Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ) - Баковец Михаил - Страница 1599

– Давайте, – кивнул я. – Что нужно делать?

– Помочь с выгрузкой личного состава и имущества команды с сухогруза на берег. Полякова обещала, что с этим никаких проблем у вас нет.

– Разумеется, поможем.

– Дальше мне нужно будет осмотреть окрестности, чтобы подыскать место для площадки машин и личного состава, очень желательно, чтобы все они находились рядом. Без обид, но я здесь не доверяю никому,несмотря на все инструктажи своих политиков. Ваши приказы для меня имеют высший приоритет, пока не поступят из Кремля другие, но вот в деле защиты моих людей и имущества группы с техникой я буду полагаться только на себя и хочу быть, кхм, базой на базе. Это ясно?

– Думаю, согласуем к взаимному удовольствию, – хмыкнул я, выдержав пристальный взгляд собеседницы. – И в этом случае именно вы будете отвечать за любое происшествие со стороны ваших подчиненных, причём, наравне с нарушителем. Это ясно?

Та усмехнулась:

– Разумеется.

Вертолётчики прилетели к нам после полудня, а окончательно собрались все в кучу незадолго до полуночи, так как доставка грузов и личного состава вертолётной тестовой группы затянулась из-за огромного количества вещей. Я помню, как происходило с переброской армейских подразделений, когда сам служил. Тогда батальон, к примеру, перемещался с минимумом имущества, буквально оружием, суточным сухпайком и вещмешками из каптёрки. Следом на место подтягивались машины с палатками, бензогенераторами, цистерны под воду и прочее барахло. Очень часто всё это растягивалось на несколько дней даже с учётом, что переброска производилась всего на полторы сотни километров максимум. И никогда, сколько помню, всего в полном объеме не подвозилось.

В этом же случае Калмыкова привезла с собой все мелочи, вплоть до запаса бумажных носовых платков и ручной установки для пробивки скважин для воды на глубину до тридцати пяти метров. В качестве жилья вертолётчики использовали палатки разной вместимости из особой ткани, предназначенной для эксплуатации в местах с жарким климатом.

Спецназом командовала Горнова Наталья, подполковник войск специального назначения, эхора третьего ранга. Она привезла с собой два десятка молодых женщин, среди которых простых людей не было совсем, только эхоры от первого до третьего ранга. Правда, последних вместе с командиром было всего четверо. Семь «двоек», остальные имели первый ранг.

Всего же в Африку прибыли восемьдесят пять человек, среди которых было всего семь мужчин, пять техников и два санинструктора.

Примечательно было то, что среди «косолапых» нашлись знакомые Горновой и пары её подчиненных. Фактик, который заставлял задуматься о том, насколько плотно я нахожусь под колпаком спецслужб своей Родины.

Вертолётчики устроились на самом краю базы, огородив свою территорию (немаленькую, хочу заметить) двумя рядами колючей проволоки, мало того, в нескольких местах ещё накидали мотков какой-то капроновой нити или лески, невероятно прочной и самозатягивающейся, стоит попасть в неё. Каких-то проблем они не доставляли, исправно несли службу, выполняли предписанные полётные задачи по патрулированию и поддержки автопатрулей. Единственное что пришлось сделать, так как это изменить схему патрулирования, переместить один из планируемых фортов и добавить на проектную карту ещё один такой же. Хорошо, что ещё не успели его (третий форт) построить и изменения никак не ударили по базе.

Наблюдая за тем, как буквально на глазах вырос крошечный военный городок в центре которого застыли несколько грозных винтокрылых машин, я вдруг подумал о личном самолёте. Небольшой рабочей лошадке, которая могла бы возить на Мадагаскар или на север, в цивилизованные места. Это в несколько раз сократить дорогу, не придётся тратить сутки и больше, чтобы добраться до Мадагаскара. Для этих целей мне хватит и того аппарата, на котором я сбежал в Шуанси после покушения в городском кафе. Правда, для него нужна хотя бы самая простенькая взлётная полоса, раз тут нет озера, откуда можно взлетать с поплавками вместо колёс.

