Последний Паладин. Том 9 (СИ) - Саваровский Роман - Страница 44

Стоп, она только что хотела жахнуть по ним танком отсюда? Жаль передумала. Я бы на это посмотрел. Вокруг сейчас такой стихийный хаос стоит, что призвать точно теневой карман на расстоянии задачка не из простых.

Нужно идеальное чувство собственной стихии и возможность безошибочно отделить ее от других.

Я уже на том, как быстро и четко Лиса смогла метнуть хомяка в помощь Амелии это заметил. Связь Лисы с миром Теней растет впечатляющими темпами и это не может не радовать.

Сам же я сладко потянулся и направился в противоположный от остальных коридор. Обманчиво пустой и тускло освещенный. Сирены тревоги тут не работали, не было никаких камер, а также ни одна из трех защитных перегородок не была опущена.

Я спокойно прошел до распахнутой настежь двери и вошел внутрь слабоосвещенной комнаты. Все ее стены были увешаны десятками отключенных систем вентиляции, а посередине стояла металлическая кушетка, на которой сидел человек в черном балахоне.

— Ну здравствуй, подрывник, — приветливо махнул я рукой, узнав сбежавшего мужчину с видео по отравлению водохранилища.

Голова человека слегка поднялась, и на меня из-под капюшона молчаливо уставились два едко-зеленых огонька глаз.

Его бледное молодое лицо не выражало никаких эмоций и выглядел он один в один как тот всадник Голода, которого я убил в лесу Долины.

Только вот стихийный ответ этого радикально отличался. И вот совпадение, излучал он второй запрещенный аспект Смерти.

Чуму.

Я думал на том видео мне показалось, но нет. Это несомненно Чума. И если наличие в этом времени одного всадника я мог списать на совпадение, то два это уже не шутки.

Словно уловив мой настрой, бледнорожий владелец балахона зашевелил челюстью и едва слышно произнес: — зарази…

Мутная ядовитая дымка стекла по его правой руке, после чего превратилась сначала в поводья, а потом и белую, словно сотканную из одних костей лошадь. С призывом фамильяра, стихийный ответ одаренного усилился десятикратно, а вокруг на стенах шумно заработали десятки вентиляторов.

Я же стоял, с любопытством наблюдал за представлением, и подмечал моменты, которые упустил при встрече с первым всадником. Например тот, что не фамильяр подчиняется всаднику, а наоборот. Это всадник всецело подчиняется фамильяру.

Спросить каково это быть марионеткой костлявой белой кобылы я не успел, потому что бледнорожий резко вскинул левую руку.

А вот за этим просто наблюдать уже опасно, — пронеслось в голове, и я потянулся к энергии мантии.

Всадник раскрыл ладонь и подбросил вверх газообразный зеленый шар концентрированной чумной энергии. Шар, который должен был разорваться, выбросив энергию в специально подготовленные вентиляционные шахты, однако он не взорвался и завис в воздухе.

Три секунды потребовалось бледнорожему, чтобы понять, что произошла осечка. Он поднял свою башку и его бледное лицо впервые озарила эмоция.

Это было удивление.

Его зеленый шар оказался плотно укутан тканью с мерцающими перламутровыми прожилками. Энергия мантии сдерживала рвущийся наружу чумной газ.

Вентиляционных труб я тут насчитал четыре десятка, а куда и зачем они ведут, мне подробно расскажет один бледнорожий ублюдок, который, вернув взгляд на идущего меня, вдруг испытал свою вторую эмоцию.

Страх.

Глава 23

— Что… что… говоришь, случилось? — медленно переспросил обманчиво любезный женский голосок.

— Четвертая лаборатория потеряна, — терпеливо повторил мужчина и переложил трубку поудобнее.

Молодой Князь Смерти сидел в небольшой черной комнате, на столе рядом с ним располагалась глиняная миска с какой-то похлебкой, а на стене перед глазами была раскрыта голографическая карта подземных горных тоннелей. А напротив метки с цифрой четыре, в нижней области карты мигал красный крест.

— Рановато, — недовольно цокнула язычком Октавия, — ну да ладно. Сколько убил наш подарочек?

— Нисколько, — без эмоций ответил молодой Князь Смерти, — чумной взрыв был локализован.

