Глаз вечности - Фьюри Мэгги - Страница 80

Свинцовые небеса над унылыми торфяниками хмурились по-зимнему, разражаясь то ледяной изморосью, а то и первыми пригоршнями сырого снега. В продуваемых ложбинах качались на ветру папоротники и верески, поседевшие от инея.

Трое из дюжины всадников держали наготове длинные луки и стрелы. Ехать приходилось со всей осторожностью: даже малейшая ошибка могла стоить жизни заложникам. К счастью, следы копыт четко выделялись на влажной земле. Впрочем, горцы часто отступали от проложенной Пресвелом тропинки, выбирая собственные тайные пути. Осмотрительный Кетейн с трудом осаживал торговца, обезумевшего от горя,– тот так и рвался вперед, разделаться с похитителем дочери.

Серима приблизилась к товарищу.

– Мы спасем ее, Тормон. Обещаю тебе. Если это в человеческих силах, мы освободим их обеих.

– Да? – Торговец бросил на нее взгляд, преисполненный страдания. – После всего, что случилось, трудно хранить какую-то веру. Канелла ушла навсегда. Затем исчез Сколль, в котором я души не чаял. Теперь моя дочка в руках помешанного. – Он запрокинул лицо к небесам: – За что такая кара? Чем я это заслужил? Разве хоть кто-нибудь видел от меня зло?

Ответить было нечего. Наездники поскакали дальше в молчании. Вдруг Тормон повернулся к спутнице.

– Это он убил Грима, верно?

– Боюсь, что да. Я сразу же узнала нож. – Серима сокрушенно вздохнула. – Не понимаю, как подобное могло произойти. Пресвел всегда казался мне самым благоразумным, уравновешенным. Хотя крушение Тиаронда изменило его до неузнаваемости.

– Я замечал, как он надоедает Рохалле своими приставаниями, – кивнул собеседник. – По-моему, она и с Аннас-то не расставалась не только из любви к детям, но чтобы избавиться от него. Но милая девушка никогда не жаловалась.

– Лучше бы уж намекнула нам! – возразила Серима. – Однако я несправедлива к бедняжке: мы и сами все прекрасно видели. Просто каждому хватало собственных забот: еще бы, земля уходила из-под ног.

– В последнее время мне показалось, что Рохалла не со всем равнодушна к нашему Сколлю, – задумчиво проговорил торговец.

Серима широко распахнула глаза.

– Думаешь, он и Сколля?..

– Трудно сказать. То, что колдун Дарк тоже пропал, вселяет слабую надежду. Может, молодые люди бежали вместе, испугавшись, как бы Аркан не обвинил их? Но это так не похоже на мальчика: скрыться, не оставив никакого письма, знака, весточки. – Тормон пожал плечами. – Ничего, я еще вытрясу правду из этого негодяя, прежде чем убью его.

Леди сделалось дурно. Как невозмутимо, мимоходом рассуждает он о том, чтобы поднять руку на человека! А ведь Пресвел долгие годы был ему другом. Кетейн, от внимания которого ничто не ускользало, направил коня к Сериме и нежно коснулся ее руки. Торговец подозрительно уставился на обоих.

– А вы прямо не разлей вода! Я что-то пропустил?

– Да, – отозвался сын вождя.– Я попросил эту леди стать моей женой, и она согласилась.

Тормон долго смотрел на них безучастным взглядом. Затем пришпорил коня и ускакал вперед, бросив через плечо:

– Поздравляю!

Серима лишь покачала головой ему вослед. Когда твоя собственная жизнь летит под откос, где уж тут радоваться за ближнего.

«Несчастный. Супругу ему уже не вернуть, но за дочку мы еще повоюем! Потому что новой утраты бедняге не перенести».

Нежданная беда оглушила Рохаллу. Точно во сне, девушка покорно выполняла приказания похитителя; возможно, нападение крылатых чудищ и напугало ее чуть сильнее, но в тот раз Пресвел защищал ее.

Лишь оказавшись вдали от спасительной крепости, заложница начала осознавать, что происходит. Но драгоценное время было упущено. Вокруг расстилались пустынные, безлюдные торфяники, рядом ехал сумасшедший, а с ним – беспомощное дитя.

«Девочку надо уберечь любой ценой. Боже, что станет с Тормоном?!»

