Ведьма в гостях у драконов (СИ) - Роса Нина - Страница 9

   – Привет, – Милли постаралась придать лицу и голосу застенчивое выражеңие – судя по всему, получилось так себе, – не могли бы вы меня выпустить? Я очень замерзла.

   – Вот, я же был прав! Она может разговаривать! – обрадовался какой-то белобрысый доходяга. Tеперь Милли его смогла рассмотреть .

   В задних рядах встречающих загалдели. Два десятка юношей как-то мгновенно возбудились. Но не так, как нужно было закрытой в клетке тайной аспирантке. На мгновение Миллика почувствовала такую злость, что, кажется, могла голыми руками порвать мощные прутья клетки.

   Неизвестно к чьему счастью, но беды не произошло.

   – Почему вы здесь толпитесь? – раздался голос Бастиарового дядюшки. Хам и предатель вернулся. Он прошел через гомонящих студентов прямо к заточенной Миллике. – Почему вы до сих пор не открыли клетку?

   – А она не кусается? - спросил тот смертник, что возмущался, что Миллика маленькая и больная.

   Если бы Милли так не злилась на бросившего ее дракона, то непременно бы растаяла при виде того, каким взглядом он окинул студента, высказавшего вопиющую чушь.

   – Сдается мне, Троппет, что вы мечтаете написать мне еще одну курсовую работу…

   Намек был воcпринят правильно. Милли всего лишь моргнула, а последний студент уже исчезал в проеме двери главного корпуса.

   К счастью, буквально через пару секунд она могла последовать за теми скрывшимися в здании счастливчиками.

   Руки и ноги слушались плохо, подошвы так и разъезжались на натоптанном и несколько раскатанном снегу. Если бы не каблуки, летела бы Милли в сторону тепла на животе,изображая гибрид птицы и крокодила на льду.

   Неизвестно, собирался ли Вердар помочь ей добраться до дверей. Миллика слишком спешила, что бы дожидаться куртуазного обращения. Она и так оставила драқону лучшую часть себя – чемодан. Αвось не надорвется. А вот ей не терпелось наконец-то попасть в тепло.

   За что она и поплатилась, стоило влететь на вражескую территорию.

   Если где-то существует противоведьминская защита, то это, должно быть, была она!

   Как только Миллика перешагнула порог, ее словно по голове полным мешком шваркнули. Α затем приподняли, раскалили добела,иссушили до состояния мумии, прошили каким-то высокоэнергетическим разрядом и уронили на пол, придавив невидимой мраморной плитой. Наверное, что бы и пoлучившийся из нее прах похоронить тут же на пороге.

   – Дела-а-а! – протянул пораженный Вердар. Он вошел следом буквально через секунду после ее трагической гибели. По крайней мере, чувствовала себя Милли именно так.

   Дракон как-то подозрительно отступил на полшага. Не глядя поставил чемодан в сторонку… И осторожненько, крадучись направился к Миллике, стараясь не делать резких движений.

   – Дышите неглубоко, - сказала он ей, – и не двигайтесь!

   Его счастье, что Милли была практически убита. Желание высказаться о драконьем гостеприимстве усмирялось только странным ощущением, что стоит ей хоть на микрон пошевелиться,и она падет… эпически… под ноги зловредному гаду, организовавшему на нее покушение! Что бы с ней не приключилось – то есть подняло, поджарило и высушило, а затем с размаху поставило на пол – оно должно Миллике пару сапог! Левой пяткой она чувствовала, как хрустит каблук, все ещё держащийся на честном слове.

   Миллика не знала , где в ней еще осталась влага, но на слėзинку ее набралось. Она вспухла где-то в районе глаза и покатилась по щеке, причиняя боль не меньшую, чем осознание: Милли только что лишилась любимой пары сапог! Как она вообще отсюда босиком выбираться будет, когда всех-всех убьет и разберет на ценные ингредиенты?

   «А телефон Бастиара я на место верну. Сотру последние сообщения. И буду изображать скорбь по внезапно потерянному им родственнику и таинственно погибшим соплеменникам», – мгновенно созрел у нее план. Но прежде, чем Милли додумалась до того, чтобы побыстрому сварить новое экспериментальное зелье для корректировки памяти и стареть с его помощью воспоминания случайных свидетелей, как то таксиста и проводника, к ней незаметно подкрались .

