Доктора Звягина вызывали? Том 2 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 46

В его квартире он ввел меня в комнату, и усадил на диван.

— Что теперь? — поинтересовался я. — Поиграем в шахматы?

— Заткнись и быстро выпусти Виктора, — приказал Пономарев.

Я собирался было ответить, но мое тело затряслось, и Виктор отделился самостоятельно. Так, теперь дела точно очень плохи.

— Наконец-то у меня получилось выбраться, — довольно проговорил Виктор, потягиваясь. — Михаил, ты ослабил свой контроль. И это сыграло мне на руку, спасибо тебе.

— Привет, Виктор, — усмехнулся я. — Соскучился?

В голове тем временем был сумбур, я пытался придумать, что же мне предпринять. Одно меня успокаивало — Виктор уже не сможет взять меня под контроль. С этой стороны я в безопасности.

— Виктор, мальчик мой, как я скучал, — тем временем проговорил Пономарев. — Я чувствовал сердцем, что Михаил — это не ты.

— Приветствую, учитель, — кивнул Виктор. — Какой план?

— Мальчик мой, я закончил работу над сывороткой, — сказал Пономарев. — Я введу тебе одну порцию, и ты станешь гораздо сильнее. И послушнее. Ты станешь моим самым удачным проектом?

— Послушнее? — медленно повернулся к нему Виктор. — Это в каком ещё плане?

— Я не это имел в виду, — испуганно сказал Пономарев. — Послушнее — в смысле сильнее. Ты сможешь осуществить все наши мечты! Ты сможешь достигнуть всех наших целей!

Я молча наблюдал за их разговором. Кажется, Пономарев не на шутку испугался. Хотя, глядя на перекошенное от злобы лицо Виктора, трудно не испугаться. Даже не знал, что так выгляжу в гневе.

— Учитель, о каких мечтах ты говоришь? — медленно спросил Виктор. — О своих планах сделать меня послушной собачкой? Ввести мне сыворотку и продать меня каким-то людишкам? Я разочарован. Я думал, что ты понимаешь меня. Понимаешь, что я стою на ступень выше всех людей. Я — новая ступень эволюции. А твои планы просто смехотворны.

— В-Виктор, — заикаясь, проговорил Пономарев. — О чем ты? Мы же все обсуждали. Я же… Я тебе как отец.

Виктор резко шагнул навстречу своему «отцу» и забрал у Пономарева из рук пистолет.

— Нет. Ты мне не отец, — проговорил он, и выстрелил Пономареву в голову.

Глава 23

Пономарев замер на секунду, сохраняя удивленное лицо. Даже не удивленное, шокированное.

Это было всего лишь мгновение, но я запомнил его навсегда. Ученик, убивший своего учителя. Мой клон Виктор, убивший ученого Пономарева.

Затем Пономарев медленно упал на пол. Хотя, скорее всего, это мне в тот момент всё виделось как в замедленной съемке. Падал он не медленно, просто свалился. Из головы начала вытекать лужа крови. Пономарев был мертв.

Мысли сразу же заработали и в другом направлении. Выстрел был, и был довольно громкий. Его наверняка могли слышать соседи. Как бы сюда ещё толпа с разборками не пришла, Виктор очень и очень опасен.

Хотя соседей у меня мало, и они обычно вообще не интересуются происходящими в подъезде событиями. Вспомнить хотя бы тех двух пьяниц, которые дебоширили на весь подъезд. Никто, кроме меня, не вышел на звуки.

Соседи обычно расползаются по своим квартирам по вечерам и носу оттуда не показывают. Так что, такой проблемы, думаю, не будет.

Надо сосредоточиться на другой проблеме, а именно на Викторе, который всё так и стоял с пистолетом в руке. Он смотрел на Пономарева, как будто бы пытаясь осознать, что он сейчас сделал.

— Я убил его, — то ли спрашивая, то ли утверждая, произнес он. — Я убил его.

Я молчал. Подтверждать и так очевидный факт я не видел смысла.

— Ты, — проговорил Виктор, поворачиваясь ко мне. — Это ты виноват. Это из-за тебя он погиб.

— Я не стрелял в него, — спокойно ответил я.

— Это ты, это всё ты, — повторял Виктор. — Это ты. И ты поплатишься за это.

Трясущимися руками он направил пистолет на меня. Так, а это уже совсем не входило в мои планы.

Однако мне есть чем ответить Виктору. Я мысленно вызвал Николая, и через мгновение он от меня отделился. Ошарашенный Виктор уставился на нас двоих.

