Доктора Звягина вызывали? Том 2 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 30

— Так, всё понятно, — через несколько минут ответил Иван Анатольевич. — Экстренных показаний для операции тут не вижу. Скорее всего, очаг изначально возник из-за злоупотребления алкоголем. Конечно, при сильном желании пациента сделать операцию можно. Но я бы советовал всё-таки сначала пройти лечение у нарколога и избавиться от зависимости. В противном случае это будет бесполезная трата времени.

— Понял вас, спасибо за ответ, — ответил я. — Ещё по одному пациенту проконсультируете?

— Конечно, — согласился Пронин. Кажется, это один из тех врачей, кто по-настоящему любит свое дело. Это слышно по его заинтересованности в голосе, ему правда нравится то, чем он занимается.

Я решил проконсультироваться по поводу самого себя. Мои очаги на МРТ выглядят практически идентично. Разумеется, я не буду говорить, что это я.

— Пациент мужчина, тридцати двух лет, — начал я, — на учете около года. Приступы частые, неконтролируемые. В анамнезе злоупотребление алкоголем отсутствует. Высылаю снимки.

На этот раз Пронин изучал материалы гораздо дольше.

— Тут бы я сто процентов посоветовал оперироваться, — наконец сказал он. — Случай очень запущенный. Может привести к генерализованному судорожному припадку, что в свою очередь может привести к летальному исходу.

— Понял вас. А где бы вы посоветовали оперироваться? — уточнил я.

— Можно даже у вас в районной больнице, — ответил Пронин. — У вас на следующей неделе должен появиться нейрохирург в штате, хороший молодой человек. Мой сын, Пронин Анатолий Иванович.

Последнюю фразу он добавил с гордостью. Интересно, значит у них целая династия нейрохирургов. Ещё и поименная династия, Иван Анатольевич, и сын Анатолий Иванович. Забавно.

— Спасибо большое за консультацию, — ответил я. — Будем рады видеть в наших рядах вашего сына.

— Спасибо. До свидания, — попрощался Пронин Иван Анатольевич.

В моей голове созрел новый план. Оперировать Николая самостоятельно всё-таки не вариант, как бы не обширны были мои знания, я не практикующий нейрохирург. Но его может прооперировать этот Пронин-младший, ведь Николай умеет изменять свою внешность. Опять-таки, план требует доработки, но идея начала захватывать меня всё больше.

Так, когда он появится — можно будет устроить операцию. А до этого времени нужно контролировать Виктора. Но с этим я уже научился справляться гораздо лучше.

Ещё одной проблемой остается до сих пор спящий Николай, который не подает никаких признаков жизни. Видимо то кровопускание очень сильно на нем отразилось. Не удивлюсь, если это Виктор из последних сил как-то перераспределил урон. Надо что-то придумать.

Но от раздумий меня отвлек очередной звонок Екатерины Вениаминовны, вызвавшей меня к себе.

— Добрый день, Екатерина Вениаминовна. Вызывали? — привычно спросил я, входя к ней в кабинет.

— Да, здравствуйте, Михаил Алексеевич. Как ваш второй день в роли заведующего? — спросила она.

— Всё хорошо. Вы же не будете это каждый день уточнять? — усмехнулся я.

— Только первый месяц, — улыбнулась в ответ заведующая. — У меня для вас несколько распоряжений.

— Слушаю, — кивнул я.

— Подготовьте мне отчет о работе терапевтического отделения за прошлый месяц. Посещения, обращения, вызовы, неотложная помощь — все цифры, — начала Екатерина Вениаминовна. — От Тамары Павловны этой информации было не дождаться.

— Понял, сделаю, — ответил я. — Что ещё?

— Ещё свяжитесь с аптекой, насчет препаратов. Там у некоторых препаратов подходит к концу срок годности — их надо срочно выписать. В идеале — раздать пациентам. Если никто не нуждается — тогда списать и утилизировать, — сказала Екатерина Вениаминовна.

— Хорошо, сейчас займусь, — кивнул я.

— В принципе пока что всё. Идите, работайте, — улыбнулась заведующая. — Жду отчетом сегодня в течение дня.

