Поющий волк в овечьей шкуре (СИ) - Бурак Анатолий - Страница 17

Дело было за малым. Нужно просто догнать лоха и, пригрозив ну и, для порядка выписав пару-тройку оплеух, отжать халявные деньги.

К тому же, явно не местная жертва, сама упрощала задачу, пытаясь убежать в так хорошо знакомые и, не раз использовавшиеся для всевозможных утех, гаражи.

В общем, «гарные хлопцы», весело перемигиваясь и, разве что не улюлюкая, загоняли беспомщную жертву и, в предвкушении удовольствия, мысленно потирали руки.

Но, видимо созвездие свинорыла сегодня не поладило с козопасом. Встав в противофазу и позволив Вселенной пустить всё наперекосяк. А, практически всегда безотказная Венера, вместо того, чтобы послушно задрать юбочку, начала совсем не предусмотренную конфронтацию с Богом Войны Марсом.

И всё, абсолютно всё, в этот раз пошло не по, выглядевшему так удачно на первый взгляд, плану.

Заскочив в выбранное для заслуженной расправы место я прислушался. И, так как справа раздавался шум мотора, вполне закономерно повернул в противоположную сторону.

Затем, оказавшись в перекрытом кирпичной стеной тупичке, остановился и бросил на преследователей «испуганный» взгляд.

— Ч-чт-т-то вам надо, ребята? — Забавляясь и, стараясь не выбиваться из образа, заблеял я. — Ч-ч-че-г-го вы х-х-хотите?

— Добегался, фраерок? — Вместо ответа, глумливо ухмыльнулся один из грабителей. И, оглянувшись на главаря, по совместительству бывшим «папенькиным сынком», дождался одобрительного кивка, продолжил. — Бабки гони, сучёныш!

— Эт-т-т-то мам-м-ме-е на лекарство. — отыгрывая амплуа трясущегося «терпилы» еле слышно пролепетал я.

Зачем нёс эту хрень я сам не понимал. Видимо, просто захотелось позабавиться. И немножко оправдаться перед собственной совестью. Ведь, проникнись ублюдки произнесённым мною «признанием» и отпусти меня на все четыре стороны, лупить я их не стал.

Но такого же, как вы понимаете, случиться не могло ни под каким соусом. Для этого Марс должен был поменяться местами с Венерой, а Большая Медведица заняться нетрадиционным сексом с рыбами. Расположившись на разных чашах Весов и раскачиваясь с максимально возможной амплитудой.

Ну, короче, вы въехали…

— Маме твоей путь папа таблетки купит. — Сплюнув, вступил в разговор третий. И, с жадностью разглядывая джинсовый костюм и обувь, процедил. — Иш, вырядился козлина! — И, внезапно обуянный жадностью, скомандовал. — Снимай шмотки, петушара!

«Слава Тебе, Создатель»! — Мысленно возликовал я. — «Это ж, теперь „полный джентельменский набор“ получается»!

Не то, чтобы в этой, однозначной и не имеющей каких-либо других толкований ситуации, трое уёбков (опять простите за мой французский) имели право на снисхождение. Но, всегда ж лучше быть в согласии со своей совестью.

Не став подвергать себе лишнему риску и дожидаться появления ножей (а, в том что они у них есть я нисколько не сомневался) я быстро прыгнул вперёд и, сократив дистанцию до минимума, врезал первому в солнечное сплетение.

— Ты чё творишь, урод! — Завопил один из оставшихся «на плаву» долбодятлов.

А второй, тот, который за главного и, по совместительству отпрыск «большой партийной шишки», что-то заподозрив, трусливо попятился и, как понимаю, намеревался сделать ноги.

Не обращая внимания на гневный окрик я, мимоходом ударил крикуна ребром стопы по коленной чашечке и приблизился к основному, так сказать, фигуранту.

Ведь всё зло в таких ситуациях (и я не про сегодняшнюю попытку ограбления), в том, что подобные упыри чувствуют себя безнаказанными. А, недавняя отмазка от реального срока не только не вправила им мозги но и, наоборот, создало ложное чувство уверенности в собственной исключительности и всемогуществе.

И, к великой моей досаде, в чём-то они оказались правы. Ведь, ни предъявленных мною улик и даже авторитета младшего лейтенанта милиции, оказалось недостаточно, для того, чтобы закон сработал как надо.

