Бруно, начальник полиции (ЛП) - Уокер Мартин - Страница 47

«Я беру назад все, что сказал об английской кухне. Пока ты готовишь это, Памела, я буду есть любую английскую еду, которую ты поставишь передо мной. И этот пирог, ты должна рассказать мне, как его приготовить. Это не то блюдо, которое мы знаем во французской кухне. В следующий раз ты должен прийти ко мне домой и позволить мне приготовить для тебя».

«Да!» — воскликнула Кристин, и, к его удивлению, англичанки подняли правые руки ладонями вперед и хлопнули ими друг о друга в знак торжества. Любопытный английский обычай, предположил он, улыбнувшись им и еще раз потягивая свое корнуоллское вино. Корнуолл, напомнил он себе, был известен по-французски как Корнуайль, и он знал со школьной скамьи, что традиционный язык очень похож на бретонский, на котором говорят на французском полуострове Бретань, поэтому они действительно были французскими по происхождению. Это объясняло происхождение вина. Даже название страны Памелы, Grande Bretagne, просто означало «большая Бретань».

Салат, ингредиенты которого были опять же из сада Памелы, был превосходным и свежим, хотя хрустящий салат-латук, смешанный с рокетт, показался Бруно не совсем английским. Но сыр, толстый цилиндрик «Стилтон», привезенный Кристин из Англии, был сочным и великолепным. Наконец, Памела подала домашнее мороженое, приготовленное из собственной клубники, и Бруно признался, что наелся и полностью перешел на английскую кухню.

«Так почему же вы держите это в секрете?» спросил он. «Почему у вас в Англии большую часть времени подают такую плохую еду и почему у нее такая ужасная репутация?»

Каждая из женщин заговорила одновременно. «Промышленная революция», — сказала Кристин. «Война и нормирование», — сказала Памела, и они обе рассмеялись.

«Ты объяснишь свою теорию, Кристина, пока я приготовлю последнее угощение».

«На самом деле это довольно очевидно», — объяснила Кристин. «Британия была первой страной, пережившей одновременно сельскохозяйственную и промышленную революции восемнадцатого века, и они почти уничтожили крестьянство. Мелкое фермерство было заменено овцеводством, потому что овцы нуждались в меньшем уходе, точно так же, как более совершенные плуги и методы ведения сельского хозяйства требовали меньше труда и больше инвестиций.

Таким образом, мелкие фермеры и батраки были вытеснены с земли, в то время как новые фабрики нуждались в рабочих. Британия очень быстро превратилась в городскую индустриальную страну, и массовым городским рынкам требовались продукты, которые можно было бы легко транспортировать, хранить и быстро готовить, потому что на фабриках работало так много женщин. Затем были открыты новые сельскохозяйственные угодья в Северной Америке и Аргентине, и благодаря своей доктрине свободной торговли Британия обнаружила, что ее собственные фермеры проиграли в цене, и стала крупным импортером дешевого иностранного продовольствия. Это было в виде мясных консервов и хлеба массового производства. И это произошло как раз в тот момент, когда старые традиции крестьянской кухни, передававшиеся из поколения в поколение, стали исчезать, потому что семьи переселились в новое промышленное жилье».

«Некоторые сказали бы, что аналогичные силы действуют сейчас во Франции», — заметил Бруно.

Он повернулся к Памеле, которая поставила на стол небольшой поднос с большой темной бутылкой, кувшином воды и тремя маленькими стаканами. «А как насчет твоей теории о том, что виной всему война, Памела?»

«Подожди минутку, Бруно», — сказала Кристин. «Это вы, французы, изобрели консервы еще во времена наполеоновских войн, а войны были тем, что распространило эту систему.

Крымская война 1850-х годов, Гражданская война в Америке 1860-х годов и франко-прусская война 1870 года проводились на консервах, потому что это был единственный способ прокормить массовые армии. Буквально на днях в вашем местном супермаркете я увидел банки «Фрай Бентос» — вы знаете, как это получило свое название?»

Бруно покачал головой, но наклонился вперед, внезапно увлекшись этим разговором. Конечно, огромным армиям новобранцев понадобились бы консервы. Первая мировая война в окопах, вероятно, не велась бы без этого.

«Фрай-Бентос — город в Аргентине, который начал экспортировать мясной экстракт в Европу в 1860-х годах, чтобы использовать излишки мяса всех животных, убитых для аргентинской торговли кожей. И довольно скоро торговля мясом стала намного крупнее, чем кожей».

«Потрясающе», — сказал Бруно. «Я знал, что вы историк Франции, но не еды».

«Именно так я рассказываю своим студентам о глобализации», — сказала Кристин. «Вы должны показать им, что история что-то значит в их жизни, и нет более простого способа, чем рассказать об истории еды».

«Хотел бы я, чтобы у меня были такие учителя, как вы. Все наши уроки истории были посвящены королям и королевам, папам римским и битвам Наполеона», — сказал Бруно. «Я никогда не думал об этом с такой точки зрения».

«Я согласна со всем, что Кристин говорит об истории», — сказала Памела. «Но Вторая мировая война и нормирование, которое продолжалось почти десять лет после войны, усугубили ситуацию. После столь долгой зависимости от дешевых импортных продуктов питания Британия чуть не умерла от голода из-за кампании немецких подводных лодок. Люди ограничивались одним яйцом в неделю и почти не ели мяса, бекона или импортных фруктов. Даже традиция готовить лучше в ресторанах чуть не умерла, потому что существовал очень низкий лимит на то, сколько они могли брать за еду. Потребовалось целое поколение, чтобы прийти в себя и заставить людей снова путешествовать и наслаждаться иностранной кухней, а также иметь деньги, чтобы ходить в рестораны и покупать кулинарные книги. Она подняла темную бутылку с подноса.

«А теперь я хочу, чтобы вы попробовали это в качестве дижестива вместо коньяка. Это шотландский солодовый виски, который по сравнению с обычным виски то же, что отличное вино шато по сравнению с обычным вином. Это блюдо называется Лагавуллин, и оно родом с острова, где родилась моя бабушка, поэтому у него вкус торфа и моря.»

«Вы пьете это как коньяк?»

«Мой отец учил меня сначала нюхать его, очень долго нюхать, затем делать крохотный глоток и катать во рту, пока напиток не испарится, а затем глубоко вдыхать ртом, чтобы ощутить вкус во всем горле.

Тогда сделай настоящий глоток.»

«Кажется, что все тело теплое», — сказал Бруно, сделав глубокий вдох.

«Это действительно очень вкусно», — сказал он, сделав большой глоток. «Очень необычный дымный вкус, но очень приятный дижестивный напиток после замечательной трапезы и отличной беседы. Я чувствую, что многому научился. Спасибо вам обоим».

Он поднял свой бокал за них, пытаясь решить, кого из двоих он считает наиболее привлекательным. Он знал, что они немного поддразнивали его в течение всего вечера, и он мог бы попытаться поддразнить их в ответ.

«Итак, позвольте мне подвести итог, — сказал он, — спросив, действительно ли я ел сегодня вечером блюда английской кухни?» Памела выглядела слегка смущенной. «Я пробовал шотландский солодовый виски и шотландского лосося, вино из Корнуолла, французскую говядину и французские почки, французский салат с овощами и клубникой и французское шампанское, которое было сделано в Англии. Единственной полностью английской частью этого блюда был сыр. И все это было чудесно приготовлено англичанкой с очень хорошим вкусом, живущей в Перригоре.»