Хозяйка Мертвой воды. Флакон: Пар, моторное масло и магия (СИ) - Поляков Эдуард Павлович - Страница 32

Хельга, знакомьтесь, Диана, моя третяя дочь и до недавнего времени пилот парокара представлявшего компанию Неджи на Императорских гонках, — произнес он выделил последние слова.Очень приятно, Хельга, — целительница кивнула с вежливой улыбкой. — Господин Гелиот, не понимаю к чему были все эти шпионские игры?

На лице изобретателя повезло легкое замешательство. Видимо не такой реакции он ожидал, и реакция его несколько выбило из колеи.

То есть, вас не смущает то, что моя дочь инкогнито являлось пилотом спортивного парокара? — сейчас на его лице как и на лице дочери была лёгкая растерянность.

Внешне они были не похожи, седовласый и смуглый, как все асалу Гелиот и жгучая брюнетка Диана с кожей бледной, как снег. Но в этот краткий момент растерянности никаких тестов родства не требовалось, схожая мимика их лиц твердила, что они отец и дочь.

Я же говорю, что и до сегодняшнего утра я не ничего знала про ваши внутренние разборки, откуда мне знать про это. Хотя, догадываюсь, что в патриархальном обществе женщина не может себе позволить такую вещь как водить автомобиль. Все верно?

Ответ последовал короткий скупой кивок от Гелиота и несколько частых экспрессивных кивков от его дочери. Херьга улыбнулась ей. Женщины во все времена подвергались сексистским выпадам со стороны мужчин. Сейчас это происходило намного реже, но это там, её мире.

Здесь, где цивилизация только-только входит в эпоху пара, где золотой век едва наступил, еще слишком рано говорить про такую вещь, как равноправие полов. Говорить про другие права женщин? А уже про избирательное право так и вовсе стоит помалкивать. За упоминание такой блажи человечества, как демократия, здесь его вовсе можно примерить пеньковый галстук, как мятежник покушающиеся на устои Империи.

Увы, время почти полдень. Хельга вечером пообещала забрать Макса из того клоповника, что он зовёт домом, на лечение. Ей нужны хотя бы стартовые деньги на съем жилья. Пожертвования от сердобольных горожан начнут поступать не ранее завтрашнего утра, когда свежая газета разойдется по городу.

Гелиот, мне очень приятно познакомиться с твоей дочерью, — она кивнула Диане, та от чего-то едва заметно покраснела — Но у меня сегодня слишком много дел и слишком мало времени. Ты ведь помнишь про Макса? Давай обойдемся без прелюдии, что тебе нужно?Папа, а что такое «прелюдии»? — раздался неожиданный вопрос Дианы.

Всегда собранный, галантный изобретатель несколько стушевался.

Не об этом речь, Ди. Всё потом, — отмахнулся от вопроса дочери.

У Хельги сейчас не было ни времени ни желания на книксены и и светские беседы.

Диана, покажи свою ногу, — произнес он, заставив и без того смущенную девушку залиться румянцем. Увидев что его дочь мнется в нерешительности, он припустил металла в голос. — Хельга, целительницу, великая целительница. я отвернусь, а ты покажи то, что с тобой приключилось. Давай!

Последнее слово прозвучало уже как приказ и девушка повиновалась неспешно подняв подол платья, а господин Гелиот отвернулся к заштореному окну парокара.

Хельга стиснула зубы, увидев некогда прелестные стройные девичье ножки. Сейчас на месте где ранее была бледно розовая кожа, виднелся уродливый ожог, покрывавший левую ногу от щиколотки до нижней части кружевных панталон.

Но не это было самым страшным, а то, что правая нога была сильно короче левой и, более того, срослась не под прямым углом. Хельга мысленно поставила себя на место Дианы, которой вряд ли было больше семнадцати. Очевидно что эти уродливые ожоги, неправильно сросшиеся малая и большая берцовая кости не единственными отметины на ее юном и некогда в красивом теле.