В общем, я твёрдо нацелился как следует нащёлкать главарю по сусалам и, не давая тому возможности ретироваться, схватил левой рукой за грудки.

Тень узнавания мелькнула на его испуганной морде и я, дабы не вступать в бесполезный и совершенно излишний, с моей, конечно же точки зрения, диалог, врезал тому по челюсти.

Глава 9

— Три — ноль! — С чувством глубокого удовлетворения громко произнёс я.

А потом, отбросив прочь потерявшего сознание «сыночка», развернулся к постанывающим подельникам.

— Пиздец тебе, малой! — Как ему казалось, грозно, заявил тот, кому я слегка повредил ногу. И, невзирая на собственное, прямо скажем, незавидное положение, принялся угрожать. — Да мы тебя из-под земли достанем!

— Считай, что уже «достали», чучело! — Весело заявил я. — И, обведя рукой окрестности, констатировал. — Вот он я. Один. И даже без оружия. И вот вы втроём! Так что давайте! Действуйте!

— Урод! Да ты знаешь, с кем связался? — Попытался взять на голос мой, по какой-то причине, не очень-то и спешащий действовать, визави.

— Да, похуй! — Равнодушно пожал плечами я. И, копируя их приблатнённую манеру, сплюнул и припечатал. — Обсос — он и в Африке обсос.

— Ты кого обсосом назва… — Встрепенулся было всё ещё не растерявший апломба подонок.

Но дальше разглагольствовать я ему не дал. А просто врезал ногой по морде. Качественно вырубая и, тем самым, подводя итог этому, совершенно бесперспективному и не несущему никакого конструктивизма, разговору.

Ну, а хули? Я ж не Мать Тереза. И даже не детская комната милиции. Хотя, по возрасту, по всем троим давно самая настоящая тюрьма плачет.

В которую, кстати, благодаря всё тому же «папе», засадить троицу с первого раза не получилось.

Вспомнив о «большом советском начальнике» я загрустил. Сынок-то, похоже, меня признал. И, не факт конечно, но с очень большой долей вероятности, может пожаловаться. Чтобы выместить злобу за оба раза и рассчитаться.

Походя отоварив по кумполу держащегося за живот третьего я невольно призадумался о том, что же мне делать.

Опять вызывать милицию? Так на сто процентов уверен, что пользы будет ноль, а привоз в отделение закончится с тем же результатом. Со мной снова проведёт беседу бравый блюститель порядка в чине майора. А «немного пошаливших ребят» пожурят и отпустят домой.

Кстати, в прошлый раз проводивший со мной беседу майор клятвенно (ну, почти) обещал, что оставшиеся двое получат по пятнадцать суток. А эти — глянь ты! Гуляют на свободе и не похоже, что чем-то сильно обеспокоены.

У одного, правда, рука в гипсе. Что не помешало ему, образно говоря, «выйти на большую дорогу» и, по несчастливой для них случайности, найти на свою жопу приключений.

При упоминании «пятой точки» и «скучности бытия» я слегка призадумался. И в моей безбашенной бестолковке мигом созрел нахальный и, в чём-то даже унижающий человеческое достоинство, план.

Наказать-то уродов надо? Естественно! Закон же, ну, по крайней мере, на данный конкретный момент, здесь помочь не может.

Членовредительством, подобно тому, как я поступил с их незадачливыми «коллегами» в парке, заниматься себе дороже.

Но «сделать внушение», хочешь или не хочешь, а просто жизненно необходимо. А бы даже сказал, архиважно.

В общем, не долго думая насчёт правового аспекта, я нагнулся над лежащим передо мной бессознательным телом. Ухватил того за пояс брюк и, сильно дёрнув, вместе с ремнём разорвал их.

Кстати, морально-этическая составляющая занимала меня в последнюю очередь.

Окончательно превратив в клочья нижнюю часть гардероба жертвы, я содрал то, что недавно было штанами и отбросил прочь. Брезгливо поморщившись, избавил козла от трусов и перешёл к следующим.

Ни о каком аккуратном снятии, разумеется, не шло и речи. Вот ещё! Буду я руки марать, шнурки им развязывать и грязную обувь без хирургических перчаток трогать.

Проделав такую же операцию с двумя оставшимися субчиками я огляделся и, не найдя чего-нибудь, похожего на ржавый гвоздь, подобрал с земли небольшой, размером с пятикопеечную монету, кусок бетона подходящей формы. А именно, с острым краем и как можно большим числом шероховатостей и зазубрин.