Я вернулся к себе в кабинет и начала составлять план. В дневной стационар мне сегодня было не нужно, постовая медсестра держала там всё под контролем. Значит, займусь отчётом, а Светлану отправлю в аптеку для ревизии.

— Света, дай мне пожалуйста все месячные отчеты терапевтов, для анализа. А сама иди в аптеку, для ревизии лекарственных препаратов, — распорядился я.

— Сейчас всё будет, — как всегда быстро отозвалась медсестра.

Через пять минут передо мной чудесным образом оказались нужные бумаги и кружка с кофе, а Светлана уже выпорхнула в аптеку. Золотая медсестра.

Я погрузился в отчет, выполнив его часа за два. Затем отнес его Екатерине Вениаминовне и вернулся в кабинет. Светлана пришла одновременно со мной.

— Михаил Алексеевич, я закончила, — отчиталась она. — Вот список препаратов, срок годности которых подходит к концу. Текстовыделителем я выделила те, которые можно выписать пациентам.

— Отличная работа, — кивнул я, принимая список.

— Вот этими препаратами сейчас займусь, выпишу и прозвоню пациентов. Я уже обошла других терапевтов, и подготовила себе список нуждающихся, — продолжала Светлана. — С этим проблем нет.

— Ты просто чудо, — улыбнулся я.

— Проблема только с эпоитином, — добавила медсестра. — Пациентов с гематологическими патологиями у нас мало, я все они обеспечены. А срок годности уже вот-вот истечет. Так что его на утилизацию.

Эпоитин — это препарат, стимулирующий эритропоэз, то есть созревание эритроцитов. Препарат часто назначается при различных гематологических патологиях, для ускорения созревания клеток крови.

Чёрт, а ведь для меня это большая удача, что он просрочился!

— Выпиши его и принеси мне, пожалуйста, — распорядился я.

Светлана кивнула, и, без лишних вопросов, выпорхнула за дверь.

Итак, будем возвращать Николая тем же путем, которым пытались избавиться от клонов — с помощью манипуляций с кровью. Сам себе введу эпоитин, для стимуляции развития эритроцитов. А вместе с ним введу витамин В12, фолиевую кислоту и железо.

Это стандартные препараты, используемые при разного вида анемиях. Существует три вида анемии: гипохромная, нормохромная и гиперхромная.

Гипохромная анемия — это железодефицитная анемия. Возникает, когда в организме недостаточно гемоглобина. Из-за этого цвет эритроцитов — главных клеток крови, бледнеет, они становятся менее красными — отсюда и название, гипохромная.

Нормохромная анемия — это анемия из-за недостатка эритроцитов. Возникает при разрушении красных клеток крови, что происходит из-за разных причин. Тогда эритроциты нормального цвета, и гемоглобина в них нормальное количество, но самих эритроцитов мало.

Гиперхромная анемия — это фолиеводифицитная анемия, разувающаяся из-за недостатка фолиевой кислоты. Тогда эритроциты становятся насыщенного красного, почти бордового цвета. Также гиперхромную анемию вызывает недостаток витамина В12, который необходим для созревания эритроцитов.

То, что я собирался сделать со своим организмом — это увеличить количество эритроцитов и тут же насытить их всеми необходимыми веществами. Как говорится, не пытайтесь это повторить дома.

План опасный, но это поможет мне вернуть Николая. А без него я не смогу избавиться от Виктора. Парадокс, для избавления от клона мне нужен клон.

Света принесла мне эпоитин, а я тем временем сбегал в аптеку за другими препаратами. Затем отослал Светлану из кабинета по делам, и принялся вводить себе этот коктейль из препаратов. Так, готово, должно подействовать.

Дальше я вернулся к рабочим делам. Подготовив ещё несколько документов, я вызвал к себе терапевтов на планерку.

— Добрый день, уважаемы врачи, — начал я, когда все собрались. — Сегодня наша первая планерка со мной в роли заведующего. Я собрал вас, чтобы обсудить несколько вопросов. Во-первых, с понедельника у нас вводится такое понятие, как экстренный врач. Раз в неделю каждый терапевт будет дежурить в роли врача экстренного приема. Записи у него в этот день не будет, адресов тоже. Его задача — принимать всех экстренных пациентов, обратившихся в этот день в поликлинику.