Проблемы с проклятым (ЛП) - Харрисон Ким - Страница 77

Он замолчал, и я осторожно перешагнула через низкую ограду, отделяющую кладбище от сада. Гетти не была Маталиной.

— У меня есть идея, — сказала я, останавливаясь у освещенного крыльца. — Сейчас. — Я присела на корточки, шаря пальцами, пока не нашла крошечный прошлогодний желудь. — Попробуй это.

Дженкс соскочил с моего плеча, его узкое личико исказилось от разочарования.

— Что, черт возьми, ты хочешь, чтобы я с ним сделал? Стукнул ее этим по голове? Нам не нужно еще одно дерево, и, кроме того, он не прорастет, даже белкам не нужен.

— Это правда. — Я кивнула. — Ты хочешь, чтобы она вылезла из укрытия? Посади его. — Дженкс нахмурился еще сильнее, и я добавила: — Сделай большое шоу. Дважды измерь глубину. Поливай собранной дождевой водой. Пометь местоположение ярким камнем. Чисти от опавших листьев, чтобы он получал достаточное количество солнечного света. Затем засни, охраняя его.

Пыльца Дженкса стала ярче, он зажужжал крыльями, когда опустился на мою ладонь, чтобы взять желудь.

— Она захочет узнать, что это такое. Незнание убьет ее.

— Или, по крайней мере, вытащит ее из укрытия, — сказала я, чувствуя себя лучше.

Жужжание крыльев Дженкса стало громче.

— У меня есть кое-что получше желудя, — сказал он, рассыпая чернильную пыльцу и исчезая в ночи.

— Дженкс! — крикнула я, и он вернулся ко мне, явно теряя терпение. — Э, у тебя все еще есть тот амулет, защищающий от магии, который я просила тебя сохранить для меня?

— Да. Я буду рад избавиться от него. У меня от этой штуки болит голова, — сказал он, направляясь в другую сторону. Я направилась к крыльцу, не удивившись, когда пыльца с него исчезла, и он, казалось, исчез. Я ждала на ступеньках, вдыхая ночь. Я слышала, как дети играют в темноте: тявканье щенка-оборотня, шуршание велосипедных колес. Это была бы сказочная ночь для полуночной прогулки по лесам и полям Трента, и у меня поникли плечи от того огромного количества чар, которое мне предстояло сделать с сегодняшнего дня до завтрашнего вечера, чтобы сдержать Ходина и отправить Финниса собирать вещи.

Было бы проще, если бы у меня был доступ к хранилищу, и комментарий Дали о «нехватке одноразовой плоти» вызвал у меня неприязнь. Я не собиралась отдавать ему своих учеников в обмен на доступ в надежде, что в хранилище есть что-то, чем я смогу поймать Ходина. Кроме того, если бы там было что-то, что могло бы сработать, они бы уже использовали это. Хранилище было типичным желанием демонов: что-то, что выглядело как дар божий, но только ухудшало ситуацию. Я была предоставлена самой себе. Предупреждение Ала о том, что они слишком уродливы, мне тоже не понравилось. Это были боевые проклятия, и демоны были по-настоящему взбешены, готовые сделать морально несостоятельный выбор во имя мести.

У меня не было времени придумывать много новых заклинаний, но модификация существующих была приемлемым решением. Старый амулет Констанс, создающий зону без магии, застрял в открытом положении, что делало его явно… недостаточно универсальным. Если бы я могла сделать новую булавку для амулета зона-без-магии, чтобы я могла включать и выключать его по своему желанию, и, возможно, создать заклинание, укрепляющее ауру Ходина, чтобы он не появлялся и не исчезал, я, возможно, смогу удерживать Ходина достаточно долго, чтобы заключить его в более прочную клетку.

— Возьми. Возьми его! — воскликнул Дженкс, когда, пошатываясь, вынырнул из темноты, и из-под него посыпался толстый слой пыльцы. Свет в моем фонаре погас, когда он приблизился, и я протянула руку, чувствуя, как моя связь с лей-линией полностью исчезает, когда плетеный круг из зачарованного серебра упал мне на ладонь.

