Сгусток Отроков (СИ) - Чернухин Лев - Страница 28

Кристина вцепилась мне в руку.

— Да не пугайся так. Вы на месте, но словно фантомные призраки, или…

— Как голограммы? Как в Симуляции?

— Да и…

— Нелей, говори.

Да как тут такое скажешь… Ладно.

— Вижу какие-то вещи, которых здесь быть не должно. Другие пространства. Пейзажами замещается комната. Будто в Симуляции локацию сменили. Или, как вот недавно, стены просвечивали — вдруг пропадают, насквозь вижу… Глюки. Это пройдет?

Все замолчали, направив взгляд на врача Бабу Катю.

— Эээ… Наверное?

— Не нравится мне это «наверное».

— Мне тоже…

Баба Катя почесала нос, смотря в потолок.

— Единство!.

— Я здесь, Катенька. Чем помочь?

— Анализ Нелея. Ситуация. Пациент видит смещение реальности, дислокации, трансграничное пространство, сквозь материю. Галлюцинации. Яркие образы. Как долго проходит подобный эффект? Диагноз. Рекомендации.

— Прошу вас, минуту…

Вот это мне не нравится еще больше. Обычно всемогущее и умное Единство над такими простыми вопросами, по факту, не задумывается и не обрабатывает информацию больше секунды.

Но сменяющиеся различные леса, горы, поля и реки — не так страшно. Дезориентация, не более. Пространство вокруг я чувствую… Ну, представляю. Кровати, пол, препятствия никуда не деваются, лишь все будто отбрасывает границы,сливаясь со стенами, окрашивается в проекцию фоном. Будто трехмерные обои, рисунки… Как в Симуляции.

Это ладно.

У паренька по соседству, когда я просыпался, говорили, вроде тоже нечто подобное. Но его со мной в палате уже нет. Да и чувствовал он себя куда бодрее. И все его галюны лишь на один глаз…

Вроде. Кажется…

Неточные термины, разбросанность, нечеткость… Не привык я к такому… Как тяжело думать, после комы… Или это даже была клиническая смерть?

Голова все еще шатается, и подташнивает.

Зажмурился и проморгался — вроде все приходит в норму. Тела собеседников обретают плотность и массу.

Только стены… Мигают. Просвечивают. Испаряются и появляются. Как тогда…

Ну и фиг с ним.

С периодическим отсутствием стен — я смирюсь. Полбеды.

А вот то темно-багровое, размером с сосну существо с рогами быка, кольцом в свинячьем носу, клыками, торчащими из под слюнявых губ из пасти, которое бродит бесшумно на двух копытных ногах, виляя пушистым хвостом, и дышит, оголяя ребра и мускулы…

Вот оно — напрягает. При том, что оно куда более реалистичнее и четче всех вокруг, даже Кристины, которая гладит мне руку.

За этими стенами, что мелькают, словно дождинки, Минотавр то появляется, то исчезает вместе с пейзажами… И переносится от близи к дали, таская за собой гигантских размеров дубину с шипами в крови.

Напрягает… Глюки — это забавно, но не такие ж…

— Единство, ответ?

— Катюшенька… Предположительно, Симуляционный побочный эффект в грубой форме. Скорее всего, Нелею загружена в мозг избыточная информация: локационная карта нормалей, сканы геоструктур и перепадов. Вероятно — это не галлюцинации, а дополненная реальность. Диагноз — Нелий в полном порядке. Идет на поправку. Наверное, эффект носит временный характер, и вскоре мозг совместит информацию.

— Что ж… Хорошо.

— Да, Баба Катя. Отлично! Только…

— … не нравится мне это «наверное», — сказали мы хором.

— Еще больше от того, что это произнесла точная, мощная и непоколебимая машина.

— Мне тоже, Нелей. Такого… Не должно происходить.

— Ну ничего…

Про Минотавра, упрямо возникающего во всех моих галюнах, благо, не обращающего на нашу компанию никакого внимания, — я умолчу.

Он меня начинает заботить куда сильнее, чем «наверное» от знающего ответ на любой вопрос, всегда помогающего Бога из Машины «Единства».

