Барышня с подвохом или гонка на выживание продолжается (СИ) - Ос Ксения - Страница 19

Разговора Надежда не боялась, но опасение, что что-то пойдет не так, все же присутствовало.

— Главное, не проси денег и ценностей, — посоветовал на полном серьезе Петр Васильевич, пока они ехали и ухмыльнулся насмешливо, — царь-батюшка у нас не то, чтобы жадный, но когда дело касается государственной казны, прижимистый да бережливый до жути. О том всем давно известно, так, что награды больше символические, да в виде услуг и уступок Роду бывают, те, что затрат много не требуют.

Сдержавшаяся чтобы не хихикнуть Надежда кивнула сосредоточенно.

— Значит, если я порошу не выдавать меня замуж, а дать право самой решать свою судьбу, то это ему абсолютно бесплатно обойдется? — хитро улыбнулась она.

Пётр Васильевич посмотрел на девушку и нахмурился задумавшись.

— Вот тут я даже не знаю, что сказать, — признался растеряно, — с одной то стороны вроде и не принято отказывать в просьбе победителю, а с другой — не побоится ли Государь против устоев боярских пойти? — вздохнул дядька и, запустив руку в шевелюру, привычным жестом разворошил волосы на затылке.

— Все же ты не простая какая-нибудь, рядовая боярыня, а наследница, что милостью Единого Главой Рода стала, — продолжил он минуту спустя, — боюсь, что многим то не по нраву будет, могут и надавить на царя.

Понимая, что тот переживает и доля истины в словах родственника имеется, Надежда кивнула и улыбнулась ободряюще.

— Понимаю, — согласилась она задумчиво, — значит надо сделать так, чтобы моя свобода оказалась малой частью из запрошенного, отчего удовлетворить ее проще и дешевле для царя будет.

Надежда замерла, мысленно улыбаясь, — ммм, чтобы такого придумать нам?

Пётр Васильевич даже на дорогу смотреть забыл, нахмурившись в недоумении, а Надежда, ткнув его в бок, чтобы не отвлекался, прикрыла глаза, придумывая и мысленно оттачивая речь.

Ждать в тронном зале пришлось долго.

Наконец, девушку и недобро пялившихся на нее парней из тех, что побывали в лабиринте, попросили построиться.

Встав в конце шеренги, и проигнорировав рвавшегося к ней Болотникова, Надежда с легким любопытством и, так и оставшимся где-то в глубине души опасением, рассматривала статного, чуть худощавого мужчину с посеребренными висками и властным, разбавленным небольшим высокомерием взглядом.

Царя сопровождала свита из двух десятков офицеров, рассредоточившихся по залу, несколько таких же взрослых мужчин лет пятидесяти на вид — видимо приближенные маги и советники, а также молодой, всего лет двадцати пяти парень, смахивающий осанкой и чертами лица на самого царя.

Рассмотреть наследника девушке не удалось, хотя здоровое любопытство присутствовало, поскольку встал он по правую руку от батюшки, и лицо его оказалось чуть в тени, зато советники и маги выступили на полкорпуса вперед, словно прикрывая Главу Российской империи.

Тут, кстати, с «величеством» тоже все оказалось запутано. Вроде Россия это империя, то по логике событий и царь должен быть императором, но не сложилось. Что-то там было завязано на политических интригах, когда прадед нынешнего царя объявил себя императором, но мировое духовенство вроде как не признало притязаний и, официальный статус остался висеть в воздухе. Нынешний же Глава государства за громким званием не гнался вовсе, а потому, звался Величеством, Царем — батюшкой или попросту Государем. В общем, все это Петр Васильевич в быстром порядке и вкладывал в голову своей подопечной, чтобы не опростоволосилась, не дай Единый.

Некоторое время царь рассматривал тех «счастливчиков», кто рискнул и не побоялся шагнуть в неизвестность, потом толкнул короткую речь о цвете и гордости нации, ее бесстрашии и мужестве, а после долго и скрупулёзно расспрашивал о приключениях в лабиринте.

Тут уж даже Надежда заслушалась и была удивлена, что все они попали в один и тот же коридор, хотя и не встретились, к ее счастью. А вот комнаты-миры, как и ожидалось, у всех оказались разные. Кто-то попал в горы и по их словам отбивался от диких зверей, кто-то просто ходил в тумане по лесу и не мог выйти, а кто-то парил в невесомости, отбиваясь от фантомных чудовищ, но что поспособствовало их возвращению, так никто и не ответил.

