Я же лучше собаки (СИ) - Игнатьев Александр - Страница 21

***

То,что сообщил Мел, было невообразимо. Но все это потом. Нужен спасательный челнок, или капсула. Нужно его срочно оттуда вывозить. Кидаюсь к спасателям. Они, невозмутимо выслушав, предоставляют мне свод правил спасения и объясняют, что там указаны только люди! Сорри, мадам! Спасательные операции стоят недешево.

Глотаю боль, дурацкий свой испуг, желание прибить Леху, Сашку и всю эту богадельню.

- Сколько? - спрашиваю я

- Восемнадцать тысяч кредитов. Если труп, то двадцать. Берём двадцать. По договору. С налогом. Сразу. Всю сумму. Извольте перечислить.

Понимаю, что надо связаться с банком. Это время. Кому звонить? Где их сейчас взять?

Мое счастье неспешно идёт на меня. Пересекаю путь и трясу головой. Изумруды мило блестят.

Счастье останавливается, цокает языком и выдаёт:

- What earrings! What beautiful stones! I do!

Я, покраснев от надежды и готовая придушить идиотку, выпаливаю:

-Twenty thousand credits. Now. These earrings are yours!

Наконец, через час мы обе счастливы.

Иду на ресепшн, снова связываюсь с официальными спасателями, перечисляю деньги, заключаю договор. Проходит ещё час. О боже!

Наконец, по прошествии трёх часов двадцати минут от момента связи они вылетели. Теперь только ждать. Трое из четверых вылетевших сообщили мне, как я расточительна, вывозя трупы.

«Там минус 46 С. Давно отключился Ваш DEX, мадам».

---

Саша был совершенно белый, глаза закрыты и пульс еле прощупывался. Завёрнутого со всех сторон в термоодеяло, сопровождала верещащая янодка, и я просто отодвинула ее.

- Саш, детка, ты меня слышишь, Сашенька, ответь, мальчик...

Веки дрогнули и губы произнесли:

- Окся...

***

Меня отвезли в госпиталь. И очнувшись через сутки, я долго не мог понять, как там оказался. Просканировав себя, пришёл к выводу, что, кажется, поправлюсь. Потом стал искать, как бы удрать по-тихому. Но в мои неспешные планы ворвалась ОГ! Крик раненого марала был слышен издалека:

- Мне наплевать, что Вы думаете! Я его забираю. Нашли игрушку! Журналисты? Какие там журналисты? Его бросили! Бросили человека с детской карточкой, ребенка! Да! Я не скрываю! Будет суд! И это мой сын! Где мой ребёнок?

Хе! А ребенком то быть приятно! Я потянулся, и решил не вылезать!

***

В результате отпуск продлился на дополнительных десять дней. Я как-то медленно поправлялся! Раздробленная нога не хотела срастаться и на удивление противно ныла. Все улетели, кроме Лехи. Мел пользовался у спасателей невероятной популярностью и шепнул мне, что хочет выбрать эту профессию.

Джона реально арестовали. Нам выплатили компенсацию и премию (лично мне) за спасение человека. Много. Три тысячи. Окся положила их мне на карточку, почему-то сказав "на шпильки!" Ну, ее понять нельзя! А деньги большие. На день рожденья куплю ей подарок!

Она запретила мне вставать и таскала еду из ресторана. А я лежал и страдал. Мне подсунули планшет и велели учиться! А чтобы было совсем хорошо, приказали читать! Вслух! Представляете!

Совсем перед отлётом я спросил:

- Окс, а где твои серьги?

- В спасателе! - ответила моя ... мать! И презрительно скомандовав Мелу и Лехе, - Хватайте, чемоданы-то! - дала мне руку!

Глава 15 Маленькие истории

1.

Мы идём с Дашей и с Мелом по парку. Даша нас выгуливает. Я хромаю, и маленькая подружка следит, чтобы я не споткнулся. Месяц назад наша компания прилетела в Москву. Мне прооперировали ногу и лечили, как человека, запретив подключать импланты и заставив лежать в кровати. Теперь хромаю. Окся трижды проорала, глядя мне в глаза, что она приказывает не включать ничего, чтобы все само срасталось. Ну не подключаю я!

Наконец мы дошли до площадки с качелями и скамейками. Сели. Даша сделав три круга вокруг и, не найдя подружек, со вздохом возвращается к нам.

- Саш, - спрашивает она наконец. - Ты мне кто? Брат, или дядя?

Я жму плечами, потому что не знаю, кто я!

