Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ) - Баковец Михаил - Страница 1555

- Здравствуй, Санлис Рекдог, – скрипучим одышливым голосом произнесла женщина. – Обращайся ко мне – мадам Фоке.

- Хорошо, мадам Фоке, – ответил я и следом задал вопрос. – Как понимаю, вы прослышали о моих способностях целителя и приплыли попросить помощи?

Парень на моих словах дёрнулся.

- Тихо, Ркел, тихо, – остановила его пиратка, потом ответила на мой вопрос. – Я никогда не просила никого или только тех людей, от которых зависела. Да и то подобное случилось в последний раз более трёх десятков лет назад, Санлис. За это время я отвыкла…. просить… кха, кха…

Индус засуетился возле медицинской аппаратуры, которой в соседнем отсеке было столько, что места для лежанки больной и медбрата едва хватало. Через минуту кашель прошёл, но ещё две или три женщина собиралась с силами для разговора.

- Не просила, но приходится вновь вспомнить это из прошлой жизни, – просипела мадам. – У меня саркома лёгких и позвоночника, жизни мне обещано не более пары недель.

- И вы хотите продлить её? Жизнь, я имею в виду? – негромко произнёс я.

- Смерти я не боюсь, но мне страшно за своё дело, которое может разрушиться после того, как уйду к богам. Увы, я так и не успела подготовить преемницу на своё место. Ни одна кандидатка не смогла выдержать испытания и проверки. И если я сейчас…

Очередной приступ скрутил пиратку, и мне пришлось терпеливо ждать, когда она придёт в себя.

- … кха, кха… моё дело, точнее, дело всего моего рода важнее моей жизни. Меня проклянут духи предков, если на мне всё закончится. И я говорю тебе… прошу – помоги. Сможешь?

Да уж, вот это бабульку припёрло. Вроде бы в двадцать первом веке живём, а такой средневековый фанатизм. Если, конечно, она не играет роль. Тут, если жить захочешь, то любую сыграешь. Да так, что сам Станиславский с того света спустится и крикнет от всей души: верю!

- Я не могу диагностировать вас через эту перегородку, – кивнул я на особое стекло, не позволяющее использовать мои способности эхора. – Желательно, чтобы между нами её не было или, что ещё лучше, чтобы я находился рядом с вами.

- Это невозможно, – не выдержав, вмешался в разговор индус. – Здесь поддерживается стерильная атмосфера, открытие две…

- Ркел.

- Простите, мадам, – мигом прервался парень и как мог, согнулся в поклоне, чтобы ничего не задеть, – простите.

- Тебе откроют дверь и пропустят ко мне, – сказала пиратка, переведя взгляд с подчинённого на меня. – Я многое о тебе слышала и рассчитываю, что твоих сил хватит, чтобы помочь мне.

- Сделаю, что смогу.

Дверь, через которую вошёл в салон, щёлкнула и отошла на сантиметр, чрез секунду её полностью распахнули снаружи.

- Наверное, вам здесь стоит остаться, там мы все не уместимся. Зато через окошко всё увидите, за мной присмотрите, – я посмотрел на Русту с Сури. – Или на улице подождёте?

- Я тут буду, пусть Сури снаружи проконтролирует, – приняла решение ластавка, выгоняя недовольную венесуэлку на жару.

В больничный отсек меня запустили через кабину водителя, где очень быстро и столь же профессионально осмотрели, потребовав сдать практически все вещи – от часов до блокнота с карандашом и солнцезащитными очками.

Запах больницы в отсеке с мадам Фоке был невероятно сильным, в первые несколько секунд я учился заново дышать. И ещё там пахло смертью.

- Я приступаю, мадам Фоке, – сообщил я пиратке, кое-как устроившись среди аппаратуры, шкафчика с лекарствами, баллонами с кислородом и прочими аксессуарами палаты для тяжелобольных. Между прочим, индус постарался сесть так, чтобы закрыть от меня свою подопечную.

- Тебе Ркел не мешает? – просипела умирающая.

- Нет, – я отрицательно мотнул головой, – нисколько.

Энергетика старой женщины выглядела примерно так же, как у Кристины, когда моя жена появилась у меня в первый раз в «магическом» салоне. То есть ужасно, но к счастью, получше, чем у Василины Рюкатич.

