Орды Хаоса (СИ) - Лагунин Иван - Страница 7

— Что стоишь! Избавь меня от этих говноедоев! — пнул я пониже спины подвернувшегося под копыто Фингала.

Тот крякнул и тут же над берегом послышались его отрывистые команды. Бесы бросились сквозь заросший кустами берег, а я, взяв два десятка собачек из Фиолетового эскадрона и полсотни Скоржей, пошел в глубокий охват засевших на небольшом холмике врагов.

И все-таки мой план сработал! Орденцев было от силы два десятка. Видимо, какой-то караульный отряд. Бьющие с холма молнии продолжали пожирать моих наемников, но реально помешать переправе не могли.

Ага! Достали уродов!

Впереди раздались громкие крики, проклятья, а затем слитный рев Бесов: «Агрбада-а-ан!» Бойцы Фингала вышли к позиции врага.

Я же с собачками и Скоржами продолжил упрямо продираться сквозь чащу леса, стремясь зайти к ублюдкам в тыл. Увы, массивные туши с трудом проламывали переплетенный лианами подлесок. Я вновь скастовал Взор Ахара и досадливо поморщился. Орденцы быстро отступали на запад.

— Илыг! Ату казлов!

Капитан «Скоржа-2», молча отсалютовав копьем, рванулся вперед. Его тявкающие подчиненные шевелящимся ковром поспешили вслед за ним. Для юрких Скоржей подлесок не был настолько непроходимым.

Ба-бах!

Яркая вспышка на мгновение озарила лес. Стало светло будто днем. Послышались истошные крики сжигаемых заживо Бесов, яростные тявки атакующих Скоржей. До места схватки оставалось каких-то три десятка метров! Но моя Мертвая Гончая, как назло уперлась в густо сплетенные лианы. Меланхолично дернулась туда-сюда и окончательно застряла.

Сука!

Я с ревом вскочил на широкую спину Гончей и, оттолкнувшись, взвился ввысь… И тут же получил меж рогов ветвью какого-то дерева. Из глаз посыпались искры.

И р-р-аз, и два-а-ас!

Несколькими взмахами секиры прорубил дорогу и, наконец, вывалился на узкую звериную тропу, сейчас сплошь запруженную Бесами «Черного» легиона.

Впереди виднелись темные фигуры с багровыми прожилками Рыцарей в дакири. А из-за их спин неслась пылающая смерть. Впрочем, не сказать, что избиение моих юнитов было таким уж односторонним. В сторонке виднелось несколько растерзанных людских тел.

— Р-разойдись! — рявкнул я и, не дожидаясь, исполнения приказа, рванулся прямо по головам Бесов и Скоржей в сторону врага.

И все-таки они ушли. Полдюжины Рыцарей встали насмерть, преграждая узкую тропу. Даже моей силы не хватило, чтобы быстро их снести. Спустя пару минут сквозь густой подлесок наконец проломились собачки. Чудовищные челюсти быстро закончили дни смельчаков. Но оставшийся десяток, пришпоривая гаваков, скрылся в лесу. Увы, бобики Хаоса слишком долго свершали обходной маневр. Капкан схлопнул пустоту.

Я рвал и метал, пока Фингал не указал на лежащее в тлеющих кустах тело в черном балахоне.

Ха-ха! Не ушел, гаденыш!

Ставлю копыта, это и есть тот самый маг, что изрядно попил крови моих наемников на переправе. Высокий, добротный камзол с серебристой оторочкой, шелковый черный плащ, на длинных холеных пальцах несколько перстней. Как и подобает каждому уважающему себя волшебнику, незнакомец имел посох, сейчас, к сожалению, основательно пережеванный мощными челюстями Гончей. Чуть меньшее сожаление у меня вызывала отсутствующая голова мага.

Девять трупов, из которых четверо — Рыцари в дакири. На самом деле неплохой размен!

Ответный ход Мореналя не заставил себя ждать. Едва только на востоке зардели небеса, посланные веером на разведку Скоржи донесли, что на нас двигаются основные силы орденской армии.

Расчет был вполне понятен. Противнику нужно было кровь из носа сбить нас с захваченного плацдарма, пока я не перетащил на этот берег Анадры всю свою армию. Еще ночью к Гассаурию помчался гонец с известием об успешном форсировании реки. По моим расчетам передовые отряды нуразгов должны были прибыть к переправе уже к полудню. Сейчас наемники ладили импровизированный паром, готовясь к переправе через Анадру основных сил. Так что у орденцев оставалось весьма немного времени.