Главным были подвиги и нереальное бесстрашие парней. Ну, они, по крайней мере, были в этом уверены.

Лишь Надежда призналась, что побывала в нескольких комнатах, как и Болотников, а вернул их огромный дракон.

Последнее царя заинтересовало особенно. К девушке и Павлу тут же подскочило несколько магов и, прижав руки к вискам, уставились пристально в глаза.

— Они же мысли читают. Менталисты или как их там, — охнула девушка испугано.

Перепугавшись, что ее происхождение (попаданство) да и другие секреты сейчас раскроют, она дернулась, а потом представила глухую толстую стену у себя, а голове.

Мужчина, чуть сморгнул, посмотрел на девушку удивленно и прижал пальцы сильнее.

— Ай, — почувствовав острую боль, Надежда дернулась, но вырваться не смогла и разозлилась, — скотина, — прошипела она, мгновенно превращая каменную стену в огромное зеркало.

— Ааа… — закричал мужчина, хватаясь за голову, отшатываясь от жертвы и неуклюже падая на колени.

Сопровождающие царя резко вскинулись, мгновенно переместились в центр, окружая ее и еще нескольких стоявших рядом парней.

— Что? Что случилось, Илья? — бросился к нему второй менталист, тот что старше, тормоша и недобро глядя на Надежду.

Мужчина же на полу помотал головой, все еще сжимая ее, посмотрел мутным взглядом на товарища и уже более осмысленным на девушку, а потом засмеялся хрипло, неестественно.

— Не поверишь, Олег Александрович, — глухо произнес он, — у барышни такая защита стоит, что меня отдачей собственной магией шибануло. Удивительно, что вообще жив остался.

Теперь все любопытные и недоуменные взгляды устремились на девушку.

Надежда, которой сказать хотелось многое и все очень нелицеприятное, но не позволяла обстановка и присутствующие первые лица страны, улыбнулась натянуто. Не зная, что делать дальше, она, копируя знакомую по прошлой жизни блондинку на охоте за очередным мужем (вовсе даже не глупую, кстати, в реальной жизни), недоуменно и совершенно невинно хлопнула глазками.

— Простите, не совсем понимаю, о чем вы говорите, — улыбнулась обезоруживающе.

22. Подстава от Тимохи

Наконец все успокоились, и навели порядок в зале. Внимание от этого к Надежде меньше не стало, но хоть открыто на нее глазеть перестали.

— Значит, говоришь, защита от ментального вмешательства это тот дар, что тебя в лабиринте наградили? Или, может, он и раньше в тебе присутствовал? — поинтересовался Николай Васильевич нарочито не заинтересованно?

Надежда, которая ничего такого не говорила, да и не собиралась, на такой интерес пожала плечами неопределенно, но тут же спохватилась, что обращается к ней сам царь и низко поклонилась, чертыхнувшись мысленно. Это хорошо, что хоть реверансы да глупые подпрыгивания здесь не приняты, а то точно опростоволосилась бы.

Врать царю, опасаясь, что кроме менталистов есть и другие маги чувствующие ложь, она побоялась, а потому отвечала обтекаемо и поверхностно.

— Не знаю, Ваше Величество, откуда дар этот взялся, — ответила, глядя самими честными, прозрачными глазами, — меня же никто не проверял раньше. Я даже не знала, что такое вообще возможно.

Царь пожевал губами озабоченно, но спрашивать больше ни о чем не стал, хотя Надежде и показалось, что к теме этой они еще вернутся.

Пришлось поклониться снова и отступить незаметно, чтобы глаза первым лицам империи не мозолить.

Дальше все пошло по протоколу. Еще раз похвалили участников соревнований и приступили к расспросам о том, кто и что вынес или получил из лабиринта.

Дары оказались разные. Кто-то умудрился притащить цветок очень похожий на большую росянку, и явно с минимальным интеллектом. Цветок щелкал чем-то похожим на множество белых мелких зубов, пытался дотянуться десятком длинных тонких отростков хоть до кого-нибудь, оставляя красные, похожие на ожоги полосы на тех, кто не усел увернуться и издавал непередаваемые шуршащие звуки.