Оберег воплощения (СИ) - Григорова Юлия - Страница 17

Горничная передала мне своё платье, а сама направилась к кровати. Это казалось просто невероятным! Я не любила носить чужую одежду, но здесь выбора не было. Обувшись, я принялась натягивать наряд и краем глаза наблюдала за служанкой, но никаких признаков того, что она притворялась, не замечала.

Понадеявшись на свои открывшиеся способности, заставившие Лиама ползать по клумбам весь день, я завязала передник и повернулась к зеркалу. Пышные распущенные волосы выдавали меня, их пришлось в спешке заплести в косу, но цвет всё равно слишком бросался в глаза. Вытащив из шкафа первый попавшийся плащ, я надела его и накинула капюшон.

План только сейчас начал казаться диким, но никакого другого в голову не пришло. Кроме матери, мне было не у кого искать защиты, а ждать утра явно не стоило.

Выскочив из-за ширмы, я посмотрела на кровать. Служанка послушно закуталась в одеяло с головой, повернулась лицом к окну и смотрела на штору. Замешкавшись, я задула все свечи и погрузила комнату в темноту. Искать путь к двери пришлось на ощупь. Гора осколков в самом центре спальни была хорошим ориентиром, особенно когда стёкла захрустели под ногами.

Выскользнуть в коридор оказалось самым простым. К моему величайшему сожалению, в такой час он ещё не был пуст. Мимо прошло двое гвардейцев, привычно патрулирующих дворец. Учтиво кивнув, они не замедлили шаг, и я решила не придавать им значения. Даже если они и узнали меня, пока мне, видимо, не запрещено покидать комнату, и это хорошо.

Сорвавшись с места, я поспешила к ближайшему выходу на улицу, стараясь спрятать лицо под капюшоном и периодически поправляя выбивавшиеся короткие пряди волос за уши. За окнами стояла темнота, но дворец не спал. Отовсюду раздавались голоса, смех, звон бокалов и звуки музыки. Пока обитатели веселились и вели обычную жизнь, моя перевернулась с ног на голову.

Я была не сильно посвящена в религиозную тему, но всегда считала, что знаю достаточно. Слышала и читала про святую триаду, во имя которой и была создана церковь. Нас учили, что когда-то давно в мире существовали только божества. Их было трое: солнце, вода и земля. Потому их и называли святая триада. Мир создали именно они. Они зародили жизнь, зародили всё, что нас окружало.

Когда появились первые люди, божества захотели лучше узнать их, и для этого они создали свои воплощения и сделали их по образу и подобию людей. Эти существа бродили среди нас и пытались понять нас.

Чтобы помогать людям, они научились управлять ими. Чтобы лучше познать человеческие эмоции, они впитывали их и передавали другим. Но из-за слишком сильного сходства с людьми воплощения стали принимать их беды, как свои. Они пытались исправить все невзгоды, защитить каждого человека от горя и несчастий, спасти всех, кого могли.

Они не справлялись, ведь их было всего трое. Из-за человеческих эмоций, обрушившихся на существ со всех сторон, они постепенно сходили с ума, не в силах вынести это. И тогда вмешались божества и разделили обретённые способности между воплощениями так, что у каждого сохранилась лишь одна.

Солнце стало управлять людьми. Вода — читать эмоции. Третьему, земле, досталась незримая аура. Её сила оказалась способна удерживать двух других воплощений от безумия. Только она могла уберечь мир в случае, если бы они сошли с ума и устроили хаос. Если же воплощения объединялись, то сила каждого росла и становилась не ограниченной расстоянием. Вместе, втроём они могли влиять на каждого человека, где бы он ни находился.

Это было всё, что я знала. Исходя из этого, я каким-то образом родилась новым воплощением божества, о чём не подозревала. В это верилось с трудом. Но когда на твоих глазах человек делает всё в точности, как ты ему сказала, хотя всего секунду назад он смотрел на тебя с недоумением, то невольно поверишь в свою уникальность.

До дверей в нижний сад я добралась без происшествий. За мной никто не шёл, ну или я его не видела. За всё время мне встретилось несколько человек. При других обстоятельствах я даже не запомнила бы их.

