Поющий волк в овечьей шкуре (СИ) - Бурак Анатолий - Страница 20

— Я так понимаю, что вчера, когда мы кхм-м-м… праздновали, Коля всё-таки решился на самостоятельные действия. — Предположил тихонько постанывающий начальник нашего славного отдела.

— Так точно, товарищ майор! — Подтвердил я догадку старшего по званию. И, чуть понизив тон и, словно оправдываясь, развёл руками. — Поймал кураж и…

— Кураж — это хорошо. — Еле слышно одобрил мою самодеятельность Анатолий Викеньтьевич. И тут же, задумчиво пробарабанив пальцами по столу, полюбопытствовал. — Заявление о пропаже кольца у сестры убитого взял?

— Э-э-э… — Почувствовав, что отчаянно краснею, заблеял я. И, под ехидным и ироничным взглядом Василия, признался. — Не-е-ет.

— Молод ты ещё, младшОй! — Отчего-то развеселившись, расправил плечи тот. Потом, кряхтя приподнялся и, дошакандыбав (иначе его шаркающую походку назвать я затрудняюсь), взял с майорского стола телефон и, пользуясь тем, что благодаря длине шнура он был, скажем так, «ограниченно мобильным» поставил аппарат передо мной. — На, звони. Договаривайся.

— К-куда звонить? — Растерянно заикаясь, пролепетал я.

— Потерпевшей, куда ещё? — Пожал плечами Вася. — Счас подъедем, возьмём заявление и пойдём просить усиление. Для визита и проверки собранной тобой вчера оперативной информации.

— Да, откуда же я номер знаю. — Сетуя на собственную тупость, начал закипать я. И, дабы хоть как-то оправдаться в собственных глазах, попытался отмазаться. — Да и вообще… Она ж сейчас на работе!

— Эх, молодёжь, молодёжь! — Удручённо покачал головой Вася. Потом полез в шкаф, достал нужную папку и, полистав, сказал. — Записывай.

Я послушно накарябал в блокноте рабочий номер Галины и, уже через пару-тройку минут, объяснял ей, что мы сейчас прибудем, чтобы взять у неё заявление о пропаже кольца.

— Куркули! — Не то, чтобы злобно но, и без видимом ого невооружённым взглядом радушия, провожал нас заведующий гаражом. И, словно имел на это какое-то право, припечатал. — Жирно вам будет!

— Давай-давай! — Не повёлся на этот блудняк Василий. — Выгоняй ласточку!

Недовольно бурча под нос, «технический старший лейтенант» выкатил затрофеенный у бандитов и, что самое главное, выклянченный у начальства УАЗик. Поступивший в полное и безраздельное (по крайней мере, мы все очень на это надеялись) распоряжение убойного отдела.

За руль, как не злоупотреблявшего и не благоухающего перегаром усадили меня и, сверившись с вызванной в голове картой, я вырулил со двора ГУВэДэ.

Поскольку машина не имела никаких специальных «милицейских» знаков, вроде мигалки, наш приезд к проходной одного из предприятий никакого ажиотажа не вызвал.

Я позвонил по заранее сказанному Галиной внутреннему телефону и вскоре она выбежала, кутаясь в наброшенный на плечи плащик. Расположившись на переднем сидении, под диктовку Познякова написала заявление и мы поехали обратно.

На ковёр к Олегу Станиславовичу отправился Позняков. Как старший по званию и вообще…

Мы с Васей сидели в приёмной и тот, верный своей натуре, тут же принялся флиртовать с секретаршей. На что она тихонько хихикала и все присутствующие понимали, что всё это не всерьёз.

Минут через двадцать Анатолий Викеньтьевич вышел и, оглядев расфокусированным взглядом помещение, тихо скомандовал.

— По коням.

После чего Вася куртуазно раскланялся, я молча кивнул, а Позняков просто сказал:

— До свидания.

И мы втроём покинули рабочее место юной девы, чтобы, пять минут подождав ребят, приданных для усиления, отправиться в злосчастную слободку.

Колонна из трёх автомобилей въехала в цыганский анклав без совсем не нужной в таких делах помпы, вроде сирен и мигалок. Оцепления из роты автоматчиков тоже не было, а лай рвущихся с поводков овчарок не сопровождал наше тихое и, я бы даже сказал, обыденное, прибытие.