— Ты научился отделять Николая? — спросил он, не зная, на кого теперь направлять пистолет.

— Да, и мы неплохо действуем сообща, — ответил я, выбивая ногой у него из рук оружие.

Николай успел обойти Виктора сзади, сделав захват, и плотно его зафиксировав. Я пнул пистолет подальше, и ударил клону кулаком по гортани.

Тот засипел, и медленно сполз на пол. Отлично, одна из болевых точек сработала.

— Николай, ты как? — быстро спросил я у второго клона, который еле успел увернуться от тела Виктора.

— Нормально, — кивнул тот. — Надо придумать, что дальше с ним делать.

В этот момент Виктор совершил лежа на полу какое-то движение из брейк-данса, повалил нас двоих на пол. А сам вскочил на ноги, и схватил чемоданчик Пономарева. Чемоданчик с сывороткой.

— Глупцы, я же сильнее вас двоих вместе взятых, — просипел он. — И все эти удары я тоже помню наизусть. Курс подготовки суперсолдата. А я — идеальный суперсолдат.

— И что ты собираешься сделать? — спросил я, поднимаясь на ноги. — Мы можем так драться бесконечно, вдвоем с Николаем мы легко можем тебе противостоять.

— Да, потому что ты всё ещё сохраняешь черту альфа-личности, — задумчиво ответил Виктор. — Но здесь в чемоданчике учитель оставил мне способ это исправить. Сыворотка.

— Не смей! — воскликнул Николай, тоже поднимаясь на ноги. — Разве ты не видел, что сделала эта сыворотка с Туманом?

— Я в этом участвовал, — довольно кивнул тот. — Было немного жалко котенка, но результат превзошёл все ожидания. Туман стал сильнее. Быстрее. Выносливее. И я стану таким же.

Виктор медленно открыл чемодан и достал ампулу. Фиолетовая жидкость, способная дать ему немыслимую силу. Нельзя дать ему её вколоть.

Я бросился вперед, но Виктор оттолкнул меня свободной рукой, настолько сильно, что я еле удержался на ногах.

— Он сейчас введет её, и нам конец, — прошептал побледневший Николай, даже не пытаясь больше оказать сопротивление.

Виктор набрал сыворотку в шприц и занес для укола. Ещё секунда, и он приобретет все черты альфа-личности. Ещё секунда — и он превратится в какого-то мутанта.

Я снова кинулся на него, стараясь выбить шприц из руки. Но Виктор легко увернулся, предугадав мои движения. И сделал себе укол.

— Всё кончено, — произнес он, откидывая пустой шприц. — Теперь всё кончено.

Николай рухнул на колени, опустив голову вниз. Я же стоял и смотрел Виктору в глаза. Если всё правда закончится сейчас, я приму этот исход, глядя Виктору в глаза.

— Ччто это? — вдруг произнес Виктор, стремительно бледнея. В следующую секунду он зашатался и рухнул на пол, едва теряя сознание.

— Что происходит, так работает сыворотка? — тихо спросил Николай, всё ещё сидя на коленях.

— Не думаю, — ответил я. — Тут дело в другом. Кажется, это анафилактический шок.

— На сыворотку? — не понял Николай.

— На фурацилин, — ответил я, разобравшись. — Как-то мне довелось заимствовать одну ампулы сыворотки для изучения. А чтобы Пономарев ничего не заметил, я заменил её раствором фурацилина. И, кажется, Виктор умудрился вколоть именно его.

Виктор лежал на полу, раскинув руки и ноги. Кожа была бледная, выступил холодный пот, губы начали синеть. Так себе зрелище, видеть свою точную копию в преагональном состоянии.

— Так он для нас не опасен? — уточнил Николай.

— Думаю, больше нет, — покачал я головой. — Жить ему осталось недолго.

— Давай уйдем домой, — попросил Николай. — Я не хочу на это смотреть.

Я кивнул, и мы собрались уходить.

— Стойте, — раздался в голове голос Виктора. Кажется, он пытался дать нам приказ. — Стойте!

— Игнорируй, — сказал я Николаю, блокируя в голове приказ. — Мы сможем ему пртивостоять.

Тот кивнул, и мы быстро вышли из квартиры, оставив Виктора умирать.

Зашли в свою квартиру и тяжело выдохнули, опустившись на диван.

— Что теперь делать? — спросил мой клон. — Наверху два трупа. Один из них Виктор, который выглядит как ты. И мы не знаем, исчезнет ли он после смерти. Второй Пономарев. Сбежавший ученый, который находится в розыске.