Дверь, что вела в нижний сад, оказалась не заперта. Более того, она была открыта на распашку и подпёрта камнем. Очутившись на улице, я боязливо осмотрелась по сторонам.

Впереди в саду не горело ни одного огонька. Ровные деревья и кусты, извилистые дорожки и работавшие фонтаны остались на своих местах, но оказались погружены в вечернюю темноту. До ушей долетали приглушённые звуки шагов по гравию, всплески воды и редкие тихие голоса.

Луна пряталась за казавшимися чёрными облаками и изредка бросала блёклый свет на всё вокруг. Отойдя от двери, я прошла вперёд и остановилась. Дорожка огибала дворец, почти облизывая стены. От неё отходило несколько тропинок, что вели непосредственно в сад или к главной аллее. Ночной ветер пронёсся мимо меня, заставив ветви ближайших кустов зашевелиться. Я поёжилась от холода и обхватила себя за плечи. Хоть ночь и должна была быть тёплой, почему-то это было не так. Или всему виной моё плохое предчувствие?

Где-то недалеко приглушённо рассмеялся мужчина. А с левой стороны раздавались размеренные шаги. Скорее всего, очередной патруль гвардейцев направлялся как раз в мою сторону. Нужно было срочно решать куда идти, но ноги приросли к земле.

На белых каменных стенах дворца плясали тени, отбрасываемые факелами. Они были вставлены в металлические крепления на одинаковом расстоянии друг от друга. Свет от них освещал небольшую часть дорожки, не позволяя ей полностью погрузиться во тьму. До любого из выходов за пределы территории дворца мне придётся идти в полумраке.

Что я творю? Это какое-то безумие. Я узнала, что являюсь воплощением божества всего пару часов назад, а уже сошла с ума! Идти поздним вечером, без денег, без еды и воды, в одном плаще и платье служанки — настоящее самоубийство. До дома два часа верхом, но сколько идти пешком? Я никогда не ходила так далеко!

Нет, я точно спятила. А если на меня нападут по дороге? Меня пробрал жуткий озноб. Я сильнее закуталась в плащ и впилась пальцами в предплечья, пытаясь успокоиться.

Побег к матери казался единственным путём к спасению, но разве она сможет защитить меня от ищеек церкви? Их власть распространялась на всех и везде, и если пойти против них, что сделают с моей семьёй? Трей грозил привести сюда весь корпус ищеек. Это сколько человек? От пришедших в голову мыслей горло сжал спазм, вынудив поспешно сглотнуть несуществующий ком.

Быть воплощением божества могли только три человека во всём мире. Если верить тому, что я знала, люди рождались такими, с этим ничего нельзя было сделать, никак исправить или повлиять. Раз эта роль досталась мне, церковь никогда не оставит меня в покое. Трей сразу заявил об этом.

Как бы противна ни была мысль о тех, кто будет моими спутниками, и при каких обстоятельствах они получат позволение увезти меня, я вынуждена была с ней смириться или придётся провести всю жизнь в бегах от церкви. А судя по разговору в кабинете, не только от неё.

Развернувшись, я поспешила назад. Глупо было затевать побег, хорошо, что не успела зайти слишком далеко и вовремя остановилась. В тот момент, когда идея пришла в голову, я была в бешенстве и думала эмоциями, нежели головой. Как теперь смотреть в глаза служанке… Да какая мне разница? Нам предстоит не так много времени провести в одном дворце, и даже если она успеет разнести какие-то слухи обо мне, это будет неважно.

Обратный путь занял меньше времени, ведь я не прислушивалась к обстановке и не останавливалась, пытаясь понять, есть ли кто за следующим углом. С трудом удерживая себя от желания перейти на бег, не стала поправлять слетевший с головы капюшон. Уже не важно, узнает меня кто-то или нет.

Коридор, в котором располагалась дверь в мою комнату, был пуст. Последнюю его часть я позволила себе пробежаться, но у самого входа в спальню остановилась, выровняла дыхание и ворвалась в помещение без лишнего стука.

— Вставай, всё отменяется, я отдам тебе платье.

Когда дверь открылась, луч света из коридора осветил гору битого стекла в самом центре. А ещё он упал прямо на кровать и выхватил из темноты ту её часть, на которой лежала девушка.