Хозяйка Мертвой воды. Флакон: Пар, моторное масло и магия (СИ) - Поляков Эдуард Павлович - Страница 72

— Не позорь имя Никсов! — просипел булькая кровью граф. — Защити императора или умри сражаясь!

Сын сжал губы, схватил саблю отца и ринулся к трону. «Красный мундир имперской кавалерии это знак презрения к страху и крови доблестных гусаров империи!» — любил повторять отец, и эти слова придавали сил юному капралу. Тем более, что он сражался с демоном и был не один. Ближайший к трону герцог Дарклейт, кузен императора, выстрелил чем-то из полы рукава и короткая стрела вонзилась в спинку трона. Но тифлинга там уже не было. Старший сын Дарклейта был весь в отца со слишком утонченной для мужчины внешностью и столь же коварными выходками.

— Хватит! — громыхнул голос королевы матери. Излишне сильный и твердый для престарелой женщины. — Проливать высокородную кровь не имеет смысла. Лорды, пожалуйста покиньте императорскую ложу, — увидев истекающего кровью Тиберия Никса, она поклонилась и уже тише произнесла. — Граф Тиберий Никс может остаться.

На престарелую королеву-мать теперь были направлены все взгляды. Даже тифлинг перестал изображать скуку и испытующе смотрел на седовласую бабушку императора.

— Королева Мария, я как император… — встрял в разговор малолетний но своевольный Генрих IV.

— Генри, мальчик мой, будь добр, не перебивай меня, — улыбнулась она ласково мальчику. А затем повернулась к всем замершим в нерешительности лордам и произнесла уже тверже. — Вы всё равно ничего не сможете ему противопоставить. Перед вами жрец Хатта, бога обмана. И далеко не последний, судя потому что бог-обманщик даровал ему демоническую форму, — королева Мария кивнула вниз, на заграждения ложи. — Внизу виконт Крайтон и его выкормыши почти одолели своего противника. Помогите ему до давить мага и возвращайтесь. Это приказ!

Голосом королевы Марии можно было резать металл. Однако слова старой женщины, пусть и королевы-регента не хватило, чтобы лорды-офицеры покинули своего императора. Они поклялись защищать своего сюзерена, и сейчас когда императору угрожает опасность их долг находиться рядом, несмотря на слова возможно выжившей из ума старухи.

— Вы слышали приказ императрицы? Исполнять! — негромко просипел пытающийся встать Тиберий Никс.

Теперь когда странный приказ повторил и их непосредственный командир, полковник имперской кавалерии, ослушаться было нельзя. Все, включая растерянного Никса младшего покинули императорскую ложу.

— Признаться, я заинтригован, — бархатистый голос тифлинга обволакивал, а взгляд пронзительных глаз буравил седовласую женщину.

— Ваша интрига, герцог Алукард Рокбелл лишь следствие молодости. Оставьте свои амбиции о мятеже, это контрпродуктивно.

— Для кого? — демон вновь по хозяйски опустился на императорский трон.

— Для нас обоих, — спокойной произнесла королева Мария. — Кроме этого вы всё равно не в силах причинить вред мне или моему внуку.

— Я всё же попробую, — оскалился тифлинг и вновь растворился, чтобы появиться за спиной у молодого императора с занесенным клинком.

Однако лунная сталь не испила императорской крови. Клинок прошил мантию цвета темного винограда и по рукоять вошел в тело. Однако Генрих IV не умер. По тому как это был не Генри — молодой, хамоватый император, — а нечто иное. Морок иллюзии спал в момент когда тифлинг поразил то что казалось императором, и теперь перед его глазами предстал манекен из живого дерева или же куст антропоморфной формы.

Из раны закапал сок. Тифлинг попробовал было выдернуть клинок, однако тот увяз в деревянном теле. Мгновенье и лианы опутали тело демона, другая секуда и его лицо изсохло, желтые глаза впали, а в черных как смоль волосах проявилась седина.