— Локализован? Это возможно? — удивилась Октавия, а потом замолчала и со смешком продолжила, — Дай угадаю… это сделал Маркус?

— Или его фамильяр, сказать наверняка мы не можем. Живым никто из свидетелей не ушел, — меланхолично доложил молодой князь.

— О! Там был фамильяр? Птичка?

— Нет, насколько нам известно, медведь.

— Медведь? У него и такой фамильяр есть? Любопытно, — весело отозвалась Октавия, — сколько твоих лабораторий связаны проходами с четвертой?

— Семь, — неохотно признал Князь Смерти, — начать эвакуацию?

— Ни в коем случае! — тут же угрожающе рыкнули на него, — держи внимание Маркуса на себе!

— Прошу прощения, госпожа, но ведь так он…

— Найдет и вычистит все твои лабы, я знаю, — безразлично отмахнулась Октавия, — новые потом тебе построим, не переживай, главное сам не попадись. Сейчас важнее держать его внимание подальше от меня, ты понял?

Несколько секунд Князь Смерти молчал, недовольно постукивая пальцем по столу. Он смотрел на карту работы всей своей жизни. Тридцать три лаборатории. И пусть большинство из них не принесли должных результатов, терять даже часть из них, это все равно, что позволить сломать детские игрушки.

Неприятно.

— Могу ли я убить Маркуса? — поинтересовался Князь Смерти, впервые за долгое время испытавший к кому-то интерес.

— Убить? Ну попробуй! — звонко засмеялась Октавия, после чего, сквозь смех добавила, — только всех всадников не посылай.

— Почему? — удивился такому условию молодой князь.

— Потому что они мне еще нужны, или у тебя много подготовленных на замену кандидатов осталось?

— Немного, — признал Князь Смерти, — но если отправить всех четверых разом…

— То все четверо и сдохнут, — ничуть не сомневаясь, ответила Октавия, — работай с мыслью о том, что физически устранить Маркуса невозможно, иначе проиграешь.

— Это приказ? — с легким раздражением спросил молодой князь.

— Это совет, — посерьезнел голос Октавии, — приказ: не потерять доступ к моим лошадкам и не попадаться самому. А будешь ты его исполнять ожиданием, боем или еще каким образом, мне абсолютно безразлично. Справишься? Или же…

— Я справлюсь, госпожа, — смиренно ответил молодой Князь Смерти.

— Вот и умничка, — весело пропела удовлетворенная Октавия, и положила трубку.

Кайман с ветерком нес меня по восточной магистрали столицы. Храмы, широкие улицы и мелькающие вдалеке кладбища.

Все-таки странный райончик. Надо будет с водником как-нибудь взять по пиву да поболтать как так вышло. Да и историю современных Кланов от лица Князя будет любопытно послушать.

В этом времени поболтать по душам с каким-либо опытным Князем без желания его убить настоящая проблема. Я уж, грешным делом, подумал, что дело во мне, но вспоминая какую дичь творили так называемые здешние «князья», отмел это вариант.

Да и есть же среди них теперь нормальные.

Макс, например. Но и на Князя он, будем честны, не особенно похож. Уверен, в делах Клана Молнии Диана больше знает, чем он, а в его истории особенно.

Кто еще.

Виктория? Стала Княгиней недавно, историю Кланов слышала только из рассказов других, а не видела ее сама.

Князь Металла? Уже теплее, но его фиг поймаешь. Вроде бы гигантский ходячий доспех, который видно за километр, а спросишь, где он, так никто не знает. Как выпустили его из шахт, так и носится теперь то здесь, то там.

Вот сейчас я в столице, а он экспедицию в красную зону устроил. Портал там с неизвестным ранее металлом открылся, и он умчал туда первым поездом.

Впрочем, на сегодняшний вечер у меня тоже есть планы.

Допрос чумного подрывателя прошел гладко. Вентиляционные шахты вели на поверхность и покрывали не всю столицу, как я думал изначально, а лишь часть восточного района. Но часть самую густонаселенную.

Целью газовой комнаты в обороне лабы было остановить возможных нападающих, шантажируя их массовым убийством гражданских, и тем самым выиграть себе время на эвакуацию или вовсе заставить благородного противника отступить.