Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ) - Баковец Михаил - Страница 1468

– Не хочу быть приживалкой, Сан, – вздохнула она и вернула свою головку мне на грудь. – У меня работа несравнима с их занятиями, доходами, возможностями и прочим.

– И что? Где в доме мне понадобится их способность расплавить танк или вырыть огромный кратер? Разве что, захочу себе бассейн. Или ты думаешь, что они сравнятся с тобой в кулинарном мастерстве? Хочешь, ты будешь старшей кухаркой?

– Ты издеваешься?

– Э-э… извини, что-то я не то сказал, – пока разговаривал, моя рука опустилась на спину девушке между лопаток, где я стал медленно поглаживать кончиками пальцев сквозь тонкую ткань футболки.

– Всё равно мне с ними не сравниться. Они же эхоры с почти вечной молодостью, а я – простой человек, через десять лет я постарею, и ты перестанешь обращать на меня внимание. Или раньше.

– Мира, ты за меня не решай, хорошо? – я опустил ладонь на девичью попку и ущипнул за левую ягодицу.

– Ай! Не щипайся!

– А ты не произноси глупостей, – после щипка я стал поглаживать пострадавшее место, и, чувствуя, как сильно возбуждаюсь. – И вообще, эти десять лет ещё нужно прожить. Ко всему прочему, ты не настолько простой человек, есть в тебе капелька от эхоров.

– Правда? – она резко вскинулась и с надеждой посмотрела в глаза. – Правда-правда?!

– Угу, – кивнул я, удивившись такой горячности. – Для тебя так важно?

– Наверное, – смутилась Мира. – Мне всегда было немного завидно эхорам, хотелось стать такой же сильной и известной, как они. Тренировалась, занималась боевыми искусствами, учила языки.

– Зачем?

– Хотела потом поступить в отряд наёмников или армию, чтобы доплыть до Шкегера и там попытаться обрести новые способности.

– А ничего, что там девяносто пять человек из сотни погибает от облучения и отравления рудилиевым газом? И три человека из выживших, превращаются в уродов с вечными болями?

– Риск везде есть. И чем он выше, тем больше награда.

– И когда ты намеревалась уйти за лучшей долей?

– С этой идеей я рассталась почти два года назад, – призналась она. – Повзрослела и поняла, что всё это глупо, как и ставить на кон жизнь с минимумом гарантий. Русская рулетка и то безопаснее. И тут ты говоришь, что я эхор.

– Разбередил, панимаш, девичью душу, – хохотнул я, одновременно со словами моя ладонь проскользнула под резинку шортиков и трусиков, пальцы прикоснулись к началу ложбинки на границе попы и стали массировать эту точку. От моих ласк девушка слегка приподняла её и стала чуть-чуть покачивать, вторя моим движениям.

– М-м, продолжай, – едва слышно простонала она, потом с хрипотцой в голосе спросила. – Я эхор или нет?

– Не совсем. Силы в тебе не хватит, чтобы даже зажечь спичку. Просто капелька рудилия в энергетике тела, наверное, от предков досталось.

– Жа-аль, – протянула она, – а я уже обрадовалась. Эй, ты куда полез? – возмутилась она, когда я прекратил массаж точки и направил свою ладонь ниже по тесной ложбинке и коснулся чуть шершавой и тут же плотно сжавшейся дырочки. – Даже и не думай!

– Ух, какая ты у меня грозная, – засмеялся я, вытащил руку из шортиков и быстро сдвинул те вниз, на бёдра, вместе с крошечными трусиками, чтобы потом начать ласкать пальцами влажные от возбуждения нижние губки, то и дело при этом глубоко запуская палец в её киску.

Девушка громко застонала, выгнулась и с силой обхватила меня за пояс, мгновением позже моя шаловливая ладонь повлажнела ещё сильнее.

– Ай-ай-ай, – вздохнул я, – кто-то уже кончил, а кому-то от этого завидно. Не пора ли сравнять счёт, – и с намеком положил левую ладонь ей на голову, слегка надавив.

– Всё что пожелаете, только сперва, разминка моим губкам нужна, прежде чем они начнут трудиться изо всех сил, – проворковала девушка и впилась в мои губы поцелуем. Оставила меня в покое только через три минуты, в течение которых мои пальцы продолжали ласкать влажное и жаркое лоно Миры. По очередной порции влаги и её сильным судорожным сокращениям понял, что девушка вновь испытала оргазм.

