Доктора Звягина вызывали? Том 2 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 22

— Ну, всё, — произнес Пономарев, отодвигая пустую тарелку. — Я наелся, будем на связи. И еду не забывай приносить!

— Конечно, — кивнул я, поспешив проводить его до двери.

Пономарев ушел, и я с облегчением выдохнул. Отлично, много новой информации к размышлению. Теперь надо продумать, что делать дальше.

Конечно, я могу сообщить в полицию, даже тому же Дане, место нахождения Пономарева. Вот только он наверняка сдаст меня в ответ. Нет, это не вариант.

Самым лучшим решением будет пробраться в его квартиру. Для этого надо накопить сил. Но не тянуть слишком долго, Виктор стоит на страже, ждет, пока я ослабну.

На колени ко мне запрыгнул Дымок, и я принялся чесать его за ухом.

— Тебя я точно в обиду не дам, не волнуйся, — проговорил я. — Интересно, куда всё-таки делся твой клон, Туман.

Дымок ответил протяжным мурчанием.

— Ну всё, пойдем спать. Завтра сложный день, — ласково сказал я коту.

Следующее рабочее утро началось со срочной планерки, причем у Екатерины Вениаминовны. На планерку позвали не только терапевтов, но и узких специалистов, включая невролога Совина.

— Доброе утро, уважаемые доктора, — начала Екатерина Вениаминовна, когда все собрались. — Думаю, вы все знаете, из-за чего я всех здесь собрала. Месяц назад министерство здравоохранения поставило вам всем задачу о перевыполнении плана. Вы все старались, но больше всех отмечены результаты двух человек.

— Ну конечно, это будет Звягин, — буркнул сидевший рядом Станислав Валентинович, так, чтобы услышали все в кабинете.

— Это Звягин Михаил Алексеевич и Совин Антон Эдуардович, — торжественно произнесла Екатерина Вениаминовна, не обращая внимания на высказывание. — Завтра вас будут ждать в областном центре. С вами хотят поговорить.

— Наверное орденом почетного врача наградить, — снова буркнул Станислав.

— Станислав Валентинович, вы бы лучше за своей работой следили, — строго сказала заведующая, решив второй раз не игнорировать его высказывание. — А то как возьмусь за проверку, и неизвестно где вас потом ждать будут.

Тот тотчас скуксился, приняв привычную физиономию «я съел лимон».

— Спасибо, Екатерина Вениаминовна, — почти хором сказали мы с Совиным.

Дальше планерка перешла на стандартные вопросы. Я слушал вполуха, так как уже размышлял о предстоящей завтрашней поездке. Совин. Как мне кажется, вообще потерял способность слушать. Лишь ерзална месте, изредка бросая на меня радостные взгляды.

После планерки он поспешил поймать меня в коридоре.

— Миха, у нас получилось! — воскликнул он, бросаясь меня обнимать.

— Эй, не надо такой бурной радости, — усмехнулся я. — Мы же даже не знаем, о чем с нами завтра хотят поговорить.

— Да явно же повышение предложат! Эх, заживем, — мечтательно протянул Совин. — Слушай, надо это дело обязательно отметить.

— Давай вот после поездки и отметим, — предложил я. — Нехорошо появляться в министерстве здравоохранения с перегаром.

— Да ну тебя, что сразу с перегаром, — надулся невролог. — Хотя да, наверное лучше после.

— Ну вот и договорились, — усмехнулся я. — Я побежал, работы много.

— Ага, — уныло кивнул Совин. — У меня тоже. Но скоро заживем!

Невролог снова ускакал в неизвестном направлении, явно не в направлении своего кабинета. Я же отправился на прием.

Отсутствие клонов сильно сказывалось на количестве работы, но я потихоньку начинал привыкать. В дневной стационар сегодня решил не идти, новых поступлений не предвиделось. С имеющимися же там пациентами справятся и медсестры, просто выполнят все процедуры по назначениям. Так что сразу после приема я спустился в регистратуру за списком выездов.

— Михаил Алексеевич, добрый день, — по своей привычке растягивая слова, произнесла дежурная регистратор. — У вас сегодня Ландышевка.

Ох, давненько я не был в том селе. Последний раз туда состоялся выезд, и я госпитализировал Ивана Петровича с немой формой миокарда.

— А городские есть? — поинтересовался я.

