"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Яманов Александр - Страница 172

— Привет, Пузик. Я тоже рад тебя слышать! Как там твой пузик? Когда нам всем ждать пополнения?

— Ой, здравствуй. Мне недавно сообщили, что ты на работе, — радостно воскликнула рыжая и сразу сменила тон на осуждающий, — А почему ты не позвонил? Как ты мог? Мы здесь все испереживались! Некоторые места себе не находили! И вообще, ты бездушная скотина! Я ещё выскажу тебе всё, когда увижу лично!

Узнаю брата Колю, вернее, сестру Оксану! На душе потеплело ещё сильнее. В общем, пообщался со звездой белорусской, а скорее уже советской, литературы. Здоровье у будущей мамы в порядке — много гуляет и при этом умудряется работать. Тётка с Бобруйска уже приехала, так что есть, кому помогать. Тему Серёги затронули мельком. Каждый сам волен распоряжаться своей судьбой. Но глупо скрывать, что мне жутко обидно. От разговора меня оторвал Каплан, который зашёл без стука, положил на стол несколько листов с перечнем фамилий и постучал пальцем по циферблату часов. Пришлось прервать приятную беседу, пообещав Пузик звонить каждый день. В противном случае она грозилась приехать на киностудию и закатить скандал. Ей типа можно — она беременная.

— Что за список? — спрашиваю зама, изучая бумаги.

— Это люди, которые подписали письмо в вашу поддержку на имя генерального секретаря. Честно говоря, был скандал, но какой-то скрытый. Часть людей вызывали в профкомы, песочили по партийной линии и пытались заставить отозвать свои подписи.

— Спасибо! Буду теперь знать, на кого можно полагаться.

У Каплана мелочей не бывает, он потому и принёс мне список. Интриган ещё тот! Перечень фамилий удивил. Я мельком пробежался по печатному тексту, пока шёл в актовый зал. Резонно, что там был коллектив ТО, Светочка, товарищами с радио и ТВ, часть работников киностудии во главе с Бритиковым и даже директор «Мосфильма» Сурин. А вот такого количества коллег, выступивших в мою поддержку, я не ожидал. Понятно, под обращением стояли фамилии Данелия, Калатозова, Серовой, Тарковского и Хуциева, с которыми я был в хороших отношениях. Но Герасимов! Товарищ наверняка знал, что я весьма нелестно отзывался о его «Журналисте»… Или Шукшин с Юткевичем? Кром них, в списке была ещё почти сотня фамилий режиссёров, операторов и актёров. Удивили, просто слов нет!

Собрание прошло в рабочем режиме, насколько это возможно. Работники ТО сидели довольные, улыбались и я прямо ощущал исходящую от них позитивную ауру. Не стал долго терзать народ. Объяснил, что произошло досадное недоразумение и инцидент исчерпан. Далее предупредил, что внимательно проверю, как люди работали в моё отсутствие. Народ опять начал радостно смеяться. Прямо какие-то мазохисты, я ведь серьёзно. Текущих дел у нас хватает, и срывать сроки недопустимо. По словам Каплана, пока всё идёт по плану, и нет повода для беспокойства. Но лучше я всё проверю, и где надо — дам волшебного пинка. Пока же, рассказал коллегам о новых планах, намекнул про трудовой подвиг и хорошие премии. К концу моего выступления публика была в полном экстазе.

Пусть порадуются, мне не жалко. Если люди хорошо потрудились, то должны получить достойную оплату. А мы действительно отлично поработали в первом полугодии, и не должны снижать темпа. Ещё раз поблагодарил людей за поддержку, чем вызвал аплодисменты. В общем, встреча с трудовым коллективом прошла в тёплой и душевной атмосфере. Никаких срочных вопросов и проблем не было. Поэтому отпустил людей работать, а сам решил уйти пораньше. Сунул в портфель часть бумаг и выдвинулся в сторону проходной.

Решил прогуляться пешком и пройтись через ВДНХ. Просто хочется побыть среди людей и не погружаться в грустные мысли. Но от них никуда не денешься.

