Круг Ландау - Горобец Борис Соломонович - Страница 98

В Главе 6 уже говорилось о том, что в своей книге, как и ранее в жизни, Кора обвинила Е.М. Лифшица в воровстве части гонорара Ландау и его подарков к 50-летию. Употреблялось это выделенное слово и больным Ландау. Можно было бы не вспоминать трагическую действительность, списать все на болезнь Ландау, даже посочувствовать тяжело больному гению. Так оно раньше и было. В частности, тема разрыва с Ландау почти не поднималась ни Е.М. Лифшицем, ни З.И. Горобец, кроме как давным-давно, когда обсуждалось, как больной Ландау кричал, что не желает видеть Лифшица. Так было до выхода книги Коры.

Возможно, кто-то из друзей Е.М. Лифшица ожидал, что волчьи ягоды, посеянные в год выхода книги Коры, засохнут и не дадут всходов. Но они взошли, плодоносят, уже есть внучатые плоды. К примеру, в августе 2003 г. в либеральной газете «Московские новости» появилась злобно-клеветническая статья некоего журналиста по отношению к Е.М. Лифшицу [Золотоносов, 2003]. Академик Е.Л. Фейнберг, который написал гневное возражение на этот опус, уверен, что автор его не потрудился ознакомиться с историей школы Ландау, понятия не имеет о месте Е.М. Лифшица в мировой науке и его типе личности. Журналист лишь прочел книжку Коры и унюхал в ней привлекательный аромат.

Примечательно, что «МН», узнав от Е.Л. Фейнберга о том, что допустила совсем уж низкопробную клевету, даже не извинилась в лице ее тогдашнего замглавреда М.Шевелева и главреда тех лет В.Лошака, которых позже уволил их хозяин-миллиардер. Но они не могли совсем не отреагировать на письмо известного ученого, академика. Тогда в редакции вырезали из письма Е.Л. Фейнберга те куски, в которых он обвинял в непрофессионализме журналиста и редакцию газеты, оставив лишь ту часть, в которой академик порицал собственно книгу Коры. Причем о результатах своей цензуры газетчики даже не поставили в известность самого академика. Он передал полный вариант своего письма в руки З.И. Горобец-Лифшиц (см. оба варианта в Приложении).

Теперь по существу самих обвинений Корой Лифшица в «воровстве». Краткий ответ на это обвинение был дан в письмах В.Л. Гинзбурга и Е.Л. Фейнберга — клевета! Но в откликах двух академиков не содержится анализа сути обвинения, того анализа, который выявил бы хронологические и фактологические нестыковки в грубо сшитой версии Коры. Оба автора-академика знали Е.М. многие десятилетия, и этого им было достаточно, чтобы заявить о его невиновности в принципе. Однако этого, вообще говоря, недостаточно для большинства читателей, благодаря которым книга Коры стала бестселлером. Нередко забывают, что презумпция невиновности действует только в уголовно-процессуальных делах. А в делах нравственных и бытовых, в общественном мнении и в публикациях часто действует как раз презумпция виновности.

При жизни Ландау, в годы его болезни Кора изобрела один конкретный пункт для обвинения Лифшица, который придется сейчас проанализировать (второй пункт появился после смерти Ландау, его коснемся в дальнейшем).

М. Бессараб пишет в послесловии к книге Дробанцевой: «Коре кто-то сказал, что соавтор ее мужа получил деньги в каком-то немецком издательстве и за себя, и за своего патрона, вот тогда Кора сорвалась» [Ландау-Дробанцева, 2000. С. 488]. Наверное, расчет делается на читательскую массу из «простых людей», которые понятия не имеют о редакционно-издательском производстве. Так вот, Е.М. Лифшиц, действительно, проводил корректуру, читая тексты переводов книг Курса на немецком языке. Он никогда этого не скрывал. Написала же Бессараб, что «Коре кто-то сказал…» о полученном Лифшицем гонораре. Вопрос: если украл, то почему не скрывал этого, а наоборот, рассказывал? Впрочем, образ Лифшица, нарисованный в книге Коры и послесловии Бессараб насквозь фальшив и карикатурен, у них он, действительно, может бегать и болтать, например, о том, как он присвоил гонорар Ландау. Вероятно, Кора и Майя знали один из законов дезинформации, сформулированный самим Ландау: «Нет такой глупости, в которую бы не поверил интеллигентный человек». Особенно, если глупость сенсационна (см. в Главе 8, в подразделе «Высказывания Ландау»),