— Теперь, граф Рокбелл, когда вы отбросили глупые мысли, предлагаю поговорить. Я предлагаю вам титул графа и службу империи, уж извините, герцогства вам не видать как исповеди. Вы талантливы, и ваши навыки в перевоплощении нужны Святой Империи! Грядет война со Скив. По ее окончанию империи понадобятся губернаторы для колоний. Можете сами выбрать провинцию: Китеж, Царьград или Алатырь. Вы согласны, граф Алукард Рокбелл?

— Как я понимаю выбора у меня нет, — промолвил демон когда шипастая ветвь оплетала его шею.

— Именно, — кивнула королева-регент под тяжелым взглядом графа Никса.

Минута раздумий тифлинга длилась бесконечно долго.

— Я согласен, — наконец произнес потомок изгнанного из Аркрума Мортимера Рокбелла.

— Хорошо, — кивнула королева-мать.

Интонация ее голоса дала понять что в ответе она не сомневалась. Умудренная годами женщина чувствовала и была хозяйкой положения. Она подошла к зажимающему рану на шее графу Тиберию Никсу, присела перед ним и коснулась морщинистой ладонью его обветренных южными ветрами щек.

— Не переживайте, полковник Никс. Вы не опозорите род и умрете как герой. Ваш бюст украсит Имперскую аллею славы и вашим именем назовут город где нибудь в лесах Скив, — она схватила руку графа зажимавшего смертельную рану и отстранила ее, давая крови покинуть тело офицера. — Покойтесь с миром граф Никс. Вы сполна отдали долг Империи.

Даже в самой яростной брани, даже когда дело доходило до кулаков — ни один человек в здравом уме не пожелает своему противнику оказаться в подвалах Тайной канцелярии. Скверное, темное, сырое место. Попавший сюда вряд ли еще когда-нибудь увидит свободное небо. И трое узников подвешенных за ноги к потолку перед деревянным троном, на котором восседал глава Тайной канцелярии, прекрасно понимали чего ожидать. Четыре бездыханных, замученных тела висели рядом на мясницких крючьях.

Тем временем, сэр Август Крайтон завел детскую считалочку, переводя трость с одного узника на другого.

А кобыла-хвост-поджала

За-каре-той-побе-жала

О-казалась-впере-ди,

Кто-не верит-выхо-ди!

— Мистер Кингли Шафф, вынужден сообщить, что вы нас покидаете, — вежливо улыбнулся лорд Крайтон. — Мистер Ллит, будьте добры, сделайте так, чтобы мистер Шафф поделился с нами сведениями, прежде, чем приставится. Не хочу, чтобы получилось как с мистером Лаутом.

Глаза мастерового округлились, видимо он до последнего не верил, что серебряное навершие трости Серого кардинала укажет на него. Мистер Шафф сначала скулил, потом, начал молить, а дальше просто кричал. И этот крик, кажется, не причинял сэру Крайтону неудобств, а для мистера Ллита и вовсе звучал музыкой.

— Мисис Гранде, мистер Уокер, обсудим с вами сегодняшний инцидент? Вам есть что сказать? — буднично, словно речь шла о чаепитии говорил Август.

— Я виновата перед Короной лишь тем, что мой прадед был племянником герцога Нокса! И вы это знаете! — с презрением выпалила нагая женщина, возрастом едва за тридцать.

Её глаза источали гнев, презрение, ненависть, но никак не раболепный страх. Чести и храбрости перед неминуемой гибелью в ней было больше, чем во всех мятежниках, что окончили свой жизненный путь в этих казематах.

— И тем не менее, вам есть что сказать? — все так же меланхолично спросил начальник Тайной канцелярии.

— Нет! — даже сейчас несмотря на наготу и алые борозды от кнута, баронесса Марина Гранде была преисполнена достоинства, присущего истинным, урожденным благородным леди.

— Хорошо, — как бы самому себе произнёс Август. Ему было не впервой пытать более высокородных и титулованных особ. — Мистер Ллит, покажите баронессе ваше новое изобретение.