200 дней на юг: автостопом из Москвы в южную Африку - Кротов Антон Викторович - Страница 86

Водитель занялся развозом девушек-автостопщиц по Лубанго, предоставив мне возможность поглядеть одним глазком на этот город. Здания там были разного фасона — португальского, советского и африканского. Высокие дома содержали кучу спутниковых антенн на своих крышах. А вот глинобитные лачуги бедняков таких антенн не имели. На их металлических крышах лежали булыжники, штук десять на каждый квадратный метр крыши, чтобы её, никак не закреплённую, не унесло ветром. И такой здоровущий этот Лубанго, здесь, наверное, под миллион жителей будет!

Людей на улицах было очень много. После долгой жизни в Намибии, где улицы городов были безлюдны, Лубанго показался мне весьма оживлённым. Жители ходили туда-сюда, продавали что-то, несли на головах разные вещи и просто тусовались. Хотелось бы пожить здесь хотя бы пару дней! Водитель сделал попытку избавиться от меня на автостанции, но затем осознал свою ошибку и вывез на трассу, туда, где начиналась дорога на запад, на Намибе. Я поблагодарил водителя и попрощался с ним, удивляясь тому, что за сегодняшний день в Анголе никто не попросил с меня ни копейки.

В вечернем полумраке мне удалось подъехать ещё километров на пятнадцать, до некоей безымянной деревни. Несмотря на то, что в деревне был электрический фонарь (вот не ожидал такого от Анголы!), и время от времени мимо проезжали машины, — застопить мне их не удавалось. Местный житель, стопящий под тем же фонарём в противоположную сторону, никак не мог уехать в Лубанго, и под конец применил странную методику — догоняние машин и залезание в кузов на ходу. Вскоре ему удалось уехать, и я подумал, что эта методика прогрессивна. Но не тут-то было — минуты через три он же, несколько расстроенный, вернулся из темноты к фонарю пешком. Вероятно, водитель почувствовал прибавление и выгнал непрошенного пассажира.

Я провёл ещё около часа во влажной, жирной темноте. Никто не испытывал ко мне интереса. Мимо проходили подвыпившие парни, но внимания на меня не обращали и в гости не звали. Тогда я покинул сию трассу, отойдя от неё в переулок, поставил палатку возле простого деревенского дома (проверив, нет ли поблизости значка с черепом и надписью "MINES"). Хозяин дома наблюдал весь мой процесс и не мешал мне. Я залез в палатку и уснул весьма счастливым ангольским сном.

Утром хозяин дома так же молча созерцал мой подъём и сбор палатки. Я вышел на трассу и продолжил автостоп. Вчерашний человек под фонарём исчез — значит, всё же автостоп существует и здесь. Вскоре меня подобрал грузовичок, а затем другой грузовик, побольше, в кузове которого ехали разные ангольские труженики.

Вдоль дороги тянулись поля, покрытые туманом, скромные дома и хижины. Крестьяне, неся на головах орудия труда и пищевые припасы, шли на свои угодья. На сельском базаре тётушки распаковывали корзины, предлагая покупателям хлебные и банановые продукты.

Затем дорога поднялась в горы, высокие, зелёные и туманные. Около получаса ехали по красивейшему горному серпантину. Ангольские труженики угощали меня кислыми яблоками и хлебами из дорожных припасов. Как известно, в Анголе почти никто не знает английского языка, а я не знаю португальского, но чувство взаимопонимания у нас образовалось.

Грузовик свернул на какую-то базу, и я продолжил путь пешком. Пейзаж был мирным, дорога — хорошей, высоковольтные ЛЭП тянулись за горизонт, справа, вдоль трассы, показались рельсы железной дороги. Я прошёл пешком часа два — останавливающихся не было, пока, наконец, медленный грузовик с огромным кузовом не подобрал меня.

Наконец я достиг того дорожного поста, откуда идёт трасса на север, на Лобито. Я ещё сомневался в том, что именно эта глухая дорога может вести в тот город, но дорожные полицейские подтвердили эту информацию. Жили ангольские гаишники в двух тесных вагончиках-контейнерах, забитых жарким дневным воздухом, мухами, патронными лентами и несъедобными зелёными бананами, которые следовало жарить. Здесь у меня впервые в Анголе проверили документы и не нашли в моей пятидневной визе ничего подозрительного. Я подумал: какая ненапряжная страна — и это здесь 25 лет идёт гражданская война! И страна совсем не нищая.