Достигнув кульминации, она несколько секунд тяжело дышала, прижавшись к моей щеке и до боли впившись ноготочками в спину сквозь майку, потом положила мне на пах ладонь, сжала член сквозь ткань и медленно освободила его от одежды.

– Какая вкусная и большая морковка, красная, сочная, – хрипло произнесла она, приблизив губы к блестящей головке с капелькой прозрачной смазки. – Я её хочу съесть!..

Угомонились мы в два часа ночи. Так и заснули на неразложенном диване, тесно сплетясь друг с другом.

Глава 11

Утром я, в который раз, проснулся позже Миры, которая уже хлопотала на кухне. Удивляет меня её способность так тихо и незаметно уходить от меня, учитывая, что сплю довольно чутко.

– С добрым утречком! – я чмокнул её в ушко. – Как настроение и самочувствие?

– Отличное. У тебя ещё минут двадцать есть, пока всё приготовлю. Как раз успеешь привести себя в порядок.

– Да я как бы и так…

– Но побриться и вообще, посетить душ, стоит, – перебила меня Мира.

– Ок, как скажешь. Так и скажи, мол, мешаю тебе готовить, отвлекаю и то – сё, – я обнял её за талию и секундой позже опустил ладони намного ниже, заведя их под фартук.

– Сан!

– Ладно, ладно, – сдался я, – уже ухожу.

После завтрака девушка поинтересовалась:

– Своей пациентке звонить не станешь? Обещал вроде же.

– Скорее бывшей пациентке, если ты о Кристине. А пациентка у меня без сознания лежит, с ней по телефону не поболтаешь, – ответил я. – После обеда навещу и посмотрю, что и как с ней.

– Можно мне с тобой? – осторожно поинтересовалась Мира. – Если не помешаю.

– А работа?

– Я отпросилась ещё утром.

– Тогда не вижу препятствий, даже лучше выйдет, ведь ты на машине. Главное, в пробку не попасть.

– Не попадём, я главные улицы объеду, а ещё сайт есть, где про пробки посмотреть можно. Значит, после обеда?

– Угу.

– А что на обед хочешь?

– Да мне всё равно, – сказал я, потом увидел, как потускнели искорки счастья в её глазах, мигом исправился, – а хотя… у тебя рыба с лимоном классно получается, каждый раз готов с пальцами вместе съесть. Запечёшь?

– Конечно, – улыбнулась она, мигом повеселев.

В больнице внимания на меня никто не обратил. Прошёлся в своём обязательном вояже по служебным помещениям, оставил подарки, познакомил Миру со знакомыми медсёстрами и врачами, потом навестил палаты с больными и только после этого направился на этаж, где находилась последняя представительница клана Рюкатичей.

– Как же здесь тяжело, – негромко произнесла Мира, когда мы поднимались по широкой лестнице. – И так больно смотреть на этих людей, на искалеченных девушек, а тот парень… он же, как… как… зачем жить в таком виде?

Зацепивший чувства жены был офицером, сгоревшим в танке. От него остался только торс и голова, покрытые сильными ожогами, большую часть времени он проводил в бессознательном состоянии после транквилизаторов.

– Здесь все обречённые, Мира. Жить им осталось немного, кто-то умер уже сейчас, пока мы поднимаемся на этаж, другие протянут месяц-два и уйдут следом, – ответил я ей.

– А ты можешь им помочь?

– Кому-то могу, другим нет. Но я не альтруист, каким тут себя показываю. Ищу только выгоду – развитие для своих способностей и благодарность от спасённых. Хотя, позавчера у меня совесть пробудилась в виде нервного срыва. Думал, что больше здесь не появлюсь, помогу Рюкатич, переговорю с ней и навсегда забуду сюда дорогу, чтобы не рвать душу.

– Ты хороший, Сан, – девушка взяла меня за ладонь и несильно сжала, – я вижу это. Просто, ты всё держишь в себе, желание помочь под расчётливость прячешь.

– Спасибо за поддержку, но, скорее всего, ты ошибаешься. Я – та ещё циничная и расчётливая сволочь. Вспомни наш брачный договор и наше знакомство, ведь мне от тебя нужно было лишь прикрытие от комитетских.