Развод. Тот, кто меня предал (СИ) - Черничная Даша - Страница 35

— Приветствую, Мирон. А я уж думал, не свидимся больше, ты сопьешься в депрессии, а я унаследую твою компанию, — проходит в кабинет мой зам, жмет мне руку и садится в кресло, разваливается вальяжно.

— Ну и шутки у тебя, — качаю головой, а Герман начинает ржать. — На наследство можешь не надеяться, в завещании стоит имя Риты.

— Черт! — театрально восклицает он и хлопает себя по коленям. — В моем плане ошибка!

— И как ты собираешься ее исправлять? В жены ко мне попросишься? — теперь уже я начинаю смеяться.

— Сплюнь! — кривится Герман.

Валя приносит нам кофе, и мы переключаемся на рабочий лад.

— Я долго думал и решил, — начинаю я издалека, но этот ушлепок моментально перебивает меня:

— Сделать мне предложение? — снова ржет как конь. — Мой план работает! Я на верном пути!

— Ну, вообще-то, да, — улыбаюсь я и вижу, как лицо Германа вытягивается.

— Не понял… — уже без усмешки говорит он.

— Засиделся ты в замах, Гера. Пора бы тебе уже перейти на позицию партнера. Что скажешь?

Герман замолкает, напряженно сканируя меня:

— Ты серьезно?

— Я похож на того, кто будет шутить такими вещами? — хмыкаю я. — Ну что, согласен? Условия обговорим.

— Ну, Мирон Алексеич, удивил, — Герман растягивает рот в широкой улыбке.

Мы поднимаемся, жмем друг другу руки, садимся обратно в кресла, и принимаемся обсуждать рабочие моменты.

Когда за Германом закрывается дверь, у меня звонит телефон. Это долгожданный и очень нервный разговор. Марат просит о встрече и как можно скорее.

Буквально через полчаса Яд заходит в мой кабинет.

В его внешности, размашистых шагах и повадках я узнаю Севера. Можно было бы подумать, что Марат сын Севера, но это невозможно, так как разница в возрасте у них чуть больше десяти лет.

Яд не зря носит эту кличку. Хоть его фамилия Ямадаев, полагаю, что кличка дана все же по другим причинам. Как выяснилось, Марат не только правая рука Севера, но и его преемник, а также, походу, будущий муж дочери Стаса.

Мрачный тип. Гораздо темнее своего босса. На нем черные джинсы, кожаная куртка. Готов поспорить, что под ней кобура с пистолетом.

Быстро здороваемся и вместе подходим к столу. Марат вываливает на него какие-то документы, распечатки, фотографии.

— Итак, начну с того, что чутье тебя не подвело, Мирон, — спокойно говорит Марат.

— Кто он? — у меня внутри возрождается что-то паническое, есть огромное желание отправить к Рите каких-то людей, чтобы присмотрели за ней.

— Настоящая фамилия Золотарева — Бутылкин. Бутылкин Олег.

— Впервые слышу такую фамилию.

Марат молчит, находит какую-то старую школьную фотографию и протягивает мне.

— Что это? — спрашиваю я.

— Посмотри на фото, — кивает Марат, и я начинаю рассматривать подростков с красными лентами. Семнадцатилетние выпускники.

Взгляд сразу падает на кучерявую шевелюру Риты.

— Это моя жена, — показываю пальцем на фото, и Яд снова кивает.

— Верно. А вот это, — указывает пальцем на невзрачного парня на фото, — Бутылкин Олег Евгеньевич.

Смотрю на подростка и с трудом узнаю в нем холеного Золотарева. Пацан на фотке — типичный прыщавый задрот в огромных очках и с усами, с которыми не знает, что делать. На фоне всех остальных парней он достаточно малоприятный.

— Ты хочешь сказать, что это Золотарев? — уточняю я, чтобы не поехать крышей окончательно.

Я был прав, черт возьми, я был прав!

— Да, — произносит практически равнодушно Марат.

Садится в кресло, закидывает ногу на колено и начинает рассказ:

— Олег Бутылкин был пацаном из малообеспеченной семьи. Типичный бухающий и периодически сидящий папаша и мать, горбатящаяся санитаркой, периодически закладывающая на пару с батей. Оцени семейку, — Марат хмыкает устало. — Пацан рос умным. Очень умным, но совершенно не адаптированным к внешнему миру. Типичная белая ворона. Практически сразу после окончания школы отец убивает на его глазах мать. Там какая-то лютейшая история произошла. У Олега, походу, поехала крыша, и на похоронах он избил до полусмерти кореша отца. Загремел в тюрягу.