«Старушке повезло, что я сейчас полон энергии, как свежезаправленный воздушный шарик гелием», – подумал я, латая разрушенные ячейки и заново связывая узелки в энергетическом теле мадам.

От позвоночника у неё почти ничего не осталось. Даже представить не могу, какие боли она испытывает при этом. Вижу же, что анестетики, которые вливаются в неё из капельницы, помогают очень плохо. С лёгкими всё было получше, точнее, с одним лёгким, левым, правое же уже превратилось в кусок «дикого» мяса и гноя, отравляя остальной организм. Да уж, тут не пара недель жить мадам оставалось – дней пять от силы.

На пиратскую мадам я потратил сорок минут, в основном уделив время лёгкому, восстанавливая его до более-менее приличного состояния. Перед окончанием сеанса пять минут занимался позвоночником, но лишь в плане обезболивания, восстановление подождёт своего часа.

- Всё, на сегодня точно всё, – с облегчением произнёс я и провёл тыльной стороной ладони по лбу, стирая липкий, как масло, пот. – Как самочувствие сейчас, мадам Фоке?

Та молчала.

Индус чуть ли не с открытым ртом смотрел что-то на маленьких экранчиках приборов медаппаратуры и то и дело сверялся с экраном электронного планшета, на который, по всей видимости, выводился анализ или общая статистика.

Наконец, пиратка разлепила губы.

- Хорошо, Санлис, кажется, я ожила, – ответила она. – Но… это всё? Что дальше?

- Дальше мне нужно отдохнуть, прийти в себя после вашего лечения. Завтра смогу вновь провести сеанс, потом ещё один. После этого понадобиться мне два, может, три дня отдыха, чтобы накопить силы, – устало ответил я. Вряд ли она поняла, что я набиваю цену и в двухдневном отдыхе не нуждаюсь. Зато должна прочувствовать те изменения, которые с ней за это время произойдут и как следует оценить то, что я делаю. Тогда и цена за мои услуги возрастёт, надеюсь на это.

- Что хочешь за это? – женщина уставилась на меня холодным змеиным взглядом. Наверное, про него пишут в книгах «глаза хладнокровного убийцы».

- Могу я позже сообщить цену? Слишком неожиданно всё произошло. Не хочу оскорбить излишне высокими требованиями… да и низкие могут задеть ваши чувства, мадам Фоке, – пожал я плечами, одновременно демонстрируя насколько сильно устал. С моими способностями это было несложно – усилить потоотделение, добавить бледности на лице, затемнить, так сказать, круги под глазами. Пусть видит, что мне её лечение даётся очень тяжело, едва ли не последние силы вкладываю.

- Хорошо, это справедливо, – согласилась со мной женщина, потом помолчала и поинтересовалась. – Если я предложу тебе посетить мой корабль, что ответишь на это?

- Откажусь, – помотал я головой и вновь вытер рукой лицо от пота, а потом ладонь о шорты, которые уже чуть ли не насквозь промокли.

- Ркел, дай ему салфеток, – повысила голос пиратка. – Что застыл, болван!

Ого, а у старушки появились стальные нотки в тоне, уже не сипит, как умирающая мышь, придавленная мышеловкой.

- Почему? Я гарантирую полную безопасность тебе, твоей семье, твоим людям, которых ты решишь взять с собой.

- Я не смогу нормально лечить, мадам Фоке. Я думаю, вы в курсе, как я оказался в Африке. Вот после тех испытаний, что меня сюда привели, я себя неуютно чувствую в чужом месте, дар мой не раскрывается так, как я хочу. Это психологический нюанс, справиться с которым мои таланты эхора не могут помочь. Увы, но мне подвластно только тело, но никак не сознание. И я вас уверяю, что завтра, после сеанса, вы почувствуете прилив сил. Их хватит, чтобы покидать корабль и возвращаться обратно.

М-да, вышло немножко грубовато, словно, я указываю ей, что делать. Надеюсь, простит или пропустит мимо ушей эти слова.

- Хорошо, – женщина едва заметно качнула подбородком, – пусть будет по-твоему.

- До завтра, мадам Фоке, – наклонил я голову, изображая поклон.

- До свидания, господин Рекдог, – ответила она. И по выпученным в очередной раз глазам медбрата я понял, что вновь удостоился проявления крайнего уважения со стороны этой грозной представительницы клана Фоке.