"Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Татуков Карим Анарович "loloking333" - Страница 187

– Я жалею только о том, что не успел ее допросить.

Повернувшись к вампиру спиной, Тимур начал отдавать распоряжения ожидавшим его воинам:

– Ерич! Быстро проверить характер ранений, начать обрабатываться.

Только что подоспевшая вторая часть отряда ждала указаний командира, не покидая седел и молча осматривая место недавней битвы. Тимур обратился к ним:

– Рог! Нужно собрать разбежавшихся лошадей и выставить охрану по периметру.

Все его приказания исполнялись быстро и беспрекословно, и только Юстиниана позволила себе обратиться к Тимуру:

– Я могу залечить раненых своим способом.

– Давай, – коротко ответил ей Тимур.

Потом, словно какая-то мысль прожгла его, он подошел к девушке и начал довольно бесцеремонно ее ощупывать:

– Что, сильно зацепило?

– Это не моя кровь! – холодно ответила Юстиниана и выскользнула из его рук.

Тимур отошел от нее багровый как рак и пробормотал:

– Я должен знать...

– Да? А вот руки распускать было обязательно? – неожиданно оказался рядом Нерк.

Тимур и не собирался оправдываться, он резко развернулся, весьма ощутимо зацепив при этом Нерка, и, не глядя на него, крикнул:

– Свар, собирайте трупы! И укладывай под комель этой буреломины.

Когда-то порыв ветра вывернул огромный дуб, образовав объемный грот, куда теперь собирался сложить трупы собак Тимур.

– А девушку тоже туда? – спросил с горьким сарказмом Нерк.

– Конечно, – ответил Тимур, зло глядя ему в глаза. – Отдельных захоронений и поминок не будет. Наше дело – убрать за собой, а не раздавать почести.

Нерк ничего не ответил. Что толку спорить? Вот она, философия смертных. Такая же примитивная, как их короткая жизнь. И цена ее так же невысока.

Юстиниана занялась врачеванием. Слюна псов могла нести в себе яд, и даже маленькую царапинку не стоило оставлять без внимания. Она подошла к убитой и произнесла одну-единственную фразу:

– Нет, я ее не знаю.

И все – ни жалости, ни торжества. Сухая констатация факта.

Трупы собак и тело девушки закидали лапником. После этого всадники оседлали измученных коней и двинулись в путь. Опасность, этот алкающий зверь, следовала за ними по пятам. Отряд сохранял постоянную боевую готовность. Нервы стали похожи на натянутые струны. И в такой неудачный момент Тимур решился переговорить с Юстинианой о ее коне.

Он подъехал к девушке и полушепотом спросил:

– Ты видишь, что кони на последнем издыхании?

Юста с явным напряжением в голосе возразила:

– Мой Тритон в порядке.

– Да, он у тебя двужильный, – согласился Тимур, – но в ближайшей деревне я хочу сменить всех коней. Тритона тоже придется оставить.

– Но… – Юстиниана не смогла сразу подобрать нужные доводы.

– Юста, я вижу, что ты относишься к нему с некоторой привязанностью, – Тимур не привык кого-либо уговаривать, и теперь ему казалось, что у него даже горло заболело, как в далеком детстве, – но если он падет на следующем переходе, ты будешь огорчена еще больше.

Юстиниана опустила голову, и какое-то время они ехали рядом молча. Командир отряда уже собрался отступить в сторону, когда Юстиниана впервые окликнула его по имени:

– Тимур! Он не совсем лошадь. Разреши мне добраться на нем до реки, а там я его отпущу. Сменная лошадь может какое-то время идти в поводу.

– Хорошо, – согласился Тимур. – Так и поступим.

Он бросил беглый взгляд на Тритона. «Кто их поймет, этих магичек! «Не совсем лошадь»… И что же это за монстр?»

Увидев, что в строю место рядом с Юстинианой освободилось, Нерк поспешил составить ей компанию. Тимур сплюнул. У него явно начинало болеть горло.

– Что опечалило прекрасную даму? – галантно начал Нерк.

– Я надеялась, что мои страхи – иллюзия, – искренне ответила Юстиниана. – Однако там, в корнях поваленного дерева, остались веские доказательства обратного.

– Да-а, – протянул Нерк. – А я подумал было, что недавняя стычка не произвела на вас никакого впечатления.

