Хозяйка Мертвой воды. Флакон: Пар, моторное масло и магия (СИ) - Поляков Эдуард Павлович - Страница 22

Злоба и ярость окутали сознания Хельги. Она вышла на шаг вперёд остальной толпы и смотря прямо в глаза офицера с Медной стены, задала вопрос:

Значит вы утверждаете что дикари они? А не пробовали ли вы в качестве трофеев, брать, например, не шкуру когда-то принадлежащие человеку, а уши, выкалывать глаза, для того чтобы забальзамировать их? — Хельга сжимала кулаки, наблюдая, как самодовольная улыбка на лице офицера сменяется презрением.Они дикари! Они убивают наших солдат как куропаток, прямо на посту, появляясь из тени. Они приносят в дома их матерей траур и слёзы! О том, что они дикари, говорит лишь один факт: никого из тех, кто погиб на Медной стене не похоронили в открытом гробу! Я сам провожал еще молодых, безусых юнцов, в последний путь и проклиная каждого из оборотней. Женщин, которые рожают этих чудовищ, детей, которые подрастут и станут безжалостными убийцами! Никого из них щадить нельзя, потому что они истинное зло!

До этого плотно набитая людьми беседка опустела. Гости отпрянули в сторону от Хельги, будто от чумной нищенки, неизвестно как проникшей на королевский прием. И что самое горькое, Томас последовал их примеру, отстранившись от своей ассистентки. Однако эта вещь придала Хельге сил сражаться, пусть в словесной, но дуэли. Перепалкой это уже было назвать никак нельзя.

Значит эти дикари пришли в горы, вероломно вторглись на тропу тролей и без причины начали нападать на доблестных солдат короны, что охраняют северные пределы империи. Я вас правильно поняла? — гнев бушевавший внутри девушки застилал глаза, но усилием воли она подавляла его, дабы сохранить сознание в холодной сосредоточенности.

Нет, простыми словами до него не достучаться, нужно поймать за язык, разговорить, чтобы он сам сознался признавшись в собственных грехах. Одно то, что он похвалялся шкурой убитого врага, которую носил как воротник, в глазах Хельги уже стоило того, чтобы примерить на его высокородный шею пеньковый галстук. Вот только остальное толпе да, а это была именно толпа, а не посиделки высокородных утонченных господ, это казалось подвигом но никак не зверством.

Нет скивы всегда жили там. Всегда нападали, когда возводились северные пределы. Они гибли сотнями, по варварски идя на убой имперских магов и даже когда Медная стена была достроена, они не перестают тешить себя идеей, что могут победить империю. Я же вам говорю, что они жестокие, безнравственные, готовые ударить в спину, но всего лишь глупые дикари.

Разговор на высоких тонах продолжился, привлекая все больше внимания к их перепалке. Народ уже не помещался в беседке и теперь она была окружена слушателями, которым не досталось место внутри. Однако громкость, с который велся разговор, не мешали им слышать каждое слово пикирующих.

И тем не менее в беседке нашлось место еще для двух человек. Вернее вошедший раздвинул толпу, освобождая место для себя и официанта с подносом, что следовал за ним. Один из господ протянул было руку к бокалу с игристым вином на подносе официанта, но вошедший, судя по наградам и петличкам, офицер перехватил руку отрицательно покачал головой.

Альберд? — седовласый мужчина, которого осек вошедший офицер, непонимающе посмотрел на него.Нет, Гарольд, не трогай, официант мой и вино моё. Поймай собственного официанта, а мой провиант не трожь, — потом он обратился уже к сидящему офицеру в меховом воротнике а где там явно не по погоде в эту июльскую ночь. — Как интересно, согласись Дэмиан! Продолжайте, продолжайте. Не хотел вас отвлекать от столь жаркой дискуссии.

Офицер в меховом воротнике, которого звали Демианом, осекся, стушевался под пристальным взглядом вошедшего офицера. Но Хельге это было неважно, сейчас она почти подловила его, ещё немного усилий этот горько пожалеет о том что открыл рот при свидетелях.