Особенно когда его пятачок возникает вплотную к постели, за спиной у Кристины…

Глава 13

Фатих

Высокая башня со шпилем. Настолько высокая, насколько позволяет разумная планка Крымской гористой местности. Радио вышка, служившая и для системы ПВО, а также наблюдательный пункт. Много всего слилось в одном месте.

Именно здесь, подальше от всех остальных, поселился Фатих.

Отстраненный, не слишком жаловавший общество, асоциальный отшельник. Хиккан, как бы его назвали в древности.

Наши занятия — ему уже давно приелись и не шли в кайф… Да и мне они уже удовольствия не приносят давно, тут его понимаю.

В принципе — его понимаю. Его стиль жизни, беззаботность и отрешенность — импонируют. Видимо, потому только со мной он и общается. Зависать с ним в играх ретро-приставки с бесчисленным множеством шедевров искусства ушедших времен, смотреть изысканное и невероятное кино, до утра трещать о всяком разном, разбираясь в кулуарах истории, строить теории… Весело. Прекрасно разбавляет повседневность.

И все это останется позади. Уже совсем скоро.

Интерком в холле двери зашипел, и подсевший голос Фатиха раздался из мелкого пищащего динамика.

— Ты с Кристиной сегодня?

— С ней. И еще кое с кем…

— В смысле? Ты же знаешь, я не…

— Мелкий, Лея с Люком, да пара младых ребят-новичков, очень смышленые. Хочу им показать игрушки, порадовать…

Интерком умолк. В зрачок камеры влезали только мы с Крис, остальные стоят у лестницы, в конце длинного холла с красным ковром.

Позеленел. Ковер позеленел… Стены, потолок, пол — вновь исчезли. Мой прекрасный друг Минотавр шагал где-то внизу, телепортируясь на короткие дистанции. Сложно к такому привыкнуть.

Стиснуть зубы, зажмуриться. Проморгаться. Вдох. Выдох.

Помещение вернулось в свой истинный облик.

Ковер зеленый…

Прикусить язык. Глаза заслезились. Вдох. Выдох.

Ковер красный…

— … Нэл, ты как?

Кристина смотрела на меня с беспокойством. Выпадаю по паре секунд в себя, но для Крис — это целая вечность. Ей хватает, чтобы увидеть, что со мной что-то не то.

— Все в порядке. Уже легче. С утра, как очнулся — вот там не очень. Сейчас уже в целом…

— У тебя глаза все красные стали…

— Сосуды, скорее всего… Ничего, Катя сказала: скоро пройдет. Наверное. Всего несколько часов натикало — а я уже на ногах!

— Нэл…

— Я люблю тебя, Крис, все хорошо, пока ты рядом.

Теплых слов и нежного поцелуя Кристине хватило, чтобы вновь успокоиться. За руку меня не отпускает с тех пор, как вышли из душа…

Уже ходить проще, тонус мышц возвратился, и ее поддержка не так нужна, как часами ранее. Но все же — приятно.

Интерком продолжает молчать. Впустить в свое «обиталище» может лишь только владелец. Хозяин.

Думает Фатих… Все еще думает.

Ну нет, конечно, не только хозяин может открыть изнутри металлические балки и ставни двухметровых засовов. В теории, я могу Единству приказать выдать допуск по экстренной мере, и по протоколу отворить входной люк. Правда — незачем.

Но знаю, пустит. Всех постарше меня не особо в гости зовет, мешают его образу жизни. А детей за компанию со мной принять, погонять в кооперативные игры — обычно он только «за». С ними чувствует себя как-то свободнее, своего уровня-возраста, что ли… Хотя лбу тридцать два года. Его дело.

Интерком затрещал.

— Ты такую ораву ко мне еще не водил.

— А тут событие знаковое. Пущай уже, давай расскажу.

— Прям вот настолько?

— Все уже в курсе, один ты затворник. Ни Крис же, ни Лее без меня не отвечал даже.

— Ты же знаешь, без тебя им вход заказан.

— Берлога мужиков, ага, ага… Впущай давай, с порога достало общаться.

— Да я, скорее, бухой просто все последние дни, отвечать, скажем так, не охота было.

— И девчонок впускать, пока сам в одних труселях, не хотел!

— Да не то, что бы не хотел… Я звонка даже не слышал. Заваливайтесь.