Проблемы с проклятым (ЛП) - Харрисон Ким - Страница 18

Она подняла голову, быстро моргая, чтобы прогнать слезы.

— Я ценю это.

Дженкс промурлыкал у меня за плечом, его пыльца была блестящей серебристой.

— Вы двое трахаетесь или нет?

— Дженкс! — воскликнула я. — Не отвечай, Стеф, — сказала я, затем свирепо посмотрела на него. — Боже, Дженкс.

— Что? — Пикси заметался вверх-вниз во влажном воздухе. — Это справедливый вопрос. Если она собирается выселиться и комнаты и переехать к нему, я хочу получить уведомление за две недели, чтобы я мог сдать комнату в аренду. — Его крылья блестели в тусклом свете, а позади него в темном небе расцвела радуга.

Стеф уклонилась от меня, крепко прижимая к себе сбившийся шарф.

— Я не отдам свою комнату.

Боже мой, они спят. Или переспали, и мое внимание затуманилось, когда я задумалась, на что это было похоже: уверенная сила Ходина, шанс, который он не мог упустить, риск, на который она пошла, и вероятные способы, которыми бывший секс-раб знал, как использовать энергию лей-линий. То, что она не отдавала комнату, намекало на то, что ей было не совсем комфортно, и я взяла ее за руку.

Она вздрогнула, пораженная.

— Я в порядке, — сказала она. — Я… — И замолчала. — Я не уверена, — сказала она слабо. — Иногда мне кажется, что я знаю его до глубины души, а потом он что-то говорит, а я его совсем не знаю. Я пытаюсь быть непредубежденной. — Она умоляюще посмотрела на меня. — Я ничего не знаю о его прошлом, кроме того, что он мне рассказывает. Рейчел, я совершаю ошибку?

Мне стало холодно, и когда Дженкс, защищая, прижался ближе, я заставила ее встретиться со мной взглядом.

— Я не знаю. Он причинил тебе боль? Случайно, я имею в виду?

— Нет. — Она повернулась к машине, будто желая закончить разговор, и я отперла машину с брелка. — Но иногда я не могу сказать, о чем он думает, или могу, и это нехорошо.

Рыночная сумка легла на крошечное заднее сиденье, а затем задняя дверь с грохотом захлопнулась. Собирающийся шарф все еще был в ее руках, и мои подозрения усилились.

— Что говорит твоя интуиция? — спросила я, подходя к водительскому сиденью.

— Что я могу совершить ошибку и даже не знать об этом. — Стеф посмотрела на меня поверх низкого капота машины. — Я не могу сказать, является ли это внутренним чутьем или предвзятыми впечатлениями. Жить с ними — сущий ад, понимаешь?

Я действительно знала и кивнула, задержавшись у машины. Казалось, ей было тяжело, и я поморщилась, вспомнив, что сама чувствовала то же самое, когда танцевала с костями своего похороненного прошлого.

— Скажи мне, если тебе когда-нибудь будет страшно, хорошо? — сказала я. — И если ты не можешь мне сказать, поставь цветок на подоконник на кухне.

Поджав губы, она кивнула и села в машину.

Дженкс был прямо там, и мы обменялись усталым, обеспокоенным взглядом.

— Я присмотрю за ней, — сказал он, и я покачала головой.

— За ней не нужно присматривать, — прошептала я. — А вот за Ходином нужно.

Дженкс кивнул и снизился, когда с него соскользнула мрачная серая пыльца.

Затаив дыхание, я прыгнула внутрь, вслух восхищаясь двойной радугой, выгибающейся дугой над Низинами, меньшая из которых, казалось, заканчивалась прямо у моей церкви.

«Предзнаменование?» — подумала я, заводя машину. «Или обещание».

Глава 5

Дождь на крыше колокольни был более чем приятен, когда я стояла на коленях на полу, перебирая коробку, которую мама прислала мне несколько месяцев назад. Три окна с подветренной стороны были открыты, и шелест листьев приятно смешивался с мягкими звуками моей мантии для чар и хлопаньем крыльев Дженкса. Мы не работали с аурами, поэтому мне не нужен был халат для чар с широкими рукавами и поясом с колокольчиком, который устранял ауратическое загрязнение, но Ходин был одет в свой, и я чувствовала себя неряхой в своих шортах и легкой футболке. Кроме того, шелковая прелесть, переходящая от ярко-золотого на шее к темно-красному на подоле, заставила меня почувствовать, что я знаю, что делаю.