- Давай прикинем, - продолжает она, - Окся мама папы и твоя тоже мама. Если папа твой брат, то ты мне дядя! Странно тогда, почему Ба говорит, что я умнее!

- Это потому что ты девочка, - говорю я ей. - Окся говорит, что все женщины умные.

- Здорово, - соглашается она.

Вдруг Мел вскакивает с лавочки и убегает. Что с ним такое?

***

Все потихоньку возвращалось на круги своя. Работа утянула меня с головой. Прооперированный Сашка вредил себе из всех сил, окончательно разрушая здоровье. Мне показали его снимки, и мы с травматологами не нашли ни единой не сломанной кости. Есть сросшиеся очень грубо. Мысли были изгнаны из головы, но картинка разломанного тела все равно осталась стоять перед глазами. Я увеличила число преподавателей, и паразит теперь будет учиться не поднимая зада, ему светит только вуз и неспешная ученая стезя, дуболому!

Доползая до двери, услышала в сумке вызов. А, пусть себе звонит, хоть туфли сниму!

Швырнув сумку, черепахой переместилась на кухню.

- Саш, у нас что-нибудь есть съесть?

- Я пиццу заказал, - бурчит спиногрыз.

- А мне? Мне что-нибудь заказал?

- И тебе пиццу.

- Я не терплю ваши лепешки.

- Значит, у меня будет две!

- Кто тебе позволил мне хамить?

- Никто. Ты меня здесь держишь в тюрьме, я не хочу! Я на работу хочу! Ну давай, я уже поправлюсь, пожалуйста!

- Нет! Ещё неделю дома сидишь! Пиццу мою давай, поросёнок!

Мерзко пиликающая сумка раздражает.

- Посмотри, кто там, - прошу я, наконец.

Передает трубку. Леха! Что ещё ему-то надо? Только час назад сказала «чао».

- ОГ! Надо срочно тебе приехать, без Сашки! С Мелом плохо!

- Что плохо-то? Что с ним?

- Не по телефону. Срочно приезжай, слышишь, срочно!

Кидаю кусок холодного теста туда, где лежал, и возвращаюсь в коридор! Саша стоит памятником Командору (не забыть дать ему прочитать!).

- Остаешься дома, в приказном порядке! Узнаю что попер за мной, подключил импланты, или ещё что учудил, отправлю в больницу на месяц и не буду навещать! Пожрать мне закажи!

Через полчаса стою у Лехиной девятиэтажки. Третий этаж. Звоню. Дверь открывается сразу.

- Что у вас случилось?

- Сама смотри!

Прохожу в комнату. Смотрю. На диване, уткнув в подушку голову, лежит двухметровый Мел. Плечи его мелко вздрагивают.

- Мел, кто тебя обидел?

- Никто, - бурчит, всхлипывая, подушка.

Так! Вот мне только рыдающих ДЕКСОВ 7 модели в жизни и не хватает!

- Детка, что случилось-то? Тебя кто-то обидел?

- Нееет.

Машу рукой Лехе. Он послушно кивает и валит на кухню.

- Чай поставь, - кричу я ему вслед.

- Мел, давай-ка хватит всхлипывать, садись. Кто тебя испугал?

- Никто.

- Ну, никто значит никто, я вот устала, спать хотела лечь, а ты тут рыдаешь, пришлось мне к тебе ехать, а ты со мной даже говорить не хочешь!

- А ты правда ко мне приехала, а не к Лехе?

- Правда.

- Мы сегодня гуляли с Дашей. Даша сказала, что Сашка ее дядя, потому что Денис его брат, а ты его маааааама.... А мне мамуууу, я тоже хочу как он, у него и ты, и Денис, и Даша...

Леха с синими от возмущения губами врывается в комнату и почти кричит от обиды:

- А я? А я кто?

- Сиди уж, - говорю старому болвану. - Ты - папа! А человеку мама нужна!

- Да?

- Да!.. - шепчет мне двухметровая малолетка и для верности прижимается поближе!

В этот момент раздаётся треск какой-то старой березы и за окно вцепляется тело. Открываю! Сейчас кто-то умрет! Но тело хватает меня и верещит не своим голосом:

- Она моя мама! Не отдам!

- Моя! - взбрыкивает другая сторона.

Парни, набычившись, начинают сверкать глазами!

- А ну стоять! Сели! К-козлы! Я ухожу, у Вас не будет матери, и отца с собой забираю! - Леха! Одевайся! У них нет родителей, пошли!

Глаза потухают, и у обоих на рожах появляются слезы!