Эх-х, хотелось бы использовать в данном случае слово «незаметное», но — увы. Такое событие, как визит многочисленных представителей власти в этот, забытый Создателем тихий омут не осталось без пристального внимания аборигенов.

И, хотя никакого заполошного ажиотажа с нашим появлением не случилось, кое-какая движуха, всё-таки наметилась.

Зашныряли вездесущие и юркие, словно тараканы, представители младшего поколения. Цыганки в цветастых платках и длинных юбках стали собираться кучками и, что-то вереща на своём, с ненавистью и презрением кидали гневные взгляды в нашу сторону.

Под колёса, правда, не бросались. И уж, конечно, не окружали многоголосым шалманом, с требованием «позолотить ручку» и погадать, «рассказав всю правду».

Шутка.

Захваченный по пути участковый, нервно теребя фуражку, растерянно озирался. не то, чтоб совсем уж «затравленно», но и спокойствия и решительности в его взгляде не наблюдалось.

«Крышуешь, падла»! — Про себя думал я, краем глаза наблюдая за «хозяином этой земли».

Хотя, как иначе?

Если не совсем дебил, или заливший глаза алкоголик, то должен быть в курсе происходящего. И, как и положено, иметь с этого небольшую, но регулярную мзду.

Тем более, что такой беды, как наркомания, в Советском Союзе вроде как нет. На что, как известно, и суда нет.

А вот денежный ручеёк, пусть тоненький, но стабильный, в наличии имеется.

Удобная, всё-таки штука, эта дурь. Места занимает мало. Всегда можно замаскировать под лекарство. И, без проведения специальной экспертизы, хрен кто докажет, что это не так. А отсутствие официального гонения на эту напасть, вообще развязывает руки, наживающимся на чужом горе барыгам.

Ну и, даёт небольшой приработок представителю законной власти.

Но, поскольку в этот раз мы прибыли не из-за, такой в кавычках «мелочи», как распространение наркотиков, а из-за самого настоящего, если хотите, «всамделишного» убийства, полномочий чтобы «прикрыть» широкой грудью чавэел, явно, не хватало. Отчего участковый пребывал явно не в своей тарелке и выглядел немного смущённым.

Кстати, дабы не допустить утечки информации, мы не стали предварительно телефнировать. А, нагрянув в опорный пункт, просто положили перед капитаном два ордера. На обыск и задержание. Поставив, тем самым, перед фактом и не дав возможности позвонить и предупредить.

К чести коллеги, дёргаться понапрасну или изображать из себя «недовольного барина» он не стал. Видно было, что наш приезд ему «не в масть». Но, подставляться и тем самым, быть уличённым в сговоре с преступниками, он не стал. Здраво рассудив, что, в сложившейся неприятной ситуации, своя жопа ближе.

А ромалы?

Ну, такова «се ля ви».

Разумеется, будут недовольны. Куда ж без этого. Но, снять его с должности, или, тем паче, уволить из органов, отправив «в народное хозяйство» не в их власти.

А вот целый майор из главка сделать это мог, не то, чтобы с лёгкостью, но вполне себе реально.

Место жительства главного барыги я вычислил ещё вчера. Благо, тот особо и не скрывался. А дом, где обитал вероятный подозреваемый мне, после подробного описания внешности пиздюка (то есть, простите, заигравшегося и слегка попутавшего рамсы «хорошего мальчика»), назвал бравый, поставленный следить за порядком, капитан.

Так же, как и жилище черноокой красотки. Получившей в подарок украденное кольцо Галины и, не мудрствуя лукаво, тут же нацепившей его на немытый пальчик с грязными ногтями.

Оба милицейских наряда мы распределили между домами старого цыгана и «предводителя команчей». Чтобы пресечь попытку бегства. А начать решили с девахи. В конце-концов, ювелирное украшение — единственная пока зацепка в этом мутном и неприятном деле.

И я очень надеюсь, что у подружки подозреваемого не хватило ума снять его и куда-нибудь заныкать.

Мы остановились у нужной калитки и, пригрозив хозяевам застрелить громко лающего и рвущегося с цепи пса, вошли в дом. Где, под вой двух представительниц старшего поколения, взяли в оборот испуганную малолетку.

К великому облегчению для меня и, соответственно, несчастью для девахи, скрыть улики она не догадалась. Хотя, скорей всего, просто не подозревала, что подарок добыт не совсем законным способом. А взят с трупа.