То есть вы называете людей дикарями только за то, что они защищают места где они живут с незапамятных времен, где родились, где упокоились их предки? Представьте, что в Аркрум придет кто-то сильный, кому ни офицеры Короны, ни рыцари, ни маги не могут противостоять. Слуги ее Величества будут биться из последних сил, не жалея себя ради того, чтобы подарить еще один день из жизни своим детям. И тогда вы будете самыми глупыми варварами. Представьте что с вас, офицера погибшего храброй смертью, сдерут кожу и будут похваляться ею.Это угроза Короне или мне лично? — нехорошо так оскалился офицер. — Хотя это не важно, была бы мужчиной я бы давно уже вызвал на дуэль. Думаю тайной полиции стоит разузнать поподробнее почему вы так защищаете этих животных? Я не видел вас раньше при дворе, откуда вы?Из дремучих лесов Скив, — Хельга не стала рассказывать, что является родом вообще не из этого мира. — Пусть недолго, но я жила среди них, и ваши рассказы с фронта лишь страшилки наподобие тех, которыми няньки пугают избалованных детишек призывая к послушанию.

Офицер, находившийся на всё это время на грани, сейчас будто получил пощечину. И если бы не Хельга, он бы наверняка заработал авторитет в кругах местной знати, получил несколько приглашений на ужин или приём, а может быть ему удалось найти для себя выгодную партию. Пока еще он не нашел для себя избранницу по статусу и душе, так что свадебных колец на его пальцах не было. Вот только ему не посчастливилось встретить розоволосая целительницу, которая в словесной дуэли была с ним на равных и, что самое отвратительное, после каждой фразы всё больше осуждающих взглядов подало на Демиана.

Офицер с личным официантом, вопреки этикету, счел нужным вмешаться. Хельга и не заметила, как он раскурил трубку и сейчас выпуская клубы пряного дыма, задал вопрос раскрасневшемуся от эмоций Демиану:

Дэмиан, друг мой, я хоть и служил на восточных рубежах, но много слушал тех, кто сталкивался с северными дикарями. И все они как один утверждают, что если убить оборотня в животной ипостаси, то после смерти его тело меняет облик на человеческий. А ты сказал, что у тебя на плечах шкура оборотня, поясни пожалуйста, — Альберт хоть и назвал его другом, но улыбка на его устах говорила, что не всё в рассказе защитника Медный стены гладко.

Хельга призадумалась. Она и в самом деле не знала и таких подробностей. Стыдно ей как медику, или наоборот хвала, что не удалось сталкиваться с мертвыми оборотнями. Благо пока все операции заканчивались успешно. Но ведь она могла поинтересоваться у старого ведуна Пересмысла о таких деталях и тогда разделала бы заносчивого офицера и ещё в начале спора поставив на его карьере жирную точку. А теперь этот щеголь с трубкой и личным официантом хоть и помог ей, но отобрал право лично макнуть в грязь лжи этого белоручку.

Дэмиан улыбнулся. Нехорошо так улыбнулся, даже скорее оскалился. Было видно, что этот вопрос Альберта не загнал его в тупик, а наоборот подарила несколько козырей в беседе.

Ты прав, если убить варвара, он становится человеком, — он сделал паузу накаляя интерес и провел рукой по платиновому меху в черных в пятнах. — Вот только штука в том, чтобы сдирать шкуру с оборотнем пока тот еще жив.

Раздались вздохи женщин, слишком ярко представивших себе картину этого действия. Демиан красовался, чувствовал себя на коне; он как бы сделал и помощницу иллюзиониста и давнего соперника. Вот только все это было ложным предположением.

Хельга улыбнулась ему. Дурачок, он так желал победить в этой дуэли, что выкопал для себя могил, а затем утыкал кольями, превратив в волчью яму.

Услышав из первых уст о том, что защитник северных рубежей не более чем палач никто не высказался, однако взгляды говорили красноречивее любых обвинений.

Демиан их пока не замечал. Через несколько минут, когда кураж спадет, он горько пожалеет о своих словах. По крайней мере так думала Хельга, однако ждать горечь и раскаяние не пришлось.