Жало 2 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 42

— Олег, не дури! — в пробудившемся вдруг наушнике раздался напряженный голос Сергея (видимо через разделяющее нас полутораметровое расстояние радиосигнал между нашими гарнитурами пробился даже сквозь препоны местной аномалии). — Ты ловко развел тварей на этот дурацкий поединок. И пока они отвалили, нам самое время сделать ноги.

— У нас и так репутация с рухами ниже плинтуса, — откликнулся я, активировав «Мыслеобразом» микрофон. — А если сбежим…

— Да забей! — фыркнул Сергей, недослушав. — Зато все живы останемся. А командование потом как-нибудь замнет это недоразумение.

— Не ссы, Серый, — хмыкнул я. — Как бы не закончилась моя драка, вас потом рухи не тронут.

— Да причем тут мы⁈ О себе подумай!

— Командир, не сходи с ума, выходить с одним ножом против попрыгунчика — это гарантированная смерть, — поддержал товарища Алонсо, так же через шлемовую гарнитуру подключившись к нашему разговору. — Зачем так рисковать, когда можно спокойно свалить в «Луч», и через несколько секунд оказаться в безопасности на антиграве?

— Значит, тоже в меня не веришь?

— Извини, командир, но с одним ножом против такого здоровенного попрыгунчика у тебя меньше шансов, чем у мышонка против матёрого кота-крысолова.

— В виртуале мне удавалось валить ножом рухов и посерьезней попрыгунчика.

— Так, то в виртуале. Там сдохнуть было не страшно.

— К чему эта дурацкая жертва⁈ — снова встрял Сергей. — Олег, пожалуйста, скомандуй отступление. Уверен, парни сверху прикроют наш отход.

— Отставить панику! — раздраженно шикнул я и, сорвав с головы шлем, не глядя швырнул его за спину, в направлении Алонсо.

Чем тут же вызвал одобрительный ропот рухов и отчаянный стон парней за спиной. Налетевший тёплый ветерок взъерошил мокрые от пота патлы моих давно не стриженных волос.

— Так гораздо лучше, — чтобы приободрить друзей, вслух поделился я своими ощущениями. — Обзор увеличился. Теперь точно не промахнусь.

С противоположного края импровизированного ристалища донёсся напряжённый стрекот противника. Без отброшенного на эмоциях шлема я лишился «Переводчика», но догадаться: чего хочет изготовившийся к прыжку рух, и так мне не составило труда.

— Всегда готов. Давай, атакуй уже, и покончим с этим, — откликнулся я.

Попрыгунчик не заставил себя долго упрашивать. Легко оттолкнувшись огромными задними ножищами, он смертоносным снарядом метнулся на гораздо менее проворного меня, намереваясь через секунду праздновать легкую победу.

И частично его задумка воплотилась…

Все ж таки самоуверенность сыграла со мной злую шутку. Реальный попрыгунчик оказался на порядок стремительней своих виртуальных прототипов, и наблюдая летящую на меня беспрерывно шевелящуюся массу шипастых лап, я отчетливо понял, что двигаюсь гораздо медленней противника, и, даже зная уязвимое место в его хитиновом доспехе, попросту физически не успею сунуть туда нож в обход шустрых лап гиганта.

Перед глазами вдруг полыхнули строки системного уведомления, которые я, разумеется, тут же сморгнул, не глядя.

Мало мне было бед, так еще чертовы строки неожиданного лога ослепили аккурат на подлете противника, окончательно деморализуя. Я проморгал самый благоприятный для уклона момент, и осталось только отчаянно броситься в лобовую на шипы попрыгунчика, с призрачной надеждой первым дотянуться ножом до уязвимости руха.

Это случилось аккурат в момент моего встречного движения, с задранным в руке клинком…

Время вокруг меня вдруг словно остановилось. Я с невероятной четкостью увидел ощерившегося острыми шипами всех четырех конечностей, сгруппировавшегося в стремительном прыжке руха, словно в невидимом киселе по-черепашьи медленно преодолевающего последний метр разделяющего нас еще расстояния. Воспользовавшись неожиданным подарком судьбы, я попытался увернуться от нацеленных мне грудь и живот хитиновых шипов, и с ужасом обнаружил, что тоже нахожусь в таком же вязком киселе, для минимального продвижения в котором необходимо прикладывать просто колоссальные усилия.