Для тех же читателей, кто хочет сухо и без эмоций проанализировать ситуацию, сообщаю следующее. Издательство в ГДР заключило с авторами, Ландау и Лифшицем, официальные договоры на перевод каждого тома их Курса на немецкий язык. В одном из договоров был пункт о редактировании автором текста перевода, внесении в него поправок и дополнений. Так делается довольно часто. Вне связи с этим пунктом, по договорам со всеми авторами Курса (Лифшицем на все 10 томов, Ландау на 7 томов, Питаевским на три тома и Берестецким на один том) все они или же их доверенные лицами или наследники получали (и получают) свою долю за издание перевода. Получала по этим договорам свою часть и Кора, должен получать до сих пор сын Ландау. Без таких авторских договоров легальное издание невозможно (кроме пиратских изданий, а такие тоже были).

Во время подготовки к изданию перевода автор часто вставляет в книгу какие-то исправления и дополнительные кусочки, иногда целые новые параграфы. Поэтому практика издателя — всегда сотрудничать при переводе книги с автором, если таковой жив и дееспособен. По договору издательство в ГДР выплатило Лифшицу некоторую сумму, перечислив на его счет во Внешторгбанк то, что он за вычетом налогов мог получить в виде сертификатов на «валюту» соцстран. Не слишком большую сумму, порядка его месячной зарплаты.

Естественно, обычные авторские гонорары всегда делились поровну между Ландау и Лифшицем, если они выплачивались им за иноязычные издания (что было далеко не всегда, так как в те годы СССР еще не подписал Международную конвенцию об авторском праве). Например, «Пергамон пресс» в лице его владельца Максвелла по его личном) решению выплачивал Ландау и Лифшицу гонорары за публикацию перевода всех книг «Курса». Тогда Ландау получал их сертификатами во Внешторгбанке, а после смерти Ландау Кора продолжала получать свою половину как наследница. Такие вещи исполнялись всегда очень строго. Даже представить себе невозможно, что какое-то издательство, наше или иностранное, выдало бы одному из авторов деньги на руки «черным налом»; только при такой форме выплаты автор теоретически мог бы утаить и присвоить часть гонорара своего соавтора.

Но, может быть, Кора обвинила Лифшица с моральной, а не формальной стороны: вот, мол, мог бы выдать на лечение своего Учителя из полученного им гонорара (законного), а не выдал. Это было бы понятнее. Но такой поступок, кстати, не называется воровством, а именно это слово используется в книге Коры. Интересно, когда она писала эту книгу, Бессараб ее отредактировала и поучаствовала в клевете в послесловии, а Ландау-сын разрешил печатать, кто-то из них вспомнил, как Е.М. Лифшиц первым выложил свой немалый взнос в общественный фонд лечения Ландау? (Вопрос впустую.) А ведь Кора не отдала физикам ни рубля из долгов даже после получения ею денег по Нобелевской и Ленинской премий Ландау. Правда, ни Лифшиц, ни другие физики к ней за этим и не обращались.

Далее. Редактор «Преподавания физики…» В.А. Ильин спросил меня: «А что Вы могли бы сказать по поводу юбилейных подарков, якобы украденных Лифшицем после смерти Ландау из его квартиры? Сей “факт” постоянно муссируется “той стороной” и выглядит внешне довольно сильно».

Чтобы ответить на этот вопрос вещественно, а не декларативно — мол, не было, не верю, и всё тут — мне пришлось заняться сбором сведений о событиях тех лет. И я дал развернутый ответ редактору «ПФ» [2002, № 24]. Но уже нет особого смысла его приводить в данной книге. Только что мне стало известно о приятном событии — сын Л.Д. Ландау Игорь опубликовал в 2004 г. через Интернет свое «открытое письмо» Г.Горелику, в котором написал, в частности, что это он собственноручно передал Е.М. Лифшицу подарки (по его словам, «все они были шуточного плана»), А Лифшиц их просил, чтобы показать врачам, лечившим Ландау (полную цитату см. далее, после подзаголовка «Заочный диалог с Игорем Ландау»), Поэтому я решил оставить в этой книге только само описание «украденных» подарков «шуточного плана». Оно приводится в Главе 6 о Школе Ландау.[75]