– Что толку демонстрировать впечатления, – с горечью сказала Юстиниана. – Разве это может что-либо изменить?

– Я бы не был так категоричен.

В этот момент свинцовое небо расколола ослепительная молния. Через пять секунд раскатисто прокатился гром.

Тимур подъехал сзади, вынудив коня Нерка отступить в сторону.

– Надень это! – Он протянул Юстиниане плащ-накидку.

Девушка поблагодарила.

– А вы, надеюсь, обладаете крепким здоровьем? – спросил Тимур Нерка. – У меня нет лишнего комплекта.

– Не беспокойтесь, – улыбнулся вампир и, оказавшись рядом с Тимуром, тихим голосом, так, чтобы его слышал только он, добавил: – В крайнем случае попрошусь под крылышко к нашей прекрасной даме! Безусловно, вдвоем теплее.

– Я тебе шею сверну! – не выдержал оппонент.

– Вы очень самоуверенны, сударь! – изящно возразил Нерк.

– Мне часто говорили об этом! Как правило, «до» и никогда – «после», – парировал Тимур.

– Может, попробуете подтвердить свои слова? – разозлился Нерк.

– Обязуюсь подтвердить! Но сначала выполню то, что должен: доставлю Юстиниану в безопасное место и выведу людей из этого проклятого леса.

– Ловлю на слове! – поклонился, принимая вызов, Нерк.

– Ты свое удержи, не надорвись! – отрезал Тимур и пришпорил своего бедного коня.

Нерканн опять вернулся к Юстиниане и самодовольно ловил тяжелый взгляд Тимура.

Лес становился все более влажным. Вдобавок с севера пробился циклон, и теперь сырой заряд ветра принес проливные дожди. Дороги сделались расхлябистыми. Копыта лошадей вязли в глинистой почве. Наконец вдали показались прибитые дождем жиденькие дымки деревни. В отряде искоркой пробежало оживление. Однако Тимур, остерегаясь засады, выслал конный разъезд из двух опытных воинов.

Когда они благополучно вернулись и доложили о своих наблюдениях, Тимур наконец-то разрешил отряду короткий комфортный отдых.

Рассвет выдался серым и дождливым. Притулившись возле стены, местный шаман тренькал на струне, зажатой в губах. Странный однотонный звук должен был разогнать тучи.

Юстиниана встала пораньше, вышла во двор и начала тренировку. Двуручный меч описывал широкие круги вокруг ее хрупкой фигуры. Она делала резкие неожиданные выпады, словно отражала атаки невидимого противника. Припадала на колено, перекатывалась и вновь поднималась.

Тимур замер, не в состоянии отвести взгляд от этого волшебного зрелища. Вот она остановилась, и вдруг меч с новой силой завращался вокруг девушки. Казалось, она пыталась не пустить дождевые капли к земле, и ей это почти удавалось. Двигающийся меч обратился в серебряный обруч, вращающийся вокруг воительницы. Внезапно она остановилась. По ее лицу, смешиваясь с дождевыми каплями, градом катил пот. Треньканье выделилось в отдельное звучание, свист рассекаемого воздуха прекратился, и стало слышно, как стучат дождевые капли и бьется в груди разгоряченное сердце. Комок подкатил к горлу Тимура. Шаман оставил наконец струну в покое, и она долго звучала в неприкосновенной тишине. Низкое небо вдруг пронзил золотой широкий луч. В туманную низину пробивалось солнце.

Жители деревни занимались в основном коневодством, поэтому быт их был весьма скуден. Вся трапеза сводилась к вареной или сыровяленой конине, пресным лепешкам и кислому кобыльему молоку. Ковры из шкур все тех же коней заменяли постели. Впрочем, эти условия отряду показались верхом уюта и благополучия. Тимур находил, что более удачное пристанище найти было невозможно. Жителей мало, поэтому появление чужака не могло пройти незамеченным. К тому же именно здесь легко было обменять усталых мелительских коней на местных лошадок, пусть менее красивых, зато чрезвычайно выносливых. Еще один существенный момент: сыровяленое мясо как нельзя лучше подходит для пайка, на котором они смогут продержаться до конечной цели путешествия.

Местный богач-коневод быстро сообразил, какая удача плывет ему в руки.