Солнце мое 2 (СИ) - Войлошников Владимир - Страница 51

— Ну, не-ет, ты что! У нас строго. После свадьбы только.

— Ну, вы — стойкие оловянные солдатики!

— Не говори…

На день рождения к Вовке собрались в основном представители той же могучей кучки, которая помогала вычитывать (или проигрывать) книгу. Тем более знаковым было явление Халкона одним из последних, когда почти все уже расселись за празднично накрытыми столами — он забежал, весь дышащий морозом, с наглухо заиндевевшими стёклами очков, и торжественно возгласил:

— Дамы и господа! Пришёл ответ от «Книжной россыпи»! Просят выслать полный текст книги!

Почему уж мы все восприняли это как окончательную победу, но все начали радостно орать и обниматься.

— Что ж. Как минимум, это признание, что начало неплохое, — рассудительно высказался Вова.

Боится радоваться раньше времени, поди. Тут я его понимаю и даже поддерживаю. Рассчитывай на меньшее — сильнее обрадуешься большему.

А посидели хорошо. Душевно! Расползлись по спальникам далеко заполночь. И, кажется, не все легли в одиночку. Впрочем, никому не собираюсь читать морали, все взрослые люди.

Ане всё-таки удалось убедить Димку, и они съездили, выбрали и купили ему красивый (прямо «вах!») костюм, в котором Димка сразу становился похож на Джеймся Бонда.

— Вот, рядом с таким не стыдно и в моём платье будет выйти, — довольно говорила Аня.

Я пыталась её расспрашивать: какое же платье будет у неё? По описанию выходило нечто элегантно-королевское, из жаккардового атласа. Если вам последние два слова сказали так же мало, как мне вначале, поясню: атлас — это такая богатая ткань, лицевая сторона у которой блестяще-струящаяся, а изнанка матовая. А тут она сделана так, что на блестящем фоне вытканы изысканные матовые узоры. Сама пока не видела, но Аня уверила, что изысканные, а не доверять ей у меня основания нет.

ОШИБКИ БЫТЬ НЕ МОЖЕТ

Мой день рождения приходится на самый край зимы — февраль, двадцать восьмое. В этом году у меня все мозги встали на раскоряку: как? Как соединить в одном флаконе всех, кто хотел меня поздравить? В итоге я решила, что отдельно посижу с мамой, Сашей и бабушкой. А стол пусть они мне приготовят, в подарок. Это в пятницу.

Отдельно к папе схожу с тортом, котлетами и какими-нибудь салатиками, чай попьём. Это в субботу.

Оба раза, понятно, Вовку привлекала к посиделкам, а то скучно мне без него.

А в воскресенье — уже, получается, второго марта — молодёжная тусовка. После очередного прогона новой главы второй книги, но до Вовиной трени по рукопашке. Не только керамичка снова пустая, но и зал маленький, можно танцы там устроить, ваще по красоте.

Я с утра надела Вовин подарок: серебряные серёжки с чёрными жемчужинами-капельками. Ходила красивая. Праздник мой или как? И ему приятно.

Кроме ролевиков, получается, приглашены были только Аня с Димой, как и в прошлый раз. Анна сегодня снова пришла пораньше. Собственно, они с Димкой вместе пришли, но он из любопытства пошёл на фехтовальную тренировку поглазеть. Мужчин многих туда тянет с непреодолимой силой. Полагаю, это что-то глубинное, подсознательное. А Аня мне помогать пошла. Мы с ней вместе месили салаты, трепались о всяком, но была она какая-то… странная, что ли? То вдруг замолкала надолго. То переставала улыбаться и хмурилась каким-то своим мыслям.

— Ты чего сегодня такая загадочная, мать? — наконец не выдержала я. — Что случилось опять? Колись?

Аня выглянула в коридор и заперла дверь на замок. Села ко мне поближе — подозрительнее некуда.

— Слушай, Ольга… Я, по-моему, беременна.

Я уставилась на неё, как баран на новые ворота:

— Не поняла… Ты ж говорила, вы — ни-ни?

Аня вздохнула и подпёрла щёку рукой:

— Помнишь, после Вовиного дня рождения какие весёлые расходились?

— Ну! — я села ближе и тоже заговорила вполголоса.

— Ну и вот… Пришли мы ко мне — родители спят… Постелили, поцеловались… Я, честно говоря, в себя пришла, когда уже всё…

— Охренеть… И чё? — придушенно поразилась я. — С первого раза⁈

Она снова тяжко вздохнула.