Вся эта круговерть, начавшаяся с прибытием вертушек, меня касалось постольку поскольку, так как я плотно был занят пациентами. На меня упали не только уже имеющиеся – раненые и калеки, приехавшие из России, но и пострадавшие рабочие на строительстве, вместе с частью военных в команде Калмыковой, которые очень болезненно проходили акклиматизацию и уже успели подхватить местные болячки, несмотря на все прививки. Точнее, из-за них они и заболели, так как их вакцинировали дома и тут же послали сюда, не дав придти в чувство от последствий уколов.

Глава 11

Проверив на одной из курсанток свои силы, я использовал ещё одну ампулу со стимулятором, чтобы поднять до следующего ранга вторую «электронщицу», а остатки энергии ушли на Миру.

На этом я решил остановиться и вновь вернулся к идеи создать эхора из обычного человека, тем более, что слова Кристины о некоей народности на севере России прочно застряли в моей голове. Я собирался навестить их и провести данный опыт. Тем более, с таким-то козырем в виде ампул, подаренных Поляковой, сам Бог велел хотя бы попытаться это сделать.

Для начала я решил точно узнать, что же из себя представляют эти раскольники-староверы. И что за народность такая эрзя-ирза или как там правильно называть этих людей.

К моему сильнейшему огорчению, информации в интернете оказалось очень мало. Самую суть мне уже до этого сообщила Кристина: невероятно редко рождаются эхоры, ведут приусадебное хозяйство, стараются дистанцироваться от цивилизации и пользуются лишь крохотной её частью, крайне набожны, и их вера – смесь язычества и христианства. Так же упоминалось, что они сильно почитают сверхлюдей, считая, что в них находится искра Творца, НО только тех, кто вышел из их семей.

Немного узнал об истории народа. Правильно их называть – народность эрзя, эрзяне. Достаточно воинственный народ, при этом честный и чтит договора даже во вред себе. Отсюда и затишье на севере страны, так как остатки народностей эрзя, мокша и другие до сих пор чтят мирный договор, который был заключён их вождями с русскими правителями больше двух веков назад. Кавказцы, которые могут в течении года заключить договор и разорвать его несколько раз в этом плане им проигрывают. Понятное дело, что тут всё дело в менталитете, вон сами русские порой этим грешили.

Эрзяне, мокша – это мордва, в той стороне чаще всего можно услышать именно такое название, объединяющее две народности. На восемьдесят девять процентов они православные, восемь-девять чтут языческих богов и духов. И один-два процента относятся к тем самым раскольникам, открестившихся ото всех. Не знаю, насколько отличается их история от истории моего старого мира. Ну, ещё может, стоит отнести к важным моментам, что раскольники – не чистокровная мордва. В их крови куда больше русской красной жидкости, чем от коренных жителей.

К слову, прочитал в интернете не только про них. Например, узнал, что главные участники всех советских анекдотов, чукчи – это ещё более воинственный народ и при покорении их земель пролились реки русской крови от мечей из лосиных рёбер, костяных острог с копьями и ножей из китового уса. Чукчи держали все окрестные народности в страхе даже тогда, когда на Север пришли русские солдаты с казаками. И точно так же, как и мордва, они отличаются скрупулёзной честностью. Возможно, эти факторы имеют одинаковые корни, хотя и лежит между ними гигантское расстояние в тысячи километров.

«Ну, чукчи мне не нужны, тем более, у них своих эхор хватает, плюс, далековато до них идти, – хмыкнул я, рассматривая фотографии тех и других, – а вот с раскольной мордвой пообщаюсь».

Эрзяни практически ничем не отличались от русских, даже, на мой взгляд, были более русы, чем россияне: светлые волосы, светлые глаза, высокие, стройные. Именно такой образ в народных сказках и песнях закреплён.

Наводить мосты я хотел втайне от российского правительства. Для этого связался с мадам Фоке.