Аннас уже сейчас вызывала у Рохаллы тревогу. Они не взяли для нее ни плаща, ни теплой накидки. Малютка дрожала от холода; кожа ее покрылась мурашками и даже слегка посинела. Но самое ужасное – крошка снова впала в безразличное оцепенение, подобное тому, что последовало за гибелью ее матери. Пресвел посадил девочку в седло перед собою, и та тряслась на ухабах, точно бездушная тряпичная кукла, устремив остекленевший взор в никуда.

Рохалла опускала голову все ниже, чтобы похититель не заметил ярости, пылающей в темных глазах.

Как у мерзавца рука поднялась? Одним небесам известно, как этот кошмар искалечит сиротку! Ее сердечко едва начало оттаивать.

Впрочем, что толку гадать о будущем.

Кровожадные твари летают уже и в торфяниках.,Интересно, Пресвел хоть слышал об этом? Или ему все равно? На что он рассчитывает – добраться до Тиаронда живым и поселиться прямо под носом у крылатых чудищ? И как надолго? Он вообще думает о чем-нибудь, или просто бежит?

Бывший слуга Серимы решил прибавить скорость, и девушка на время забыла обо всем, пытаясь справиться со своей лошадью. Пресвел даром что наездник никакой, а все же как-то справлялся; Рохалла же никогда не скакала верхом сама, лишь в качестве пассажирки. Не умея ни держать поводья, ни даже правильно сидеть в седле, она ежесекундно подпрыгивала, соскальзывала вбок и, казалось, за счет одного только чистого страха еще сохраняла равновесие. Лошадь чутко уловила, с кем имеет дело, и, устав нагонять товарища по стойлу, резко остановилась передохнуть. Девушка перелетела через ее голову и приземлилась в колючие заросли вереска.

Похититель с бранью повернул коня обратно. Придерживая ускользающие поводья и девочку правой рукой, Пресвел выбросил левую вперед и неуклюже ухватил отбившуюся лошадь за уздечку. Рохалла, задыхаясь, поднялась на ноги. По ее грязному, расцарапанному лицу ручьями текли слезы. В холодном взгляде злодея не промелькнуло ни тени жалости.

– Залезай.

– Не могу! – всхлипнула девушка. – Ты же знаешь, я не умею!

Отточенное лезвие защекотало шею Аннас.

– Учись.

Ненависть высушила глаза несчастной. Животное беспокойно вертелось и пританцовывало, но Рохалла каким-то чудом сумела взобраться в седло. Похититель наклонился к ней, размахнулся и влепил звонкую пощечину.

– И нечего так пялиться, стерва!

Девушка потупилась и крепче сжала гриву коня, боясь поднять ладонь к пылающей щеке.

– Извини, Пресвел.

Так, значит, этот подонок действительно способен причинить им боль. Что ж, пусть думает, будто усмирил непокорную раз и навсегда.

Злодей привязал ее поводья к особому кольцу на своем седле, и всадники тронулись дальше. Какое-то время они ехали в молчании. Наконец Рохалла набралась мужества и негромко заговорила:

– Пресвел, я все пытаюсь понять. За что ты убил колдуна? Ведь это твоих рук дело? Но ты же не нарочно, правда? Ошибка, несчастный случай?..

Мужчина хохотнул.

– Ну да, промашка вышла. Я-то метил в твоего дружка Сколля, а старый дурак подвернулся под руку.

– Сколля?!

Девушку пробрал колючий озноб. Преступник глумливо покосился на нее.

– Успокойся, лично я и пальцем щенка не тронул. Не-ет, это колдун Дарк утащил парня не знаю куда. Судя по всему, – осклабился он, – до утра парочка не дотянула, но то уже не моя вина, верно? Зато соперник благополучно устранен, и ты принадлежишь мне. Безраздельно! – Злодей стиснул хрупкую сиротку так, что та захныкала. – Мы составим чудесное любящее семейство, не находишь?

– Разумеется. – Усилием воли Рохалла заставила себя улыбнуться. – Только я не понимаю, зачем непременно ехать в Тиаронд? Разве нет других мест?

– Мы возвращаемся домой, – отчеканил Пресвел. – Чудища давно уже улетели. Да их и было-то раз-два и обчелся. Эта истеричка Серима за компанию с деревенщиной Тормоном раздули из мухи слона. Зря только оставили город. Ты сама видела сторожевые патрули – что ж они, до сих пор не позаботились о летающих тварях? Нет, отныне все пойдет по-старому. За одним крохотным исключением. Империю Серимы возглавлю я. Не говоря уже о том, что займу ее особняк.