— Нихера себе, — я шокированно открываю рот.

— М-да, — Марат поджимает губы. — Дальше. В тюрьме Олег корешуется с одним из авторитетов, и тот помогает ему выйти, сменить фамилию и практически полностью замести следы. Его личность было очень сложно раскопать.

— Но зачем все это? — хмурюсь я.

— Кому? — хмыкает Яд. — Авторитету? Олег очень умный, можно сказать, вундеркинд в прошлом. Он развил бизнес этому типу, нарастил капитал. Полагаю, смена личности — плата за проделанную работу. А вот зачем подкатывать к твоей жене и представлять все так, будто видит ее впервые, — другой вопрос.

Мою кожу покрывает ледяная корка страха.

— Ему нужна Рита… — бормочу я, слыша сердце, которое шарашит в груди, как отбойный молоток.

— Полагаю, что да, — подтверждает мои мысли Марат. — Возможно, он был влюблен в твою жену когда-то и хочет сейчас показаться в лучшем свете, чтобы ничто не напоминало о том задохлике в очках. И у меня большие сомнения насчет того, что на месте аварии он оказался случайно.

— Подожди, я знаю, кто сбил Риту. Олег не имеет к этому отношения.

— Ошибаешься, — Марат достает из куртки телефон и открывает видеозапись. — В том месте, где сбили твою жену, нет камер. Но я нашел водителя, который заснял момент аварии на регистратор.

Смотрю на изображение и вижу, как Рита ступает на пешеходный переход. Вижу, как автомобиль, сбивший мою жену, начинает уходить в сторону, будто передумав и пытаясь не допустить наезда, но его подрезает другое авто, выныривая из ниоткуда. Чтобы избежать столкновения, Марина уводит авто прямо в Риту.

— Это — автомобиль Золотарева, — Яд указывает пальцем на тачку, подрезавшую Марину.

Она и вправда передумала ее сбивать. Хотела, да. Но реально передумала в последний момент. Она — передумала, а вот Олег — нет.

— Мразь, - шиплю я, видя, как тело моей жены падает на асфальт. - Что он с собой сделал? Его практически невозможно узнать!

— Ничего необычного, — равнодушно пожимает плечами Яд. — Он просто вырос, и юношеские прыщи сошли. Сделал себе зубы, нос, изменил прическу, сбрил усы. Вот и все. Другой человек.

— Твою мать…

— Советую тебе позвонить своей жене прямо сейчас, — произносит твердо Марат.

Хватаюсь за телефон и дрожащими руками набираю Риту. Гудок. Один. Второй. Третий.

— Слушаю, — говорит Рита.

— Рита! — ору я. — Где ты?

— Дома, — удивленно произносит она, а у меня будто отлегло от сердца.

Она дома. В безопасности. Все хорошо. Сейчас поеду к ней и расскажу все подробно.

— Что случилось? — в голосе тревога.

— Рит, у тебя есть фотоальбом школьный?

— Конечно.

— Пойди прямо сейчас и возьми фотографию с выпускного, на которой изображен весь класс.

— Бред какой-то… — бормочет она.

— Иди! — ору я.

Меня колбасит, я не могу ничего поделать со своими нервами. Слышу, как Рита ковыряется, чем-то шуршит, что-то роняет.

— Ну? Нашла.

— Посмотри внимательно на парней. Никого не узнаешь?

Тишина, она размеренно дышит, а после охает.

— Мирон, что за игры? Мне сейчас не совсем удобно разговаривать.

— Посмотри на своего одноклассника Олега Бутылкина. Никого не напоминает?

Воцаряется невыносимая тишина.

— Невероятно, — бормочет удивленно. — Разве такое может быть? Это что же, Олег?

— Да, Рита, да! Я тебе говорил, что здесь нечисто, что он неспроста нарисовался! Рита! Держись от него подальше, молю тебя, девочка! — я ору как ненормальный, но не могу иначе, до смерти боюсь за нее.

Рита снова она замолкает, я жду, что она что-то скажет, но слышу шуршание в трубке и холодное вслед:

— Поздно, — насмешливый голос Золотарева. — Обязательно тебе, тварь, было портить мне весь план? Хотя, может быть, так даже лучше. Ведь она теперь со мной, а значит, я буду делать с ней все, что захочу.