Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ) - Баковец Михаил - Страница 1541

«…нескольким важным лицам в клане были предъявлены серьёзные обвинения в подрыве национальной безопасности, преступлениях государственного уровня, махинациях, которые привели к потере трёх миллионов рублей, что принадлежали вкладчикам банков «Перун-банк» и «Перво-банк».

Следователи по особо важным делам были встречены оскорблениями и угрозами на пороге особняка главы рода Жестеревых на улице Ляпунова, одного из старших родов клана Самищевых, а позже по ним был открыт огонь и автоматов и пулемётов, с применением техник эхоров рода.

Через три часа силами спецназа особняк был взят штурмом, трое из четырёх скрывающихся в нём разыскиваемых лиц были убиты, ещё один в тяжёлом состоянии помещён в тюремный госпиталь под сильную охрану…».

Красивую дикторшу сменил короткий ролик, на котором демонстрировался сильно поврежденный большой особняк в дореволюционном стиле. Точнее, для меня дореволюционный, так как здесь, как таковой, революции не было. После разгрома объединенной армии на материке, что сейчас занимают механоиды, императорский клан оказался обескровлен, а желающих спихнуть его с тёплого местечка имелось предостаточно. Как и в моём мире, Николай написал отречение, но вместо подвала в купеческом доме со своей семьёй и остатками родов, что остались с ним до конца, перебрался в Жёлтороссию – Маньчжурию в моем мире. В этом мире России удалось подмять под себя это место и переименовать, генерал-губернатором там стал всем известный Витте.

«… к сожалению, ещё восемь человек сумели скрыться, среди них и сам глава рода Игорь Игнатович Жестерев. На следующий день главой клана было озвучено обвинение в сфабрикованном деле против лучших представителей клана с целью ослабления всего клана. Глава клана крайне грубо и совсем не сдерживая себя в словах, высказался в адрес правительства. В его речах были призывы к смене режима и предупреждение всем прочим кланам, что вскоре их ждёт та же участь…».

На экране появился крепкий немолодой мужчина с очень короткой стрижкой и крупной лобной залысиной в дорогом костюме, белой рубашке и тёмном галстуке, который выдал фразу про «пора свергнуть тех, кто является врагом народа, кто делает всё, чтобы ослабить мощь страны, тиранов и убийц», после чего камера вновь показала дикторшу.

«…через два дня господин Самищев был вызван судом Правительства для дачи пояснений и для проведения суда Чести в Кремле в присутствии более тридцати глав кланов. Ни на одно из данных мероприятий данный господин не явился, а восемнадцатого числа, то есть уже на следующий день, от главы одного из его родов, занимающего торговыми и политическими делами клана Самищевых за границей, были получены сведения, которые открыли преступления главы клана…».

Вновь изображение сменилось. Очередной мужчина в дорогом костюме вещал, как после исчезновения нескольких личностей из его окружения, что были приставлены к нему Самищевым для проведения особых переговоров и сделок, ему удалось найти несколько документов, не уничтоженных и не прихваченных с собой беглецами. То, что он там увидел и узнал, вызвало сначала ужас, а потом сильное негодование. Как настоящий патриот, мужчина немедленно связался с посольством России и передал полученные сведения.

- Бла-бла-бла, – усмехнулся я. – Как там, в песенке, «танки, пехота, огонь артиллерии!». По всем направлениям и всеми силами давят Самищевых. Интересно, это так мстят за гибель Рюкатич, если это она была в том взорвавшемся здании? Клана уже нет, но прочие выполняют свои обязательства перед ним?

- Ты с кем тут разговариваешь? – в палатку заглянула Мира. – С ноутбуком? По сети?

- Да так, ерунда, мысли вслух после просмотра новостей с далёкой Родины, – махнул я рукой, потом поманил девушку к себе. – Подойти на секундочку, солнышко.

Та улыбнулась, сделала несколько шагов и опустилась мне на колени.

- Я, кажется, знаю, чего ты хочешь…

- Даже не сомневаюсь, что и ты этого же желаешь, – прошептал я, зарываясь носом в её волосы за ушком, слегка пахнувшие шоколадом. – От тебя так вкусно пахнет десертом.

