Законник Российской Империи (СИ) - Ло Оливер - Страница 22

— Шах и мат, — сказал я, делая последний ход.

Сергей откинулся на спинку стула, издав стон отчаяния.

— Да как ты это делаешь? — воскликнул он, качая головой. — Ты просто непобедим, Максим!

Я не смог сдержать невольную улыбку, а Мила тихонько рассмеялась.

— Просто много практики, — ответил я, начиная расставлять фигуры для новой партии. — Мой дедушка — настоящий гроссмейстер. Он научил меня всем тонкостям игры. Вот его победить было весьма непросто.

Да уж. Я настолько привык к игре с кем-то его уровня, что даже не задумывался над собственным. Вот эти дружеские партии показали, что, оказывается, мои возможности куда больше, чем я предполагал. Оставалось лишь понять, специально ли этого добивался мой старший родственник или все же это просто делалось из любви к самой игре?

— Твой дедушка, должно быть, великий человек, — вздохнул Сергей. — А меня шахматам учил старик-сосед. Говорил, что это поможет мне в жизни, но пока я вижу только, как это помогает мне проигрывать.

Мы все рассмеялись, и напряжение последнего дня немного отпустило. После разговора с Громовым мы решили немного расслабиться, и шахматы казались отличным способом провести время.

— Кстати, о Громове, — сказал я, переводя разговор в более серьезное русло. — Что думаешь о его реакции на наше открытие?

Сергей задумался, машинально вертя в руках белую пешку.

— Он показался мне честным человеком, — ответил он наконец. — Думаю, он, действительно, довезет преступников до столицы и передаст их куда следует.

Я кивнул, соглашаясь с его оценкой.

— Да, у меня тоже сложилось такое впечатление. Когда приедем в столицу, нужно обязательно продолжить расследование.

— Правда? — глаза Сергея загорелись энтузиазмом. — Ты действительно хочешь этим заняться?

— Конечно, — ответил я. — Может быть, не сразу, но мы обязательно докопаемся до сути этого дела. Иначе смысл было во все это ввязываться?

Мила рядом со мной слегка напряглась, и я понял, что она все еще беспокоится о моей безопасности.

— А ты, Сергей? — спросил я, поворачиваясь к нему. — Почему решил ехать именно в столицу? Следователи везде нужны.

— Ну, я родом из обнищавшего дворянского рода. Мы живем на окраине столицы, едва сводя концы с концами. Но у меня есть дед во Владивостоке, он первоклассный юрист. Я ездил к нему учиться юриспруденции. Ну и набираться опыта, разумеется. Ты просто не представляешь, какая у него обширная картотека дел со всеми подробностями — изучать их одно удовольствие, будто сам их ведешь и выигрываешь.

— Во Владивостоке? — удивился я. — Надо же, я тоже оттуда.

Сергей уставился на меня с изумлением.

— Правда? Но как же мы ни разу не встретились? Постой… — он нахмурился, словно что-то вспоминая. — Какая у тебя фамилия ты говорил?

— Темников, — ответил я, не придавая этому особого значения.

Глаза Сергея расширились, и он почти подпрыгнул на месте.

— Что? Так ты сын министра финансов⁈

Его возглас эхом разнесся по купе. Да уж, хорошо, что я наложил на купе купол тишины, чтобы не слышать наших соседей, и они не слышали нас. Придется, видимо, объяснять новому другу, что значит — вести дела тихо.

Глава 11

Поезд наконец-то, пусть и медленно, но подъезжал к столице. Оставшиеся дни, к счастью, были тихими. Хотя, это как посмотреть. Бедного Сергея я изрядно достал своими шахматами (все из-за того, что он намеревался взять реванш, но ничего из этого не выходило), а больше делать толком было и нечего, так что лишь благодаря какому-то чуду я не помер от скуки.

Мила, сидевшая рядом и по большей части с любопытством смотревшая на пейзажи за окном, выглядела взволнованной, хотя и пыталась это скрыть. Когда мы наконец прибыли на вокзал, я был поражен его масштабами и великолепием. Высокие арочные своды, украшенные витражами, создавали впечатление, будто мы попали в какой-то волшебный дворец, а не на железнодорожную станцию, принимающую гостей столицы.

