Законник Российской Империи (СИ) - Ло Оливер - Страница 35

В другом секторе маги постарше демонстрировали впечатляющие атакующие заклинания. Огненные шары, ледяные копья, молнии — все это сливалось в завораживающий танец стихий. Земля под их ногами дрожала, а воздух был наполнен запахом озона и едва уловимым ароматом магии.

Третий сектор выглядел наиболее загадочно. Там находились несколько магов в длинных мантиях, украшенных сложными узорами. Они, казалось, не делали ничего особенного, но воздух вокруг них словно плавился, искажая реальность.

Был еще один сектор, не такой большой, и больше похожий на продолговатую овальную арену. Он как раз сейчас пустовал.

Я направился к Соколову, которого заметил стоящим на небольшом возвышении. Он наблюдал за тренировками, время от времени делая пометки в блокноте.

По пути я проходил мимо группы молодых людей, среди которых выделялся один — высокий мужчина лет двадцати шести, с ухоженными усами, закрученными вверх, и в костюме, который, казалось, сошел со страниц модного журнала этого времени. Он выглядел как типичный столичный щеголь, да и вел себя, судя по жестам и манерам, так же. Вот только глупцом или невеждой его назвать было сложно. Несмотря на нрав, взгляд у него был цепкий, изучающий.

Такой взгляд ни один глупец не бросит. А понял я это потому, что именно таким взглядом он окинул меня, когда я поравнялся с ним. И столько пренебрежения я еще на себе не ощущал.

Внезапно этот мужчина громко произнес, обращаясь к стоящему рядом сотруднику полигона:

— И этого собираются проверять на ранг? Не слишком ли он молод для такой чести? Что-то я не видел его раньше, да и отличий у него явно нет! Проталкивает небось кто?

Сотрудник попытался утихомирить усатого франта, поднимая руки в примирительном жесте.

— Тише, господин Левински. Не стоит вызывать проблемы… Он будет выступать после вас, так что никто сдвигать ваше время не собирается.

Но Левински, казалось, только больше распалился.

— Да как вы смеете затыкать меня? Я здесь для переквалификации и планировал блистать сегодня! А тут какой-то мальчишка. Я не собираюсь выглядеть хорошо на фоне какого-то недоучки. Мне важна только честная оценка моих способностей, — произнес он, подкрутив один из кончиков своих усов.

Я не стал обращать внимания на его слова, лишь мельком отметив, что этот Левински может стать проблемой в будущем. Подойдя к Соколову, я почтительно поклонился.

— Доброе утро, учитель. Я прибыл, как вы и просили.

Соколов оторвался от своих записей и окинул меня внимательным взглядом.

— Приветствую, Максим. Хорошо, что ты уже здесь. Подтверждение ранга совсем скоро начнется.

Соколов жестом пригласил меня следовать за ним, и мы направились к центру полигона. По пути он начал объяснять процедуру подтверждения ранга, указывая на различные секторы, которые я заметил ранее.

— Подтверждение ранга будет проходить в три этапа, — начал он, его голос звучал ровно и профессионально. — Первый этап — защитные заклинания. Здесь, — он указал на сектор, где маги практиковали щиты, — мы будем тестировать прочность твоей защиты.

Я кивнул, внимательно слушая. Магическая защита давалась мне неплохо, спасибо бесконечным тренировкам с дядей Эдом. Хотя не сказал бы, что это было моей сильной стороной.

— Второй этап, — продолжил Соколов, указывая на сектор, где маги демонстрировали впечатляющие атакующие заклинания, — это проверка твоей атакующей мощи. Здесь важна не только сила, но и точность.

— А третий этап? — спросил я, хотя уже догадывался, о чем пойдет речь.

— Личные разработки, — ответил Соколов, и я заметил, как в его глазах мелькнул огонек интереса. — Это заклинания, которые ты считаешь своим основным арсеналом, что-то особенное. Здесь у тебя будет возможность продемонстрировать свои уникальные способности. Но и не возбраняется использовать что-то уже знакомое — зависит от исполнения.