— Я никогда не слышал о ртутном меле, — сказал Дженкс, его голос звучал слишком слабо, чтобы его можно было расслышать, когда он натягивал на Биса легкое одеяло. Молодая горгулья лежала высоко под коническим потолком на своей полке рядом с колокольчиком. Рядом с ним стояла бутылка, в которой хранились его душа и баку, выглядевшая безобидно рядом с моей шкатулкой для драгоценностей и пустой клеткой для сверчком, которую Ходин одолжил мне, чтобы попрактиковаться в разделении произносимого проклятия между двумя людьми. Я не нашла сноровки до того, как сверчки умерли, и я засунула ее туда, чтобы убрать с дороги. Наверное, мне следовало вернуть ее, но она стояла слишком высоко, чтобы дотянуться, не встав на ящик, а он об этом не просил.

— Магнитный мел дешевле и нетоксичен, поэтому им почти никто не пользуется, — сказала я, подавленная тем, что не нашла способа освободить душу Биса от баку. — Думаю, у меня в пенале есть его кусочек. Одному богу известно, как он туда попал. — Я присела на корточки, сдув прядь волос с глаз и улыбаясь, думая о том, как мама начинает свою жизнь заново на Западном побережье с мужчиной, который отчаянно любил ее. Там с Такатой ей было безопаснее, чем со мной.

Но я застыла, пораженная, когда мои ищущие пальцы онемели, и каждая унция энергии лей-линии покинула меня с внезапностью треснувшего хлыста. Я выдернула руку из коробки, пульс участился, когда я уставилась на обшитый свинцом пакет, который задела пальцами, но это был всего лишь амулет «без магии», который я забрала у Констанс прошлой весной. Предполагалось, что сумка блокирует его действие, поскольку я потеряла булавку и не могла его отключить, но, очевидно, влияние заклинания было лишь приглушено, и я сжала пальцы, все еще чувствуя укол разъединения.

— Дженкс, ты не закопаешь это где-нибудь в саду? — сказала я, доставая лей-линейный амулет из гибкой, но тяжелой сумки, держа металлический амулет из толстой нити черного золота так, будто это была дохлая крыса.

— Без проблем. — Наклон крыльев Дженкса увеличился, когда он перекинул ремешок через плечо и с трудом вылетел в окно без экрана, его траектория быстро снижалась из-за веса ноши.

Я немедленно возобновила хватку на лей-линии, закрыв глаза, когда она ворвалась с удовлетворяющей легкостью. Сидя на полу, я послала свои чувства наружу, чтобы найти Ходина и Стеф на крыльце. Пикси превратились в яркие точки мысли, порхающие по саду под дождем. Гораздо более мрачными были фейри, притаившиеся в сухих местах. То, что они смогли жить в одном саду, было одновременно неожиданностью и чудом.

«А это что?» подумала я, чувствуя странный, слабый гул силы в половицах. Я не замечала его раньше, но я не очень часто мысленно осматривала территорию.

Все еще с закрытыми глазами, я сузила поиск, нахмурившись, когда проследила серебристую паутину энергетических лент, проходящих через пол и стены и поднимающихся над моей головой, как сеть, достигая кульминации в железном колоколе, который свисал с моего остроконечного потолка. Он окутал колокольню плотной защитной сеткой, невидимой до сих пор. Возможно, амулет «без магии», где нет магии, мешал. «Что за хрень?»

— Мне нравится этот, — сказал Дженкс, и я открыла глаза, обнаружив, что он вернулся, стоя на комоде и выглядя очень похожим на Питера Пэна, когда смотрел на эскизы Пайка. — Четыре удара, и ты выбываешь, — добавил он, тыча мечом в салфетку с четырьмя крестиками на ней.

— Это переплетенные буквы «M» и «W», — сказала я, решив, что защитная сеть, должно быть, была чем-то, что горгульи установили, чтобы защитить Биса и его перемещенную душу. В конце концов, они были стражами. — Морган и Уэлроу. Где амулет?

— В моем хранилище под надгробной плитой Пирса, — сказал он, изучая каракули. Я все еще не выбрала свой любимый вариант и даже не была уверена, что мне нравится эта идея. — Я подумал, что это просто четыре крестика. Один для тебя, Пайка, меня и… Трента? — Угловатое лицо Дженкса скривилось. — Не думаю, что Айви вернется в фирму, даже если она вернется в Цинци.