Мы вышли из вагона вместе с группой молодых людей, чьи глаза горели энтузиазмом и надеждой. Я слышал их возбужденные разговоры о том, как они собираются покорить столицу, стать великими государственными магами или влиятельными чиновниками. Их наивность вызывала у меня улыбку — я-то знал, что жизнь редко бывает такой простой и радужной, как мечтается в юности.

Среди толпы я заметил Стрижина, который махнул мне рукой. Последние пару дней он просидел в своем купе, в другом вагоне, так что я не видел его. Когда я подошел, мы обменялись крепким рукопожатием.

— Максим, я так рад, что познакомился с тобой, — сказал он с искренней улыбкой. — Надеюсь, мы еще встретимся в этом огромном городе.

— Я тоже на это надеюсь, Сергей, — ответил я. — Удачи тебе в судебном бюро. Уверен, ты станешь отличным следователем.

Мы попрощались, и я вместе с Милой направился к выходу с вокзала. Площадь перед ним кипела жизнью: повсюду сновали люди, кто-то спешил по делам, кто-то встречал прибывших, а уличные торговцы громко расхваливали свой товар.

Я огляделся в поисках транспорта и заметил ряд необычных экипажей. Они выглядели как обычные кареты, но вместо лошадей их приводили в движение светящиеся голубоватым светом кристаллы. Это были машины на магической тяге. Во Владивостоке была лишь парочка таких, да и то, показывались они мне на глаза весьма редко.

Все это говорило о том, что этот мир пошел несколько иным путем развития из-за наличия магии, но в чем-то он упорно повторял прошлое моего мира, и это было удивительным.

— Молодой господин, — тихо произнесла Мила, — может, нам стоит воспользоваться одной из этих… машин?

Я кивнул и подошел к ближайшему экипажу. Водитель, пожилой мужчина с пышными усами, приветливо улыбнулся.

— Куда изволите, молодые люди? — спросил он, поправляя свою фуражку.

Я назвал адрес поместья отца, и глаза водителя слегка расширились.

— О, да вы к самим Темниковым? — он присвистнул. — Что ж, садитесь. Нечасто случается бывать в квартале высокопоставленных лиц.

Мы с Милой забрались внутрь, и я был приятно удивлен мягкостью сидений и общим комфортом салона. Машина тронулась, и я почувствовал легкое покалывание магии, исходящее от кристалла под капотом. Было бы побольше времени, то я бы попробовал расспросить водителям об этом подробнее, но в то же время мне не хотелось выглядеть деревенщиной, не видевшим ничего за пределами своего двора.

По мере того, как мы продвигались вглубь города, я не мог оторвать глаз от окна. Столица поражала воображение своим великолепием и архитектурой: широкие проспекты, величественные здания, парящие в воздухе магические фонари, освещающие улицы даже в пасмурный день. Люди вокруг были одеты очень строго, а в воздухе то и дело проносились небольшие летающие устройства — видимо, какие-то магические посыльные или игрушки богатых горожан. Так сложно было сказать наверняка.

Наконец, мы въехали в район, где располагались особняки высокопоставленных чиновников. Размеры территорий, окружающих каждый дом, вызывали удивление и вопросы к достатку местных владельцев — сомневаюсь что земля в столице дешевая. Зеленые сады, фонтаны, скульптуры — все это создавало впечатление, что мы попали в какой-то райский уголок посреди шумного города.

Машина остановилась у высоких кованых ворот, украшенных гербом рода Темниковых. Я расплатился с водителем, который, получив ожидаемые чаевые (к сожалению, статус обязывал вести себя соответствующе), пожелал нам удачи и уехал.

Мы подошли к воротам, где нас встретили двое стражников в строгой форме. Их лица были непроницаемы, каждый бросил оценивающий взгляд сначала на меня, потом на Милу.

— Кто вы и по какому делу? — спросил один из них, окидывая нас подозрительным взглядом.

Я достал из внутреннего кармана письмо, запечатанное гербовой печатью, и протянул его стражнику.

— Я Максим Николаевич Темников, сын графа Темникова. У меня письмо от главы рода.