Я задумчиво кивнул. Личные разработки… У меня было несколько идей, которые я долго обдумывал. Возможно, сейчас настало время их продемонстрировать.

— Однако, — продолжил Соколов, — оценка будет зависеть не только от внешнего проявления магии. Комиссия будет обращать особое внимание на количество использованных вспомогательных слов.

— А как насчет истинных слов? — поинтересовался я.

— Комиссия, которая, к слову, состоит из трех человек, может потребовать разъяснений касательно использованного истинного слова, — ответил Соколов. — Но если это твоя собственная разработка, ты можешь воздержаться от объяснений. Хотя, — он усмехнулся, — сомневаюсь, что тебе удастся удивить комиссию. Им известны все истинные слова, когда-либо задокументированные в Российской империи.

Я позволил себе легкую улыбку. Если бы Соколов знал, какие истинные слова я использую…

Мой взгляд упал на четвертый сектор полигона, который выглядел как овальная арена.

— А это что за сектор? — спросил я, указывая на него.

— А, это, — Соколов повернулся к арене, — особый полигон для магических дуэлей. Используется редко, в основном для разрешения споров между магами или для особых испытаний, там укрепленные стены и защитный купол, чтобы не пришибло кого вне арены.

Я внимательно осмотрел все основные секторы, мысленно возвращаясь к основам магии, которые впервые еще давным-давно прочел в книге, оставленной мне матерью. Книге, которую передал мне Эдвард много лет назад, в чем он, между прочим, так и не признался.

Вся магия исходит от слова и его понимания. Слова — это не просто звуки, это проводники магии в материальный мир и одновременно её активаторы. Я вспомнил, как часами сидел над этой книгой, пытаясь постичь истинную природу слов, которым маги могут давать невиданную силу.

Сосуды, по которым течет мана — это часть сложной системы органов, отвечающих за её циркуляцию по телу. Мана, усваиваемая по мере дыхания, циркулирует по всему телу и собирается в сердце. После этого происходит отдача. Чем сильнее мана в жилах, тем больше её попадает в сердце, и тем быстрее формируются заклинания.

Я закрыл глаза, чувствуя, как мана течет по моим венам, собираясь в сердце. Это ощущение всегда казалось мне удивительным, словно внутри меня пульсирует маленькое солнце.

Три стадии применения магии… Я вспомнил, как долго практиковался, чтобы освоить каждую из них.

Первая — понимание слова и его принципов. Если это огонь, нужно почувствовать его жар, если вода — её течение. Каждое истинное слово несло в себе сущность мироздания. Пространство, время, звуки, запахи. Все попадало под истинные слова.

Вторая — представление. Здесь важно вспомнить понимание и представить, что именно ты хочешь сотворить. В этот момент в голове нужно произнести истинное слово, позволяя ему резонировать с твоим намерением.

И наконец, третья — манифестация. Проявление магии при помощи произнесения вслух вспомогательных слов. Это момент, когда намерение мага воплощается в реальность.

Мои размышления прервал звук приближающихся шагов. На пространстве полигона появились двое мужчин. Одного из них я узнал сразу — это был Родион Юрьевич Воронцов, глава Судебного бюро. Второго я видел впервые — высокий, статный мужчина с проницательным взглядом и аккуратной короткой стрижкой.

Соколов слегка наклонил голову в знак приветствия.

— Родион Юрьевич, Антон Евгеньевич, — произнес он, приветствуя обоих.

Те кивнули в ответ, но прошли дальше, о чем-то беседуя.

— Антон Евгеньевич Шрамов — главный прокурор по делам, связанным с магией, — пояснил Соколов. — Он глава первого отдела Судебного Бюро.

Я кивнул, отмечая про себя, что двое из трех членов комиссии — весьма сильные и влиятельные люди.

— А кто же тогда третий? — спросил я, обращаясь к Соколову.

Не успел он ответить, как на полигон вошел молодой человек лет двадцати двух. Он был одет просто, в казалось бы, обычную на вид одежду, но держался весьма статно. Его глаза светились живым интеллектом, а на губах играла легкая улыбка, словно он знал какую-то забавную тайну, но не собирался ее никому рассказывать.