Барышня с подвохом или гонка на выживание продолжается (СИ) - Ос Ксения - Страница 23

Вид у мужчины был такой, словно он в лотерею как минимум миллионов сто выиграл, а теперь собирается всему свету прокричать об этом.

Зрелище было настолько забавным, что девушка даже улыбнулась несмотря на усталость.

— Ну, давайте уже, не томите, Емельян Артемович, — подтолкнула она Забелина в нужном направлении.

— Мужчина довольно улыбнулся в ответ и наконец, стал выкладывать новости.

— Нашел! — Гордо выдал он, — помните, вы, Надежда Константиновна, говорили, что неплохо бы товар полностью нам укомплектовать, чтобы покупатель не остов деревянный от той же кровати видел, а весь результат разом? Ну, сетовали еще, что нам матрасы, покрывала, подушки закупать придется. Ну, вспомнили?

Еще не совсем понимающая, о чем речь, девушка кивнула на всякий случай, а Забелин даже засветился радостно.

— В общем, я тут списки из регистрационного реестра просмотрел и нашел то, что мы искали — фабрику по производству ткани, а при ней небольшой цех по пошиву постельных принадлежностей и другой мелочи. Я уверен — это то, что нам нужно сейчас!

Надежда ахнула, обрадовавшись и сверкнув довольно глазами, посмотрела на невозмутимо крутящего руль наставника.

Тот усмехнулся и кивнул степенно, а Емельян Артемович не удержался и уже через минуту, мужчину несло на волнах адреналина.

— Фабрика, та, что под Серпуховом расположена, почти полностью разорена, а потому упавшие в цене акции можно дешево выкупить, — затараторил он торопливо, — но это быстро делать придется, пока другие не спохватились.

Надежда при слове текстильная фабрика встрепенулась нетерпеливо, а вот при слове «купить» поморщилась досадливо.

Нет, деньги-то пока есть, но не так уж и много, чтобы разбрасываться ими, да и на непредвиденный случай оставить требовалось. Расходов на работников и охрану с каждым днем все больше становится, а вот доходы пока только обозримом будущем намечаются.

— Какова цена вопроса? — деловито уточнила она, растеряв весь запал и, когда доверенный озвучил сумму, скривилась расстроено.

К сожалению, все оказалось очень грустно. По-хорошему, достаточное количество денег она, конечно, набрала бы, но этот проект съедал у нее большую часть из имеющихся средств. Это было недопустимо, поскольку для задумки по открытию магазина по принципу И…, что был в ее мире, денег требовалось еще больше.

Задумавшись, Надежда даже не сразу поняла, о чем вещает разом расстроенный Забелин.

— …главное хотя бы пятьдесят один процент акций выкупить и тогда, мы точно решающее слово будем иметь, а то, что у нас совладельцы будут тоже неплохо. Раз доходы в процентном соотношении делить будем, значит и на расходы на восстановление производства тоже не только нам вкладываться придется.

На некоторое время Надежда растерялась, но посчитав в уме предполагаемые расходы, снова нахмурилась. В принципе, если даже по финансам она пятьдесят один процент акций фабрики потянет, то, скорее всего, на содержание работников, материалы и ремонт оборудования она вложиться точно самой придется, поскольку не факт, что соучредители со всеми расходами согласятся. А еще, плохо, что мебельный завод работает пока в убыток, да и содержание поместья недешево обходится.

Помотав головой, она снова задумалась.

— А что будет, если собственнику не удастся продать фабрику? — спросила она задумчиво.

Емельян Артемович помолчал и посмотрел на девушку внимательно.

— Если не продастся по заявленной цене, то пойдет на аукцион — кто больше даст или будет распродаваться по частям, — сказал он задумчиво.

Так и предполагавшая Надежда кивнула, что поняла.

— А хозяин фабрики кем является? — уточнила небрежно.

Управляющий улыбнулся.

— Купчиха она. Ее отца Единый пару месяцев назад прибрал неожиданно, а сам он был из родовых Воложеных. Род, конечно захудалый, но независимый, да зажиточный. Многие на него смотрели с интересом, но несмотря на заманчивые предложения, ни в один клан он так и не вступил. Что там произошло, я точно не знаю, но слышал, что Олег Анисимович, вроде разругался с главой, вышел из рода, да в купцы подался, а фабрика за ним как личное имущество, так и осталась. Дочь у него Дарья, девка не промах, вроде спуталась с французиком одним, теперь имущество папашино распродает, да за границу собралась за женихом или любовником рвануть. В подробности я не слишком вникал, но слышал только, что сама она не бедная и хвост в виде непонятного производства ей даром не нужен.

