Проблемы с проклятым (ЛП) - Харрисон Ким - Страница 47

— Я тоже так думала, — сказала я, поднимая свое теперь уже чистое запястье, на котором я носила свое обещание Алу. — Пожалуйста. Скажи мне, что происходит. Я знаю, ты прогуливаешь работу. Я почти уверена, что ты колдуешь для него. — Я заколебалась, когда страх охватил ее. — Мне помогли. Позволь мне помочь тебе.

Но она сжала челюсти и вздернула подбородок.

— Ты не единственная, у кого могут быть отношения с демоном, — сказала она с неуместным гневом. — Ревнуешь?

У меня вырвался сдавленный смешок.

— Ты серьезно? Не знаю, что ты слышала, но у меня никогда не было секса с демоном.

Она покраснела и этим призналась, что у нее был.

— Боже мой, Стеф. Ты в порядке? — сказала я, подходя к ней и протягивая руки. — Я уже видела это раньше. Ходин…

— Причинял мне боль? — перебила она, прищурившись. — Ты уже спрашивала об этом.

— Нет, — выпалила я, хотя именно это и собиралась сказать. — Я хотела узнать, использует ли Ходин секс, чтобы усилить твою способность удерживать энергию линий. Именно так они делали разумных фамильяров более полезными. Я не говорю, что он пытается сделать тебя своим фамильяром, потому что это незаконно, но если он использует твои способности, ты должна спросить его, почему.

Она уставилась на меня, затем, запинаясь, пробормотала:

— Это не твое дело.

— Это у тебя две метки демона.

Стеф испуганно отступила на шаг, а я наклонилась вперед.

— Ты знаешь, что значит быть фамильяром демона?

— Конечно. Ты готовишь проклятия.

Я покачала головой.

— Три метки означают, что он владеет твоей душой, а значит, у тебя нет воли, если он этого не позволит. Ты можешь готовить проклятия круглосуточно, потому что из-за него ты можешь забыть, как спать. В лучшем случае, он будет использовать секс, чтобы увеличить количество энергии, которую ты можешь удерживать, и сделать тебя более полезной. В худшем случае, он будет вываливать на тебя всю ккопоть, и, Стеф, ее может быть много. Чем дальше проклятие меняет реальность, тем больше появляется копоти, и ты будешь хранить ее до самой смерти, расплачиваясь за его магию после своей смерти.

Что, конечно, не могло быть доказано, но демоны прилагали немало усилий, чтобы избавиться от своей копоти. На то была причина, даже если ее невозможно было доказать.

— Скажи мне, Рейчел Морган, — добавила она дрожащим голосом. — Ты хочешь сказать, что я не должна доверять Ходину из-за того, кто он такой? Потому что он — демон? Я думала, человек считается невиновным, пока его вина не доказана. Что нельзя судить о демоне плохо только потому, что он — демон. Или, может быть, ты пытаешься разрушить мои отношения, чтобы все думали, что только Рейчел Морган достаточно умна или могущественна, чтобы пережить бойфренда-демона.

У меня отвисла челюсть. Это были ее слова, или кто-то другой дал ей возможность оправдать действительно плохое решение?

— Стеф, если я правпа насчет того, что происходит, ты в опасности, и это не потому, что Ходин — демон, а потому, что ты — нет. Существует огромный пробел в знаниях и способностях, который ты не принимаешь во внимание.

Она застыла в приступе страха, а затем гнев вернулся.

— Ходин любит меня такой, какая я есть. Его не волнует, что я плохо разбираюсь в магии. Прошу прощения. Мне нужно проведать Гетти, чтобы вы с Дженксом могли пойти на вашу важную встречу с тем вампиром. — Расправив плечи, она ушла.

Намазав тост дерьмом, я сделала только хуже. Теперь она ни за что не скажет мне, что было в той палочке для тушения и в палочке для горения, если вообще что-то было, о чем я не знала.

— Стеф?

Я услышала визг из коридора, но это была всего лишь Стеф, столкнувшаяся с Пайком, и они вдвоем неловко пританцовывали друг вокруг друга, держа между собой пакет с продуктами, пока Стеф не пронеслась мимо него.

— Извини, — крикнул ей вслед Пайк, держа в руках тарелку с жареным цыпленком, от которого исходил чудесный аромат и который напомнил мне, что я не ела ничего, кроме чипсов. — Не хотел тебя напугать.

— Ты меня не напугал! — крикнула она и исчезла.