Тем временем стало жарко. На дороге, ведущей на север, сидело уже около десятка человек, ожидающих попутку. Я присоединился к ним. Один из ангольских авто- стопщиков проявил знание русского языка. Мы разговорились.

Как оказалось, сей ангольский пролетарий, житель города Намибе, в далёком ещё доперестроечном году учился на Украине. (Всего же в СССР получили образование целых 18.000 ангольцев, как я узнал позже.) Сейчас он ехал в поисках заработков в столицу, г. Луанду. Он подтвердил информацию о дорогах и добавил: 460 км до города Лобито проезжается за два-три дня, так как трасса очень плохая, а с Лобито надо плыть на пароходе, так как по трассе там не ездит никто — повстанцы шалят. Особенно на участке Лобито — Сумбе, проехать вообще невозможно. От Сумбе до Луанды еще можно проскочить, если повезёт, разумеется. Но лучше сесть на пароход. Стоимость парохода человек не знал, уповая, как и я, на бесплатное проникновение.

В отношении полицейских мой новый знакомый сказал, что они безвредны, заботятся лишь наполнением своего кармана; а продлить визу мою пятидневную нигде нельзя, кроме как в столице. В Луанде имеется большое посольство РФ и много русских самолётов, летающих как в Россию, так и по стране.

Но вот, о счастье! — огромный неторопливый грузовик вырулил с Лубангской магистрали и пополз к нам. Гаишники остановили грузовик, получили от водителя взятку пивом и посадили всех пассажиров на крышу грузовика, а меня, как белого мистера, в кабину. Я предупредил о своей неплатежеспособности, но никто не смутился — вероятно, пассажиры были такие же.

…Ехали мы очень долго и медленно. Асфальт время от времени исчезал, а порою опять появлялся, но в столь разбитом состоянии, что ехали мы не по асфальту, а вдоль него по песку, земле и горам. Водители, посадившие меня в кабину, активно угощали меня.

Во второй половине дня наш грузовик неожиданно одолел очередной перевал и нам открылась волшебная панорама Атлантики. Где-то внизу узкой белой полоской шумел прибой, узкой жёлтой нитью тянулся пляж, и среди серо-коричневых каменистых пейзажей окружающей прибрежной пустыни зелёным пятном расстилался оазис. Голубой океан до самого горизонта переходил в бело-голубое небо, и вся эта бело-жёлто-зелено-коричнево-голубая картина лежала прямо под нами. Но прежде чем прибыть в этот благословенный уголок, нам надлежало не менее получаса спускаться по серпантину того, что когда-то называлось дорогой. На подъезде к оазису умножились полицейские посты, они теперь стояли чуть не на каждом километре и выглядели очень просто — хижина или старый, помятый контейнер. На каждом посту водитель останавливался и вручал дорожным полицейским упаковку пива или другие товары.

Деревня Бентиаба находилась в оазисе, образованном устьем одноимённой реки. В оазисе продавали толстые, вкусные бананы, сушёную рыбу и прочую пищу. Мы остановились, водители занялись обедом и опять накормили меня. Русскоговорящий анголец, всё это время ехавший в кузове на грузе вместе с другими ангольцами, подарил мне 10 кванза — ангольские деньги, которые я увидел впервые. Деньги сии тут же были потрачены на мясистые бананы. Водители тоже приобрели бананы для меня, так что я почувствовал, что забананился надолго.

И вновь в путь! Как оказалось, наш грузовик идёт не до Лобито или Бенгелы, куда я устремлялся, а до следующей деревни Луцира, являющейся как бы перевалочным пунктом. Дальше — предупредили меня — дорога совсем плохая, и такой тяжёлый грузовик там не пройдёт, поэтому в Луцире грузы переваливают на другие грузовики, поменьше и помощнее. Пассажиры, едущие на север, собирались выгрузиться на повороте на Луциру и дальше ждать проходные машины.

И точно, вечером, одолев двести километров от места поворота на север, грузовик попрощался с нами и уехал куда-то в щель между горами, оставив меня и десяток других пассажиров на достаточно замусореной площадке, которую можно назвать "автовокзалом". Водитель на прощанье подарил мне 50 кванза ($2.5), а полицейским — два ящика пива и ящик газировки. Вокруг уже тусовались какие-то люди, приехавшие ранее, а также водители встречных грузовиков, менявшие колёса и чинившие что-то в своих машинах.