— Спасибо, Дженкс, — сказала я, но он уже ушел, его путь был высок, а пыльца жизнерадостна. Лей-линейный амулет казался мне странным, обычная покалывающая судорога лей-линейной энергии была совершенно приглушена. Но именно это и делал амулет, и я перевернула его, чтобы сдуть травяные хлопья с металлического круга. Булавки с призывом не было — она потерялась, когда Констанс выбросила ее из окна колеса обозрения Цинциннати, — но я разглядела дырки в плетеном кольце, где она должна была проходить. Пока мы не нашли способ заменить ее, амулет оставался включенным, что в лучшем случае раздражало.

Я оставила незажженный фонарь на ступеньках крыльца и мягко улыбнулась, когда оглядела ярко освещенную кухню и увидела Трента за стойкой, который накладывал лей-линейные зажимы между тем как жевал печенье. Он покраснел, когда я распахнула французские двери, и убрал руку от открытого пакета с печеньем Oreos.

— Нашла? — спросил он, вздрогнув, когда я подошла ближе, и его связь с лей-линией исчезла.

— Тот самый клош? Ага. Думаю, Дженкс превратит его в летний домик. — Я положила на стол амулет зоны-без-магии, а за ним — шарф, с собранным урожаей, осторожно развернув его, чтобы показать осколки стекла. — Я не против сделать это в одиночку. Хочешь вздремнуть, пока я буду пробовать булавки? — Будет чудом, если один из них сработает, но не попробовать было бы глупо.

— Нет, — сказал он, разгребая осколки кончиком ручки. — Я в порядке. Думаю, у нас могут возникнуть проблемы с заменой булавки для этого. — Наклонившись над прилавком, Трент оперся локтем о нержавеющую сталь, взял плетеный круг и попробовал булавку наугад. — Булавки можно заменить, если их потерять, но для того, чтобы соединить их заново, требуется магия, а поскольку амулет сводит на нет всю магию…

— Уловка-22. — Наклонившись к нему так, что наши плечи соприкоснулись, я протянула ему еще одну булавку. За окнами и на крыльце свет Дженкса освещал его темный, мокрый сад. Трент вставил булавку, и я потянулась к лей-линии, но безуспешно. Неа. Только не это. — Ты не сможешь вставить булавку обратно без помощи магии, а без булавки на месте невозможно коснуться линии.

Трент выдохнул, выпрямляясь во весь рост и примеряя другую булавку. Неа.

— Сумка со свинцовой подкладкой все еще в моде, — сказал он, и я потянулась через стол, чтобы пододвинуть к себе книгу (рабочую тетрадь) в пятнах соли.

— Верно, но я не смогу носить амулет и одновременно надежно колдовать. Все, что делает сумка, — это уменьшает радиус действия с двадцати футов до трех. Я должна была провести пять минут на полу той гондолы и найти булавку, прежде чем сдаться ОВ.

Улыбка Трента стала еще шире, когда он безрезультатно прикрепил еще одну булавку.

— Не могу передать, как я рад, что я не единственный в этих отношениях, кто отсидел срок.

Я удивленно подняла брови, когда прислонилась к стойке и стала листать рабочую тетрадь. Это была моя коллекция амулетов и заклинаний, которые я модифицировала или изобрела за последние пару лет. Может быть, когда-нибудь я потрачу несколько недель и приведу их в порядок, но я в этом сомневалась.

— Ты никогда не отбывал срок, — сказала я, когда нашла нужную страницу и положила раскрытую книгу на стойку, заставив корешок хрустнуть. — Тебя сфотографировали, и ты просидел в камере двадцать минут, пока Квен не внес за тебя залог. Домик для отдыха в лагере не считается.

Он рассмеялся, и на его лице появилось явно нежное выражение, когда он приобнял меня, и я позволила себе коснуться его головой. Мы вместе молча смотрели на мой заковыристый почерк.

— Кажется, я знаю, как мы можем вернуть эту булавку, — сказала я.

— Прошло четыре месяца. — Трент придвинул печенье поближе, отдавая мне два и беря себе одно. — Этой булавки давно нет.

— С этим не поспоришь. — Я откусила кусочек печенья, горький шоколад пробудил во мне аппетит, и я указала на страницу. — У меня есть «проклятая» шляпа, которую я придумала, чтобы перенести эту лилию на два сезона вперед. — Я проглотила. — Это проклятие Тритон. Вероятно, то же самое, которое она использовала, чтобы перенести поверхностного демона на столетие за тридцать секунд. Но проклятие может действовать как в обратном направлении, так и в прямом. Если я отправлю амулет в прошлое после того, как Констанс использовала его на мне, в нем будет булавка. Возможно.