— А как же. Семь штук, — кивнула регистратор, протягивая список.

Я взял бумажку с адресами и отправился в гараж. Выпавший из моей памяти месяц жизни сильно осложнял мою жизнь. Например, я понятия не имею как там Владимир, и как это аккуратно выяснить.

Молчаливый Константин уже ждал меня в машине. Да, явно не тот человек, который разболтается и расскажет новости. Я просто молча протянул ему листок, он молча просмотрел адреса, и мы поехали. Тоже молча.

Сначала Константин провез меня по всем городским адресам. Случаи были довольно простые, так что справился я быстро. На десерт мы поехали в Ландышевку.

Час времени в одну сторону, час в другую. В такие моменты вспоминается Безумный Макс и его безумная скорость. Тут мы просто размеренно ехали, всё так же в полном молчании. Даже неуютно как-то.

В конце концов, я по привычке открыл телефон и принялся читать научные статьи. Отличный способ скрасить время и подтянуть знания одновременно.

Константин подвез меня прямиком к ФАПу. В прошлую мою поездку сюда, в фельдшерском пункте ещё был ремонт. Сейчас же он открылся и выглядел просто великолепно.

— Добрый день, Михаил Алексеевич! — поздоровалась выскочившая из пункта фельдшер, Татьяна Семеновна.

— Добрый день, — кивнул я. — Что тут у вас за пациент?

— Я её просто в пункт попросила прийти, чтобы удобнее было осматривать. Прутова Екатерина Валерьевна. У нее дерматит какой-то, — ответила фельдшер.

Дерматит — это любые воспалительные поражения кожи. Довольно обширный диагноз, под ним может скрываться что угодно.

— Пойдемте, — кивнул я, первым проходя внутрь.

В кабинете врачебной помощи меня ждала молодая женщина лет сорока. На щеках и носу у нее была ярко-красная приподнятая сыпь.

Так, это не простой дерматит. Похоже, все гораздо серьезнее.

— Добрый день, Екатерина Валерьевна, — поздоровался я, — Я Михаил Алексеевич, терапевт. Рассказывайте, что беспокоит.

— Добрый день, — кивнула женщина. — Сыпь вот странная на лице появилась. Думала просто аллергия какая-то, но уже несколько недель не проходит. Фельдшер вот вас и вызвала.

— Ещё какие-нибудь жалобы есть? — спросил я.

— Ну… Ещё во рту язвы стали часто вскакивать, и проходят с трудом. Но это, наверное, к стоматологу надо, — задумалась Екатерина Валерьевна.

— Суставы не болят? — уточнил я.

— Болят, коленные и тазобедренные, — удивленно кивнула женщина. — А как вы догадались?

— Врачебная интуиция, — ответил я. — Давайте я вас осмотрю.

Прежде всего меня интересовало сердце и легкие. Они оказались чистыми, да и на боли в грудной клетке Екатерина Валерьевна не жаловалась. Значит, плеврита и перикардита нет, хорошо. Надеюсь, мы успеем поймать заболевание в самом начале, чтобы увести в стойкую ремиссию.

— Екатерина Валерьевна, — начал я. — Без анализов я не могу утверждать точно, но ваше заболевание похоже на системную красную волчанку. Вы знаете что это?

— Нет, — помотала головой Прутова.

— Это аутоиммунное заболевание, которое характеризуется хроническим воспалением. Оно может затрагивать любые органы, включая кожу, суставы, мышцы, сердце, почки. И встречается чаще всего у женщин, — спокойно ответил.

— А откуда оно взялось? — спросила Екатерина Валерьевна.

— Причины возникновения до сих пор неясны. В какой-то момент ваш организм начал вырабатывать антитела против самого себя. Они стали оседать в коже и суставах, продуцируя воспаление, — разъяснил я. — Но для точного диагноза нужно сдать пару анализов. И срочно ехать к ревматологу.

— Конечно, всё сделаю, — закивала пациентка. — Доктор, а это лечится?

— Это уводится в стойкую ремисиию, — ответил я. — Мы поймали заболевание на ранней стадии, поэтому чем раньше мы присутпим к лечению, тем лучше.

— Поняла, — закивала Екатерина Валерьевна.

Я тут же выдал направление к ревматологу в областной центр и направления на анализы. В ФАПе поставили новый компьютер с медицинской информационной системой, так что я без труда записал Прутову к ревматологу.