врезались прямо в меня, заставляя откидываться назад до тех пор, пока затылок не столкнулся с чем-то твёрдым.

Ещё удар, ещё и ещё. В четвёртый раз голова врезалась в мягкое, а на лоб легла чья-то шершавая ладонь. Рука показалась тёплой и приятной. Меня прижали к груди и успокаивающе покачивали. От человека знакомо пахло ненавистной лавандой. Я знала всего двух людей в своём нынешнем окружении, кто мог так пахнуть даже в жутких дорожных условиях.

— Папа? — едва слышно выговорила я и поняла, что во рту пересохло. Голос хрипел.

— Да, Ëль, это я, всё хорошо, я с тобой, родная, — заботливо произнёс отец. Он продолжал баюкать меня и поглаживал затылок, болевший от ударов.

Первое, что удалось увидеть, когда глаза открылись — это взволнованное лицо Трея. Ищейка сидел рядом, прямо на земле и заглядывал мне в глаза. Переведя взгляд на папу, я натянуто улыбнулась, но это не помогло успокоить его. Прежде мне никогда не доводилось видеть лорда Арроганса настолько взволнованным.

— Принесите ей воды, — скомандовал Трей себе за спину.

Не прошло и секунды, как ему в руку всунули бурдюк, который тот поспешно поднёс к моим губам. Промочив горло, я самостоятельно смогла сесть и прислониться к дереву. Тому самому, под которым ложилась спать.

— Что случилось? — спросила я, пытаясь осмотреться по сторонам. Солнце ещё не успело подняться из-за горизонта, но где-то между деревьев забрезжил рассвет. Дорога, разлом и лес никуда не делись, всё осталось на своих местах, а вот кровать и мужчина с серебряными волосами пропали. Может, это был просто сон? Фантомное прикосновение губ к моим заставило откинуть эту мысль. Меня точно целовали, и это было по-настоящему. Это оказалось приятнее, чем я ожидала. Теперь было понятно, почему даже самые скромные дамы в Гебирде позволяли мужчинам делать с собой такое…

— Мы надеялись, это ты нам скажешь, — настороженно проговорил отец.

Посмотрев на него, я перевела взгляд на Трея и нервно сглотнула вставшую поперёк горла воду.

— Надо осмотреть её затылок, — распорядился ищейка, покосившись на папу. Тот кивнул и приблизился ко мне, пытаясь раздвинуть пальцами волосы и что-то там увидеть. Отшатнувшись от него, я выставила руку ладонью вперёд и посмотрела на Трея, спросив:

— Зачем?

— Ты билась им о подушку, а потом о дерево…

— Я этого не делала, — резко отрезала я.

— Ëль… — закатил глаза отец.

— Я в порядке! — соврала я и попыталась встать, но пошатнулась.

Папа всё ещё поддерживал меня за затылок и потому успел подхватить и помог подняться на ноги. Только оказавшись в вертикальном положении, смогла увидеть то, чего не было вчера.

Через разлом были перекинуты два связанных ствола с обрубленными ветками. Благодаря верёвкам они примыкали друг к другу вплотную, не оставляя свободного пространства. Из-за разной длины конструкция казалась опасно близко к краям трещины, но даже здесь их подстраховывали дополнительные верёвки и большие камни.

Рот невольно приоткрылся от вида того, как по этому самодельному мосту, пританцовывая, разгуливал Прай. Мужчина делал это легко и непринуждённо, а я неосознанно сжалась от страха, представив, как он срывается и падает в разлом.

Гвардейцы стояли на самом краю трещины и с опаской поглядывали на ищейку, в то время как Яра следила за каждым его шагом, застыв возле верхушки одного из поваленных деревьев. Она казалась готовой броситься вперёд в любую минуту, если с мужчиной что-то случится. С её любимым мужчиной. Осознание этого накрыло меня, и я перевела взгляд на Трея. Главный ищейка уже поднялся на ноги следом за мной, но не обращал внимания ни на кого вокруг.

— Как давно вы все не спите? — прямо спросила я.

— Пару часов… — заговорил он, но раздавшийся грубый голос вынудил мужчину замолчать и заскрежетать зубами.

— Кто-то вообще никогда не спит. Хватит уже с ней нянчиться. Я давно предлагаю перенести вас на ту сторону и продолжить путь, но кое-кто, видите ли, мне не доверяет, а сам на такое явно неспособен, — недовольно фыркнул Прай. Он в три шага оказался в конце самодельного моста и спрыгнул на землю. — От того, что вы полдня будете её допрашивать, мы всё равно ничего не узнаем, а лишь потратим время зря. Ни один из нас не обладает должными знаниями, чтобы понять, что это было, а значит, без представителя церкви это не разгадать. Предлагаю уже тронуться и не тратить время даром, — от голоса и слов мужчины так и разило презрением и злостью.

— Ëль не слушай его, если ты что-то можешь рассказать нам… — отмахнулся от Прая папа.

Убрав от себя его руки, я провела ладонью по затылку и нащупала небольшую шишку. Прикосновение к ней отдавало ноющей, противной болью. Виски, как ни странно, не подавали признаков, что по ним били, это показалось удивительным. Зато губы горели огнём и требовали продолжения поцелуя, хотя именно их никто не касался.

— Мне нечего рассказать. Боюсь, здесь наглец прав. Я была в какой-то комнате. Там был мужчина и кажется, я пыталась его убить, но что-то пошло не так, и он пытался меня связать…

— Тебе снился эротический сон без моего участия? Тогда это точно не заслуживает нашего внимания, — фыркнул Прай. — Предлагаю начать переводить лошадей, это всё равно займёт какое-то время, — он развернулся на каблуках и направился в сторону привязанных животных, полностью проигнорировав злой взгляд, которым его наградил мой отец.

— Я не знаю, что это был за сон, и сон ли вообще, — запнувшись, продолжила я, пытаясь вспомнить другие детали, но ничего в голову не приходило, а говорить про поцелуй точно не стоило.

— Прай прав, нам это ни о чём не скажет, если вы не заметили каких нибудь отличительных признаков места, где находились, — согласился Трей. Он провёл ладонью по волосам, взлохмачивая их.

— Что это могло быть? Вы не могли меня разбудить? Я что-то делала здесь, пока спала? — разразилась я вопросами и осмотрела место, с которого только что поднялась. Возле походной подушки лежало два скомканных одеяла, а я понятия не имела, откуда взялось одно из них.

— Возможно, Прай прав, и это просто плохой сон. Мы пока перенесём все вещи на ту сторону, а вы умойтесь, поешьте и будем переводить вас одной из последних, — подвёл итог Трей и вопросительно посмотрел на меня в ожидании одобрения. Кивнув ему, я ещё раз провела ладонью по затылку и убедилась, что волосы в жутком состоянии. Ищейки явно многого не договаривали, особенно про рокировку телами, как это назвал незнакомец из сна. — Яра, помоги леди Иоланте, а ваша помощь потребуется нам с вещами, — распорядился Трей, задействовав всех участников путешествия, и моего отца, в том числе.

Пока я приводила себя в порядок при помощи Яры, явно недовольной этим занятием, уже рассвело. Мужчины переводили лошадей одну за другой, предварительно завязав им глаза повязкой. Они делали это крайне аккуратно и медленно, направляя каждый шаг животных.