Пайк ухмыльнулся, широко раскрыв темные глаза, и слегка наклонился, чтобы перенести вес на другую ногу.

— Айви ушла? Черт, не могу поверить, что она вот так меня бросила. Даже записки не оставила.

На его лице промелькнуло удивление. Я хотела броситься за Стеф, но если она искала Гетти, то найдет и Дженкса. Я не могла сосчитать, сколько раз пикси вразумлял меня. Или пытался.

— Это ее способ, — тихо сказала я. — У нее проблемы с назначением лекарств по рецепту врача.

Пайк вздохнул, усаживаясь за высокую кухонную стойку и глядя в сад.

— Это еще не все, что у нее есть, — сказал он, приступая к разделке бедра.

Я закрыла дверь на веранду, наслаждаясь прохладным, сухим воздухом кухни, обдувающим мои волосы.

— А, это еще не все? — спросила я нерешительно, и он протянул мне тарелку. — Я ем, потому что голодна, — добавила я, потянувшись за крошечным кусочком бедра, и он усмехнулся.

— Не потому, что ты хочешь поделиться кровью. Я понял, Снежная Королева, — сказал он, и я перестала есть.

— Выглядишь лучше, — сказала я, затем сдалась и, подавив стон, вонзила зубы в жир и протеин. Блюдо было холодным, но мне так больше нравилось.

— Да. Лучше. — Он облизал пальцы, а я забралась на табурет рядом с ним, положив локти на длинную стойку. — Но я умираю с голоду. Когда нам нужно уходить?

— На встречу? — Я прожевала и проглотила. — Поздний ужин в три. Я бы сказала, что мы уйдем отсюда около двух. Я предпочту прийти пораньше, чем попозже. С тобой все будет в порядке? Ты здесь для виду. Трент и Дженкс прикроют меня, если что-то пойдет не так.

— Со мной все будет в порядке. — Он отставил тарелку и, все еще облизывая пальцы, подошел к холодильнику. — Как долго вы с Айви прожили вместе? — спросил он, а затем его улыбка погасла, а взгляд устремился к потолку.

— Что… — начала я, но тут же замолчала, тоже услышав это. Стеф кричала.

— Черт, — пробормотала я, поворачиваясь к саду. Пикси исчезли. — Дженкс! — закричала я, выбегая в коридор. — Гетти под обстрелом!

Пайк должен был действовать быстрее, но я была ближе, а он все еще был ранен. Я промчалась по коридору, едва заметив смятые одеяла на диване в святилище, и бросилась в прихожую, распахивая дверь на узкую лестницу. Учащенно дыша, я помчалась вверх по лестнице, напрягая энергию, чтобы кончики моих все еще влажных волос развевались.

«Дженкс», подумала я одновременно с облегчением и страхом, когда услышала его гневный крик. Он уже был там. Когда я толкнула дверь, Стеф повысила голос, из нее полилась латынь.

— Стеф! Нет! — закричал Дженкс, а затем меня отбросило назад и вниз, в темный лестничный колодец, когда в меня ударила вспышка чистой лей-линейной энергии.

На колокольне зазвонил колокол. Я взмахнула руками и попыталась ухватиться за перила, но безуспешно. Я поскользнулась… И тут Пайк поймал меня, рывком поставил на ноги и втащил в комнату.

Я моргнула, приходя в себя. Я не летела вниз по лестнице. Я стояла в своей комнате, окутанная пыльцой фейри. Стеф прижала руку ко лбу и, задыхаясь, опустилась на одно колено. Сильно пахло озоном, и я оглянулась в поисках Дженкса. Яркое свечение под диваном заставило меня опуститься на колени, и я заглянула под него, вздохнув с облегчением.

Это были Дженкс и Гетти. Оба пикси стояли прямо, Дженкс был явно зол, его меч блестел от крови. Гетти была напугана, на ее платье образовалась длинная прореха, когда она размахивала кинжалом.

— Гетти? — сказала Стеф, и на ее лице отразилась боль, когда она поднялась, лихорадочно осматривая комнату. — О боже. Гетти! Где ты?

— Тинькины сиськи, женщина! — сердито сказал Дженкс, вылезая из-под дивана, и Стеф резко обернулась. — Ты могла размазать нас по стене!

— Простите. Мне так жаль! — Стеф упала, не обращая внимания на то, что ее собственная аура все еще была видна из-за энергии, которую она пропустила через себя и которая медленно угасала. — Они пытались убить ее. Это не должно было так сильно отразиться. Я не использовала столько энергии.