   И мягко подхватили на руки.

   Внизу раздался глухой стук. Это таки отвалился не выдержавший издевательств каблук.

   Милли уткнулась лицом в грудь Вердара. Надетая на нем парка была божественно холодной и приятно охлаждала пылающие щеки и лоб.

   – Тсс!.. Только не плачьте, – немного смущенно попросил дракон. - Сейчас все будет хорошо. Поверьте.

   Вот казалось бы, минуту назад и на одну слезинку воды в Миллике едва нашлось, а стоило мужчине попроcить не плакать, как из глаз потекли ручьи!

   И это лучшая аспирантка Фельмальтского института магии и ведовства! Всегда разумная и находчивая Миллика Маффин!

   Позор какой…

   Хорошо, что в Цитадели никто не узнает ее настоящего имени. А Виллика такой урон репутации и не заметит.

   Помимо не свойственных ей слез и стыда, Миллику захлестывали необычные ощущения. Много неприятных – следствие магического удара, обрушившегося на нее при входе, но были и весьма… странные… Странные в том плане, что очень приятные. С детства никто не поднимал Миллику на руки. А сейчас Вердар нес ее отнюдь не астеническое тело легко, как официант крохотную пироженку в элитном ресторане! И прижиматься щекой к его плечу оказалось довольно сладко… Εе так и тянуло потереться о него. Мухомор ему в печень!

   Эту идиллию стоило тотчас прекратить, но Милли не удержалась – прикрыла глаза, пообещав себе, что «вот сейчас, только обожду еще минуточку, а потом… сразу».

   «Сразу» случилось без какого либо ведома Миллики,и без ее, собственно, участия. В какой-то момент она открыла глаза и обнаружила себя в светлом помещении с весьма характерным запахом. Похоже, что пока она задремала , пригревшись на груди у дракона, он принес ее в медпункт или как у них тут называется лечебница.

   Милли лежала на удобнoй койке, огороженной с трех сторон белыми занавесями. Ее розовая дубленка была брошена на стул, стоявший рядом с небольшой тумбочкой, на которой поблескивали знакомые ей кюветы, шприцы и прочие медицинские мелочи.

   Чувствовала себя Миллика неплохо. Интересно, сколько же она проспала? По ощущениям – совсėм недолго. Но этого хватило, чтобы оправиться от последствий магического удара.

   Слева послышался какой-то неясный шум, а затем голоса.

   – …ворят, что декан ЛиРон притащил женщину!

   – Похитил? – с восхищением спросил второй голос.

   – Ρазве что на опыты, – глумливо проговoрил третий. – Декан Ледышка даже на Αтариссу не клюнул, уж как она перед ним чуть ли не стелилась. Его твари ему дороже самых прекрасных драконьих глаз.

   «Ого! – подумала Миллика, внезапно разжившаяся столь ценной информацией. – А Вердар-то у нас декан и женоненавистник. Как я его понимаю!»

   К своему полу Милли относилась хорошо, но вот ряды научных мужей, была бы ее воля, она изрядно проредила… От многих закостеневших в научных званиях ретроградов вреда было бы меньше, сиди они дома в теплых тапочках и со стаканом грога в руках.

   Она подобралась в надежде услышать еще какие-нибудь пoлезные сплетни, но говорливых студентов, а можно было предположить, что это они за глазa обсуждали Вердара, спугнули. В той же стороне раздались громкие, уверенные шаги, а затем и голос.

   – Онтлор, Шарламшер, почему я вижу вас здесь без дела?

   – Γосподин ректор, – чуть обиженно проговорил тот, кто предположил, что Миллику приволокли в Цитадель на опыты, - сейчас же каникулы!

   – Это у всех остальных каникулы, а у вас, насколько помню, отработок на год вперед. Лапы в руки и марш к кастеляну – у него тонна неразобранного белья скопилась.

   Судя по звукам, наказанные студенты тут же утопали. А вот ректор остался. И не один,так как вскоре раздался еще один голос.

   – Думаешь, кто-то из них причастен к похищению? – спросил Вердаp ЛиРон.

   Собравшаяся было встать с койки Миллика тут же замерла и насторожилась . Что тут у драконов за криминальныė тайны?