Коррида - Зевако Мишель - Страница 107

Прежний Пардальян, Пардальян с железными нервами, и глазом бы не моргнул при виде этой опасности. Он слегка удивился бы – только и всего. Увы! Этого Пардальяна больше не существовало. Две недели чудовищных пыток и подмешанное ему адское зелье не прошли для шевалье даром. Хотя Пардальян еще не был сумасшедшим, он находился на той опасной черте, которая отделяла душевное здоровье от безумия.

Итак, коса пронеслась рядом с шевалье, чудом не разрезав его пополам. Пардальян дико закричал. Тут же свистящий отвратительный звук донесся с противоположной стороны помещения. Несчастный упал на пол и завыл. Второе лезвие промчалось, едва не задев шевалье.

Глаза Пардальяна вылезли из орбит. Он сидел, не смея шелохнуться, и ему казалось, что эти громадные ножницы вот-вот начнут кромсать его. Вдруг сверху обрушилась третья коса и застыла над самой головой шевалье.

Почему она остановилась и не разрубила его? Наш старый знакомый Пардальян обязательно спросил бы себя об этом. Вместо этого узник завыл еще громче прежнего. Он резко дернулся и распорол свой камзол об одно из лезвий. Шевалье еще повезло, что сам он остался цел.

Не переставая выть, Пардальян пополз прочь от этих дьявольских железок. Оказавшись в углу карцера, он замер и как зачарованный уставился на лезвия.

Внезапно косы вновь пришли в движение – словно какой-то великан щелкал ножницами, причем делал это все быстрее и быстрее. Когда два лезвия расходились, сверху обрушивалось третье.

Чем быстрее они двигались, тем более невыносимый шум производили. Казалось, целая армия барабанщиков бьет в свои барабаны.

Но это был еще не конец. Вскоре появились еще три косы и принялись со свистом рассекать воздух. А затем еще, еще и еще…

Пардальян не видел ничего, кроме ослепительно сверкающей стали. Ему нельзя было сдвинуться с места: эта мясорубка живо превратила бы его в фарш. Шевалье прижался к стене и хрипло стонал, не в силах отвести взгляд от ужасного зрелища.

Вдруг Пардальян почувствовал, как задрожал под ним пол. Сначала он подумал, что это ему показалось. Наверное, успокаивал себя шевалье, сотрясение пола вызвано движением лезвий.

Но действительность обманула его предположения. Сомнений больше быть не могло: пол медленно кренился в сторону мясорубки.

Тем временем там появилось еще несколько лезвий. До этого адская машина состояла из пяти групп по три лезвия, а теперь в каждой группе добавилось еще и четвертое. Таким образом, получилось пять сверкающих металлом ромбов.

Последняя коса, в отличие от своих предшественниц, пока оставалась неподвижной. Казалось, она чего-то ждет. А пол все наклонялся и наклонялся.

Тут Пардальян заметил то, что не замечал раньше: пол в карцере был стальной, совершенно гладкий и очень скользкий. Зацепиться было не за что. Шевалье чувствовал, как медленно, но верно соскальзывает вниз. Он понял, что участь его решена.

И тут Пардальян перешагнул роковую черту, о которой мы говорили прежде. Тщательно обдуманные пытки, которыми долго и с дьявольским искусством терзали шевалье, все-таки сломили его.

Фауста и Эспиноза добились своей цели. Пардальяна больше не было.

Вместо него на полу корчился несчастный сумасшедший – растрепанный, грязный, жалкий. Он вопил, и вопль его был так силен, что перекрывал гул мясорубки.

– Остановите!.. Остановите!.. Я не хочу умирать!.. Не хочу!..

Однако его никто не слышал. Или, может быть, великий инквизитор просто решил довести дело до конца? Ибо пол продолжал наклоняться…

Несчастный уже лишился рассудка, но желание жить было в нем сильно как никогда. Видимо, оно и подсказало ему единственную возможность спастись.

Подвижный пол был закреплен на огромных шарнирах, которые находились внизу. Эти шарниры держались на толстой металлической перекладине. Если бы она была пошире, Пардальян смог бы в крайнем случае на нее взобраться. Ну, а раз этого было сделать нельзя, то можно было попробовать зацепиться за нее и висеть, покуда хватит сил. Безумец, – а мы не можем теперь иначе называть шевалье, – понял это.

Впрочем, такой способ спастись только оттягивал неизбежную развязку.

Очевидно, что нельзя было оставаться в таком положении слишком долго. Даже если пол перестанет наклоняться, падение неминуемо.

Но Пардальяну это не приходило в голову, и он судорожно ухватился за спасительную перекладину. По крайней мере, ему удалось избавиться от ужасающего зрелища, которое представляла собой мясорубка.

Пол неуклонно перемещался. Скоро один его край коснется пола комнаты, что этажом ниже… если только там вообще есть какая-нибудь комната.

Пардальян чувствовал, что силы его покидают. Его пальцы онемели от страшного напряжения.

Он понимал: скоро все будет кончено. Отвратительная машина гудела… Казалось, она звала Пардальяна к себе.

Несчастный прохрипел из последних сил:

– Остановите!..

Тут его левая рука соскользнула с перекладины. Он покрепче вцепился в железо правой рукой, но было уже поздно. Пальцы медленно разжимались. Тогда Пардальян закричал. Так кричат животные, которым перерезают горло.

Он полетел вниз…