Некоторое время Надежда с Забелиным молчали. Девушка обдумывала услышанную информацию, а мужчина ерзал от нетерпения и прикидывал, как бы эту самую фабрику не упустить.

Наконец Надежда решилась.

— Отправь в магазин при фабрике пару наших людей, чтобы купили что-то из тряпок, а потом пусть по рынку походят да слух пустят, что проклятие на фабрике не снимаемое — все вещи в течении недели после покупки разлезутся, оттого и продает все нынешняя хозяйка срочно, а не в поездке дело. Говорят пусть громким шёпотом, а там народ новость сам подхватит, — улыбнулась она зловеще, — да, еще свертками с логотипом фабрики потрясти пусть не забудут и сказать, что все обманутые покупатели деньги вернуть хотят.

Емельян Артемович открыл рот, но так ничего не придумав, вытаращился на девушку изумленно.

— Как же так? Это же обман, — прошептал он пару минут спустя. Потом подумал еще немного, и вдруг улыбнулся шкодливо, — а ведь если слух о проклятии пойдет, то акции и вдвое сбить можно, — сверкнул он весело глазами, — замечательно. Просто великолепно.

Надежда, которой стыдно не было абсолютно, улыбнулась сдержанно.

— Мало этого. Как слух от проклятии укоренится — набери отряд, и устройте рейдерский захват под видом проверки или бунта недовольных покупателей. Пошумите немного и уходите быстро, — озвучила план Надежда. — Я просто уверена, что после такого, даже самые упрямые желающие выкупать его побоятся, вот и придется этой Дарье цену совсем мизерную поставить. Об аукционе уже точно речь идти не будет — никто связываться с проблемным наследством не захочет, а тут то мы и подсуетимся.

Надежда помолчала еще немного и криво улыбнулась на восторженный взгляд Забелина. Отвернувшись куда-то в сторону, она покивала своим мыслям задумчиво и вздохнула.

— Нам слухи и испорченная мнимым проклятием репутация побоку, поскольку с другими продавцами мы работать не будем, — пояснила рассеяно, — все на собственный магазин уйдет, а потом и вовсе слухи забудутся, — а вот выкупить целую фабрику за бесценок, дорогого стоит. Думаю, стоит эту аферу провернуть.

Забелин смотрел на девушку как на божество, ну или дьяволицу в овечьей шкуре. Эмоции мужчины были настолько яркие и читаемые, что и без дара были понятны. Надежда Константиновна неосознанно улыбнулась.

— Ну, значит, с этим ясно, так что вы, Емельян Артемович, о мебельном заводе говорили? — перевела она нелегкий разговор.

27. Дела текущие

Утро встретило Надежду хмурым дождем и ожидаемым похолоданием.

Быстро одевшись и приведя себя в порядок, девушка позавтракала с домочадцами и вышла на крыльцо, провожая Добрыню с Митькой.

Оказалось, что за то время, что она была занята, Марк Соломонович подобрал три приличных учебных заведения на выбор и, изучив документы и условия обучения, посоветовал отправить их в Новгородскую гимназию как самую перспективную.

Доверяя опыту бывшего законника семьи, спорить никто не стал, и теперь Надежда обнимала мальчишек, обещая забирать их на каникулы и наказывая, чтобы дали знать, если что-то пойдет не так. Наконец, друзья отбыли.

Олька также не осталась без дела. Московская лекарская гимназия при городском госпитале для служивых и обедневших аристократов тут же, даже не смотря на опоздание почти в месяц, выдала согласие принять мага-лекаря на обучение и с радостью выделила куратора в лице забавного суетливого старичка.

От молодого надменного лекаря из недавно образованного, но амбиционного рода, Надежда отказалась сразу и бесповоротно, поскольку уже по жадным взглядам догадалась, что проблем будет не миновать, а вот забавный, чуть рассеянный Митрофан Павлович вызвал в ней полное доверие.