Вернуть Боярство 17 (СИ) - Мамаев Максим - Страница 24

Как бы я не ругал Петю, он в последний раз был всё ещё сильнее Темного и остальных. Впрочем, и не удивительно — тот на момент распределения мест в моём списке был всё ещё лишь Старшим Магистром. А Петя, после устроенной ему выволочки, взялся за саморазвитие с утроенной силой. Всё же уступать он никому не хотел… Алтынай в их спаррингах неизменно проигрывала — но это было неизбежно. Петя, прорываясь на седьмой ранг, получил от меня часть моей памяти — кучу чар от пятого до седьмого ранга. Большая часть — пятого и шестого, седьмого лишь с два десятка чар, из которых дюжина не была предназначена для боя… Но те чары пятого и шестого ранга, что ему достались, скажем так, они вполне себе масштабировались вплоть до седьмого ранга. А некоторые и до восьмого… И весь этот богатый арсенал ему надо было проверить в тренировках, усвоить и освоить — чем он и занимался всё активнее и активнее. А ещё магическая теория и знания десятков видов магической науки, известные мне — он старательно медитировал, заставляя эти знания активироваться и вливаться в его память. Но даже с таким преимуществом он уступал Смолову. Да, у парня был собственный элементаль, причем высший — редкий элементаль Молнии. Не столь сильный и древний, как у Смолова, такого он бы не выдержал — минусы слишком быстрого роста, но даже так — это было древнее, мудрое и очень могущественное существо. Не уступающий элементалю Шуйской — а его ей добывали силами целого Великого Рода с одним из самых старых, знающих, опытных и умелых Магов Заклятий в стране. Есть чем гордиться, ведь я справился с этим в одиночку!

Смолов же, за счет своего обучения магии Воздуха у элементаля, магии Тьмы у Алёны Романовой, которая, без сомнения, самый эрудированный и умелый темный маг в стране (спасибо знаниям Цинь Шихуанди) и всем прочим видам магии у меня (в том числе боевой магии Воздуха, особенно на основе молний — всё же тут элементаль многому своего контрактора обучить не мог- некоторые вещи они в силу своей природы делали абсолютно иначе, чем люди), а так же общей эрудиции, опыта и таланта прочно обосновался на первом месте. И даже тот факт, что Темный успел прорваться до ранга Архимага, его позиций не пошатнет. Не в ближайшие месяцы, а то и годы, точно.

В отличии от прочих, поводов быть уверенными в верности девушки у меня не было. Клятвы, конечно, хороши, но делать из неё закабалённого чарами раба я не желал — это было против моих принципов. Она ведь не сражалась против меня и не пыталась причинить вред мне или моим близким — в общем, не пересекала черту, за которой разумный становится моим врагом, против которого все средства хороши. Потому три месяца назад я освободил её от всех клятв и обязательств, дав свободу выбора. Назвать меня учителем и добровольно заключить пакт между учителем и учеником, скрепленный магической клятвой, или уйти. И дал ей на это время — как раз три месяца. Разрешив, если хочет, всё так же посещать меня и брать уроки.

Это была рисковая ставка — у неё было множество возможностей и соблазнов, чтобы, взяв максимум от обучения у меня, просто свалить. И когда она месяц назад получила от меня знания, как перейти на следующий ранг и необходимые для улучшения процесса эликсиры, я решил, что она хочет уйти. Ведь даже Сигилы Света, единственные подходящие ей, она узнала от меня вместе со знанием о переходе на седьмой ранг. И судя по тому, что я сейчас ощущал — она сумела наложить эти Сигилы самостоятельно.

— Я не такая дура, чтобы решиться на убийство высшего аристократа Российской Империи, одного из самых влиятельных сторонников самого генерал-губернатора Александровской губернии, — ответила девушка. — Да и не хватило бы мне сил на подобное — что бы из формы Незримого Света нанести удар требуется раскрыться. А в том, что герой сражения при Нежатиной Ниве сумеет отреагировать вовремя и вовсе нет сомнений. Ну а уж в том, что ваши чары сплетутся раньше моих, и сомневаться не приходится… Может, отпустите, учитель? Если Хельга вдруг увидит, что вы меня лапаете, ваша невеста меня в порошок сотрет. Она вам под стать — на расправу весьма скора.

— Так значит, всё же учитель, — ещё сильнее удивился я, отпуская её.