— Видимо, да.

— Так вы больше?..

— М-м, — она отрицательно помотала головой.

— Пипец… — я ошалело уставилась в окно. — И как ты узнала?

— Задержка у меня. И тошнит. Зинка сказала, тесты в аптеке продаются. В мочу опускаешь, через минуту смотришь. Две полоски — значит, есть.

— Сделала⁈

— М-гм. Две.

— Едрид-мадрид…

— Только они какие-то бледные такие были…

— Аня! Так, может, ошибка⁈

— Ой, не знаю… — она снова тяжко вздохнула. — Я теперь боюсь: на свадьбе видно будет. Будут говорить, что Дима на мне только из-за беременности женился…

Я возмущённо фыркнула:

— Ну, вот ещё придумала! Подумаешь — кто что скажет! И вообще, даже если этот тест правильный, в два с половиной месяца ещё ничего не видать! Ты Зинку хотя бы вспомни. У неё пузико еле-еле наметилось, а там срок четыре, что ли, был.

— Ну, так-то, да, — согласилась Аня.

— Я вообще не пойму — чё ты, мать, испугалась? Ты замуж выходишь. Муж тебя любит. Или вы рожать не хотели?

— Мы-то как раз хотели. Там мама его каждый раз разговоры заводит, что не надо сразу детей, надо как она: сперва лет десять для себя пожить.

— Плевать на них! Они как хотели, так и жили. Теперь вы будете жить, как вам хочется.

Аня немножко приободрилась.

Тут дверную ручку дёрнули, кто-то застучал, и голос Росы спросил:

— Оля, вы тут⁈

— Минутку! — откликнулась я.

— Я, наверное, на неделе к тебе приду поговорить, — прошептала Аня.

— Заходи, конечно!

— Девчонки, открывайте! — закричала из-за двери Лика. — Мы торт принесли!

Ну всё, день рождения разгоняется.

И сегодня самый знаменательный для меня подарок был — новость о том, что нашу книгу опубликуют!

— Письмо ещё в среду пришло, но мы с Рупуже решили приберечь сюрприз до сегодняшнего дня! — гордо объявил Халкон. — Там я на дискете принёс бланк договора, надо заполнить и отправить.

— Прямо сейчас? — растерялась я.

— Ну, что мы будем… Давай, я завтра заеду?

На том и порешили. Забегая вперёд, скажу, что одним договором дело не ограничилось. Были ещё редакторские вопросы. И редакторские предложения по правке, которые мы обсуждали всей могучей кучкой. И ещё вопросы…

В общем, довольно нервотрёпной байдой оказалось это книгоиздательство. Но процесс пошёл, и где-то к лету у нас должна выйти наша первая большая книжка. Ура!

Но это будет чуть потом. А пока мы праздновали моё появление на свет, ели-пили, пели, танцевали и даже бахнули на улице пару китайских фейерверков, которые мальчишки купили на Шанхайке.

А вечером, лёжа у Вовки на плече, я вдруг почувствовала, что на меня накатывает странное эхо нашего сегодняшнего с Аней разговора.

И Вова, видимо, тоже это почувствовал, потому что спросил:

— Девочка моя, ты чего?

— Вов… — у меня предательски защипало в носу и слёзы потекли сами собой. — А ты тоже считаешь, что жениться надо только по залёту?

— Чего⁈ — он повернулся и понял, что я плачу. — Олька, ты чего придумала? Эй…

Я вытерла глаза и шмыгнула носом.

— Да подумала вот. Правда ведь, судачат потом: из-за ребёнка поженились…

— Погоди, — он резко приподнялся, — ты что?.. Ты беременна⁈

— Нет, — ворчливо ответила я. — А если? Мы с тобой когда в последний раз предохранялись?

— Не помню, — честно сказал он.

— Вот и я.

Вовка вздохнул.

— Знаешь, если честно, я хотел, но… — он покряхтел. — Блин, я не хотел делать тебе предложение, пока у меня ничего нет.

— В смысле? — не поняла я.

— Ну, ничего за душой. Ты вот боишься, что будут судачить про беременность, а я — что обязательно скажут: из-за денег женился.

— Из-за каких… — начала я.

— Оль! — перебил меня Вова. — У тебя, так или иначе, квартира есть.