В прошлом году на третьем этапе Императорской гонки произошла авария. И как итог: множественные переломы, ожоги и семь месяцев старания лучших целителей Империи. Диана у меня сильная, впрочем, как и ее прелестная мать. Уже за одну вашу консультацию и анонимность, госпожа Фон Кащенко, я готов заплатить вам сотню серебряных крон. Ещё раз прошу прощения за те неосторожные слова, что я позволил себе полчаса назад. Я осознал так ошибался в вас, когда позволил себе меркантильные мысли. Надеюсь вы понимаете, что я не за себя прошу, но ради дочери.Как я понимаю за консультацию и анонимность вы предлагаете мне сто серебряных в крон? — сумма которую сулил Гелиот была воистину щедрый, но получив утвердительный кивок его решила еще немного «подоить» автомобильного магната. — А сколько получит Максимилиан Уокер, что вчера пострадал на вашем предприятии?

Было видно как не привыкать и прогибаться гелеон заскрипел зубами. Кажется Хельга начала перегибать палку в его отношении.

К чему спектакли, Хельга? Просто назовите сумму! Вы же знаете что можете диктовать любые условия,- он буквально скрипел зубами. Кажется что его алые, словно рубины, глаза на мгновение полыхнули первородным огнём. Хотя скорее всего это просто блики от газовых ламп, которыми подсвечивался интерьер паромобиля.Сейчас я перечислю всё необходимое: оплата уединенного особняка за городом, сроком на три месяца, инструмента, плюс небольшая сумма на мелкие расходы. И еще, вам придется договориться с господином Фалько о моей временной замене. А теперь касательно лично моей оплаты, сто серебряных крон за консультацию, еще две сотни через три месяца, если результат вас устроит и самое ценное, одно желание. Вы согласны?

Повисла тишина, прерываемая лишь шелестом газовых ламп, тускло освещающих салон дорогого паромобиля.

Не слишком ли высокая плата за одну консультацию?

Неджи пристально смотрел на Хельгу и за этой пристальностью было что-то еще, эмоции вкус которых у Хельги пока не получалось определить. Гнев? Холодная ярость? Нет, всё не то. Грусть? Да, точно терпкая аура грусти веяла от аслау.

Вы чем-то расстроены, господин Неджи? — Хельга всдернула бровь, не понимая, как у неё получается быть детектором чужих эмоций.Увы, я впервые в жизни грущу, потому что с первого взгляда оценил вас правильно. У каждого в этом мире есть цена, и цена вашей консультации: особняк, инструменты и три сотни серебряных крон, — а на самом деле грустью смотрел на целительницу приминая в руках кожаный кошелек.Нет, это не моя цена. Это цена жизни мальчика, что косвенно пострадал по вашей вине и цена прямых ног в вашей дочери. Со шрамами вряд ли что-то удастся сделать, но неправильно сросшийся перелом, а также длину ног, думаю, я в силах исправить.

На Гилиота,сейчас было жалко смотреть. Он неправильно истолковал слова целительницы, упрекнул её в меркантильности и жадности, а через секунду во второй раз пожалел о том, что сказал. Успокаивать его, мол всё хорошо, со всеми бывает, Хельга не собиралась. Пусть почаще вспоминает собственные слова в те минуты, когда находится наедине с самим собой. Пусть сам себя упрекает за них, ведь для честного человека совесть это лучший судья. И Хельга не сомневалась — у господина Гелиота Неджи она имелась.

На этом консультация окончена, — Хельга мило улыбнулась своей новой пациентке и потянула за хромированную рукоятку двери. — Ах да, в особняке, помимо вашей дочери будет еще два пациента: мистер Максимилиан Уокер и офицер его величества сэр Альберт Кроу. Не волнуйтесь, мистер Уокер и сэр Альберт будут находиться изолировано от мадемуазель Неджи. На это надеюсь вам удастся утрясти все условия до шести часов вечера. Если не получится, то ничего страшного, просто наши договоренности будут считаться аннулированными. Но если у вас получится, то пожалуйста, пришлите за мной паромобиль по адресу Плашет-роуд 212. Это адрес мистера Уокера, — с этими словами целительница выскочила из дорогого автомобиля и лёгкой походкой победительницы направилась к остановке локобаса, что скользя по рельсам, проложенным в мостовой удивительно образом напоминал уютные питерские трамвайчики.