Но вид неумолимо приближающихся к телу шипов противника стал идеальным стимулом для отчаянной борьбы за выживание. Я так остервенело рвался уйти с траектории удара смертоносных шипов, что мне удалось в достаточной мере продавить сопротивление вязкого воздуха, и добравшиеся-таки до меня хитиновые конечности твари лишь оцарапали МБПП. Направленный же моей правой рукой, в обход шипов попрыгунчика (что, при черепашьей скорости происходящего, оказалось плевым делом), десантный нож вошел аккурат в крохотную щель соединения левой верхней лапы с толстым хитином панциря и, без труда провалившись на всю глубину клинка, круговым движением нанес противнику смертельную рану.

Время вокруг вернуло свой нормальный бег. И схлопотав-таки дернувшейся в агонии шипастой лапой по ребрам, я отлетел на пару метров от зарезанного попрыгунчика… Как рух и хотел, схватка закончилась мгновенно. Вот только все нацеленные им удары острейших шипов, еще мгновение назад казавшиеся неотразимыми, вдруг бестолково пронзили пустоту в том месте, где обязан был быть имперец. А низкорослый противник, с неожиданным для мягкотелого проворством, успел уклониться вправо, и оттуда ловко вонзил свой длинный нож аккурат в щель под верхней лапой его хитинового доспеха.

Влекомый прыжковым ускорением, мертвый рух кубарем прокатился еще метра три по песку тропы и остановился, только столкнувшись с окружившей место поединка толпой соплеменников. Зажав ладонью разодранный последним ударом попрыгунчика бок, шипя и матерясь сквозь зубы от боли, я кое-как самостоятельно поднялся на ноги и заковылял к трупу поверженного врага за оставленным в ране ножом.

Общий стрекот боязливого восхищения вырвался у многочисленных зрителей. Как и было мне обещано, никто из рухов не попытался оспаривать результата поединка, все аборигены дружно и безоговорочно признали правоту победителя.

«Черт! Че ж мне так хреново-то?» — мысленно дивился я на свое совершенно разбитое состояние. Пустяшные царапины на боку точно не могли вызвать такого оглушительного упадка сил. После секундного боя у меня было такое состояние, будто я несколько часов к ряду безостановочно таскал здоровенные мешки с цементом.

Перед глазами снова полыхнул ряд системных строк. Но решив ознакомиться с уведомлениями по порядку, я мысленно затребовал: вернуть сброшенное ранее и показать все с самого начала.

Висящие перед глазами строки сместились вниз, и сверху загорелись сброшенные ранее:

Внимание! Улучшение Тягучий граус открывает у носителя пассивную функцию Тянучка.

Описание пассивной функции Тянучка: означенная функция десятикратно замедляет время вокруг носителя. Продолжительность действия пассивной функции Тянучка в реальном времени: 2 секунды. Откат пассивной функции Тянучка: 4 часа. Важное уточнение: пассивной функции Тянучка активируется самостоятельно в критической ситуации, без участия носителя.

Интеллект +0,76%

Сила +7,87

Скорость +8,14

Выносливость +4,57

Регенерация +2,72

Интуиция +1,78

Тягучий граус +2,15%

Вон оно как. Похоже, спасаясь от шипов попрыгунчика в «патоке» так вовремя активировавшейся «Тянучки», я вынудил тело в реальном времени двигаться запредельно быстро, от чего, по окончании действия пассивной функции, получил шикарный набор плюшек разом аж во всех шести основных сферах развития. Причем в Силе и Скорости разом такое существенное развитие сфер я давно не наблюдал даже после самых изнурительных тренировок.

Теперь понятно: отчего такое разбитое у меня сейчас состояние. Я ж фактически рвал себе жилы, пытаясь пробиться сквозь «патоку» растянутого времени. Хорошо еще без переломов и растяжений обошлось.

Так, рассуждая о своем, и не обращая внимания на стрекочущих вокруг рухов, я тщательно вытер нож о вырванный из склона ближайшего холма пук травы, вернул его обратно в ножны и, приняв из рук подошедших товарищей шлем с автоматом, вместе с парнями направился к белому силовому лучу.