Я некоторое время пытался разобраться в посылаемых Скоржем-разведчиком образах, потом плюнул и позвал Илыга, перевести. Даже Гончие и то были ближе к разумным существам, чем низкорослые серые демоны.

Густой лес был и в плюс, и в минус. Все утро наемники при помощи Бесов валили лес, создавая обращенную на восток плотную засеку. Ни о каком правильном строе речи тут идти не могло. Орденцам придется атаковать нас группами, с крайне скудным управлением во время боя. С другой стороны и мне было особо не развернуться. В поле несколько десятков Гончих и Псов Хаоса могли бы атаковать страшным таранным ударом, если отличавшемся от средневековой рыцарской лавы, то только в лучшую сторону. В лесу же, меж толстых стволов деревьев, песики были много более уязвимы.

Диспозиция была такова: мы обороняли фронт шириной в полкилометра. От Анадры на юге, до глубокого оврага с какими-то развалинами на склоне на севере. Обойти его было можно, но сложно. Пришлось бы делать крюк в добрый десяток километров. Наспех сделанная засека прикрывала две трети фронта, на берегу же реки (в этом месте была довольно обширная отмель) я повелел вырыть неглубокий ров с двухметровым валом. Оборонять укрепления посадил «Черный» легион (засеку) и наемников (вал на берегу). «Красный» эскадрон распределил позади линии обороны, а «Фиолетовый» вывел в резерв. В резерве же находился и «Скорж-2». А вот «Скорж-1» под командованием Барбоссы получил задачу глубокого обхода. В густом лесу Скоржи чувствовали себя великолепно. Напасть и отступить, ударить в спину, помаячить на границе видимости и тут же исчезнуть в чаще — это они отлично умели. Орденцы не должны и на минуту быть спокойными за свои фланги и тылы.

— А ну, заткнулись! — в который раз проорал я, пытаясь утихомирить гомонящих Бесов.

Демонские отродья не могли и секунды спокойно простоять на месте. Чесались, переминались с ноги на ногу, потявкивали… к этому гомону я уже привык. Хуже же было то, что ублюдки научились разговаривать! Не все, конечно, а наиболее старые ветераны, но новички их быстро догоняли.

Пять минут стояла относительная тишина. Но потом вновь по лесу зазмеились шепотки.

— … Рыг, моя твоя менять хотеть!.. Моя кинжал Меензин захапать! Твоя глядеть. Во! Ху! Вишь камень? Человеки за такой камень на рынок много в обмен дадут!

— Человеки в Меензин? Или человеки-нуразги?

— Кто хошь! Клянусь моим задом и Ледяным!

— А где взял? Ых?

— В большой красивый дом. Где крепость Хозяина… Твоя бери кинжал, а мне дай монеты. Один, один, один. Вот стока!

— Зачем тебе столько монет, Хыш?

— Я куплю себе кобу-раба и он будет чесать мне загривок целыми днями! Бери кинжал, а мне давай монеты!..

Твою ж мать. Кобу-раба… чесать загривок…

Недавно я заметил еще кое-что, что не могло не беспокоить. Это «кое-что» болталось у раненного Беса между ног, которому стрела меерала прошила бедро. Бес был боевой, из ветеранов. Доразвивался, мать его…

Я посмотрел на едва проглядывающее сквозь переплетения ветвей солнце. Странно, но, кажется, я начал скучать по Жареной Равнине. Бескрайние просторы, раскаленные скалы, опасные монстры, что откуда ни возьмись выпрыгивают из дрожащего марева перегретого воздуха… висящие словно в невесомости красноватые скалы, реки изливающейся в Бездну раскаленной магмы, острые пики величественных башен на фоне линялых пурпурных небес, стремящийся из бесконечности в бесконечность столп… Дом…

Дом?

Мгновение и мираж подернулся дымкой и исчез в глубинах сознания. Что это было? Воспоминания? Видение было столь реальным, будто я стоял пред протянувшимся из Недр Бездны в Небеса столпом Грозди еще вчера!

С проклятьем я ткнул свернувшегося клубочком Агрбадана острой иглой своей воли, но демон спал. Неужели наши сознания начали сливаться? До сих пор соседство со взбалмошным сынком Дутура, хотя и было малоприятным, но оставалось терпимым. И, главное, это было именно «соседство».