— Вы правда хотите поговорить об этом здесь и сейчас? — обвела она взглядом стоящих вокруг магов и напряженных чародеев на стенах.

— Да, ты права, — признал я с усмешкой и обратился к присутствующим. — Может, опустите уже долбанные ворота? С каких пор я не могу попасть в собственный город⁈ Серега, а тебе два за теоретическую магию. Да и за банальную логику тоже!

— Чегой-то? — насупился чародей, который, как и все маги пятого и выше рангов ходил на мои лекции и занятия, что я устраивал для них трижды в неделю, когда был в городе. — Господин Глава всегда сам учил — всё подозрительное и непонятное опасно, потому реагировать надо соответствующе! Пока не доказано обратное, считать угрозой!

— Ну, за бдительность и за военный склад ума всё же пять, — не мог не отметить я. — Но ты уже Старший Магистр, и принципам работы магии Пространства я тебя обучал. Напомни-ка мне, умник — что я говорил о Пространстве здесь, в Николаевске и его окрестностях на полсотни километров вокруг города?

Вместо замолкшего и явно копающегося в памяти мага ответил другой, молодой голос:

— В столице наших Родовых Землях и вокруг них работают Пространственные Помехи — портал открыть сюда невозможно, без преодоления их действия или знания специальных заклятий, что откроют доступ к нашей территории, позволив игнорировать Помехи. В случае же, если кто-то разрушит эти Помехи и откроет портал, о том будут оповещены все сигнальные системы города! К тому же, если бы вы действительно были вторженцем, здесь бы уже была госпожа Алёна Федоровна и Архимаги!

— А ты бойкая девчонка, — заметил я. — Да к тому же молодая — и тридцати нет… Как стала Младшим Магистром?

— Я одна из тех, кто вступил в вашу гвардию сразу после войны с рогачами, ваша милость! — ответила красивая девушка, кокетливо поправляя челку. — Елена Заболоцкая, боевой маг при третьем полку гвардии Николаевых-Шуйских!

Вместо боевого доспеха, принятого у нас, она была облачена в дорогой и яркий мундир черных и зеленых цветов. Артефактный, к моему удивлению — зачарованный похлеще, чем отличная броня Сергея Кузнецова, Старшего Магистра стоящего рядом с ней. Он, кстати, один из счастливчиков, побывавших со мной на Дальнем Востоке и вернувшийся обратно. А вот она… Нет, лицо знакомое, но всех поименно я помнил разве что Старших Магистров и выше. Младших у меня в подчинении было уже больше сотни — сильно так больше, более полутора. Всех не упомнить… У меня и Старших Магистров, считая недавнее пополнение в семь штук, уже сорок шесть! Жаль только, с такой скоростью Архимагов не наплодить — пересадка сердец уже помогла всем, кто мог добраться до пятого и шестого рангов.

— Молодец, Заболоцкая! Постыдился бы, Серега — тебе младшие на ходу подметки рвут уже. Но за бдительность всё равно хвалю… — лёгкое напряжение ауры, сплетение заклинания Очищения пятого ранга и веяние энергии Разлома исчезло. — Вот так лучше? Доволен?

— Вот так, ваша милость, действительно лучше, — ворчливо ответил чародей, неспешно гася чары. — И вы уж простите, но я всё одно буду каждого, кто покажется мне подозрительным, проверять согласно заведенному порядку. Лучше перебдеть, чем недобдеть и пусть какую-нибудь погань в город… Чего застыли? Быстро открывайте ворота, олухи — наш господин домой вернулся!

Данные ворота большую часть времени бывали закрыты — они выходили в направлении пары наших крепостей-поселений, стоящих рядом с разного рода природными богатствами. Шахтами с магическими рудами, углём и даже одним месторождением аверита — полудрагоценного камня с энергиями Разлома, из которого получались красивые зачарованные украшения — мало того, что камень был волшебным, он ещё и был красив. Тёмно-медового оттенка, напоминающего янтарь, только куда более прочный и красивый… Сейчас там весьма активно развивалось всё, с этим связанное — как оказалось, просто построить шахту и добывать там её содержимое. Необходима была полноценная инфраструктура… Что было очень кстати — я насыщал людьми свои земли как мог, и им требовалась работа, дабы добывать хлеб насущный. И её, этой разного рода работы, в моих землях было уже с избытком.