Я провёл рукой по её бедру от коленки и выше, добрался до шортиков, потом нащупал язычок молнии на них и потянул его вниз. Когда открылся доступ к девичьему телу, тут же скользнул туда двумя пальцами.

Мира застонала, когда я стал ласкать её клитор сквозь тонкую ткань трусиков, чуть сползла по моим коленям, чтобы дать большего простора озорным пальцам, забросила одну свою руку мне за шею, а второй вцепилась мне в бедро со всей силы.

- М-м-м, Санчи-ик! – простонала девушка и начала ёрзать попкой по восставшему члену.

Я второй рукой расстегнул пуговку на шортиках, открывая ещё больший простор для ласк, и после этого юркнул пальцами под резинку трусиков, вызвав дрожь у девушки. Мягкие влажные губки приняли указательный и средний пальцы с жадностью, мигом измазав их «слюньками», а потом обхватили до самой ладони, когда ввёл их в горячую киску своей жены.

Хватило всего пары минут, чтобы распалившаяся Мира умоляюще попросила:

- Хватит… хватит, Санчик… войди сам в меня, не могу больше ждать.

- Я и сам уже чуть не готов взорваться, – сказал ей и поцеловал мочку уха.

Девушка приподнялась, стянула до колен с себя шортики и трусики, потом помогла снять нижнюю часть одежды с меня.

Взяв ладошкой член, она направила его к своим нижним губкам и стала медленно на него садиться, чуть-чуть покачиваясь попкой из стороны в сторону и не сдерживая громких стонов удовольствия.

Когда младший Сан оказался полностью в девичьей влажной пещерке, Мира на несколько секунд замерла и буквально взорвалась резкими движениями, почти соскакивая с члена и тут же насаживаясь на него до конца, каждый раз при этом вскрикивая от сладостной боли.

Её острые ноготки исцарапали оба моих бедра, в которые она вцепилась, как утопающий в спасательный круг.

Словно защищаясь, я крутил и щипал набухшие вишенки огрубевших сосков груди, сжимал сами груди, грубо ласкал клитор, иногда стискивая его и не отпуская, пока девушка не начинала громко кричать, получая от боли дополнительное наслаждение…

Умиротворение, окутавшее меня и Миру после приступа страсти, который закончился на надувной кровати палатки только через полтора часа бурных любовных игрищ, разогнала Кристина.

- Эй, вы там живы ещё? – раздался её насмешливый голос за стенкой палатки, а на непромокаемую многослойную ткань легла тень женской фигуры. – Мирочка, от Санлиса хоть что-то осталось или ты, эгоистка, его на кусочки разорвала, как любишь это делать всегда?

- Вот же… – прошептала с раздражением девушка, лежащая рядом со мной, отпустила мою шею и приподнялась на локте, открывая вид на свою обнаженную грудь, на которой я не удержался и поставил след от сильного поцелуя. – Я ей сейчас всё скажу, будут ей «кусочки»…

- Ц-ц, – я коснулся пальцем её губ, – не нужно. Ты же знаешь нашу Кристинку – не может она без своих штучек. Что-то у них там случилось, и она пришла за нами, или только за мной.

- О чем шепчетесь, голубки? – продолжала подтрунивать эхора. – Какая я плохая, мешаю вам? Завидую и втайне мечтаю оказаться рядом?

- Вроде того, – громко ответил ей. – И можешь не мечтать, а начинать действовать – приглашаю в наш семейный круг прямо сейчас. Присоединяйся, я совсем не против.

- Ух ты! Да я уже через секунду буду рядом! – воскликнула та.

Тень на палатке сместилась к входу, зашелестела раскрываемая молния.

- Сан! – взвизгнула Мира и машинально прикрыла грудь руками. – Я так не хочу!

С улицы раздался заливистый смех провидицы. Не удержавшись, рассмеялся и я.

- Мирочка, да я пошутил, и Кристи это поняла. Что ты как маленькая девочка, – я притянул насупившуюся жену к себе и стал целовать её лицо. – Ну, не обижайся, пожалуйста. Это маленькая шутка нашей семьи. Не обижайся, а?

- Сан, ты заканчивай свои дела и выходи на улицу, к нам гости едут, – уже рабочим серьёзным тоном произнесла Кристина. – Через полчаса обещались быть на берегу.