Пузик не зря начала разговор про Самсона. Мой лучший друг, которого Мещерский знал с детского сада, скажем так, разочаровал. Серёга не дождался моего освобождения и переметнулся с нашим совместным проектом под крылышко Рабина. Я его нисколько не осуждаю, так как большую часть работы делал он сам. Моя там только идея. Попроси он об этом раньше, и я не стал бы возражать. Только всё совпало с моим задержанием и стало выглядеть очень странно. Ещё Самсон не позвонил — хотя, может, занят и сделает это позже. Не хочу считать это предательством, но друга у меня больше нет. Главное — я точно знаю, что Сергей поспешил. Мы ещё не довели задумку до ума, и там требовалось провести дополнительную работу. Товарищей, которые занимаются выставками работ советских художников за рубежом, подобные вопросы не волнуют. Им надо зарабатывать валюту, выжав из интересных картин максимум. Я бы точно не стал спешить и зашёл на западный рынок всерьёз и надолго. Но бог им судья.

Вторым разочарованием стал Акмурзин. Оператор, как только узнал о моём аресте, сразу перешёл на «Мосфильм». Вроде его сосватал лично Озеров, впечатлённый работой Рината в нашей последней картине. Тяжело удержаться от подобного предложения, особенно когда перспективы на прежнем месте работы стали весьма туманными. И это я понимаю.

Только недоумение вызывает отказ Самсона и Рината поставить свои подписи в мою поддержку. Чем они мотивировались — не знаю. Может, просто боялись получить проблемы на новом месте? Ладно бы людям пришлось в одиночку идти против системы. Но за меня заступились почти две сотни человек. Были же ещё письма в мою поддержку от других деятелей культуры. А вот от двух близких людей не было.

К своему дому я подходил, когда уже стемнело. Одинокую фигурку на скамейке возле подъезда я заметил сразу, она меня тоже. Ускоряюсь и обнимаю подбежавшую девушку. Вдыхаю аромат её волос и просто наслаждаюсь моментом. Давно мне не было так хорошо!

— Почему ты не позвонил, как вышел? Я ведь места не находила все эти дни, — прошептала Аня, прижавшись ко мне ещё крепче, — Когда мне позвонила Оксана, я думала, что сойду с ума. Сначала рыдала как сумасшедшая, потом всё начало валиться из рук. Звоню к тебе на работу, но оказывается, ты ушёл, на домашнем номере никто не отвечает. Вот я и побежала сюда, узнав адрес. Сижу, жду, а тебя всё нет.

Скотина я и эгоист, слов нет. Рассуждаю здесь о своих мелких проблемах, а ведь есть люди, которые действительно за меня переживают. Вытираю две дорожки слёз, которые побежали по щекам моей красавицу и с улыбкой щёлкаю её по носу. Далее просто целую и долго не могу оторваться. Наконец, девушка сама сделал шаг назад, и посмотрела мне в глаза. Тонкие пальчики пробежались по моему осунувшемуся лицу, и её губы тронула робкая улыбка. Целую изящную ладошку и опять притягиваю Аню к себе.

— Прости меня, дурака. Вместо того, чтобы подумать о близких людях, я сразу бросился на работу. Но тебя я больше не отпущу, даже не надейся!

Чувствую, что девушка улыбается, хотя не вижу её лица. Через некоторое время она нарушила эту идиллию.

— Поехали ко мне. Мама на даче и вернётся нескоро. Не хочу, чтобы первый раз был в твоей квартире. Даже думать не хочу, с кем ты там был. Но теперь ты только мой!

Глава 2

— Ну, чего там? — нервно спрашивает Серова Зельцера, который не выдержал и пошёл наблюдать за зрителями.

Валентина Васильевна сегодня при полном параде, впрочем, как и остальные ключевые актёры картины. И точно так же нервничает вместе со всеми коллегами. Моисеича так вообще неслабо потряхивает — он уже успел сунуть в рот таблетку валидола. Хотя ранее на проблемы с сердцем не жаловался. Белов тоже сидит бледный и нервно трясёт ногой. Васильев выглядит не лучше, только пытается хорохориться и рассказывает Клушанцеву какие-то обросшие мхом истории из жизни некоторых деятелей киноиндустрии.

Чего нервничать? Вот не понять мне этого. Тем более, все знают, что предварительный просмотр «Битвы за Кубань» понравился самым важным зрителям. А Каплана просто взяли штурмом мои коллеги-режиссёры, заставив сделать две дополнительные демонстрации картины и для них. Говорят, небольшой зал на Горького оба раза был переполнен. Слухи в нашей деревне под названием Москва, распространяются со скоростью света. Еле удалось вместить всех желающих посмотреть новинку. Среди зрителей были не только режиссёры, но и операторы, актёры, журналисты. Даже присутствовало несколько партийный деятелей средней руки. Только я этого не видел, так как был немного занят. Но, по всем данным местного экзитпола, под названием «сарафанное радио», сразу стало понятно, что фильм понравился. Уж впечатлил, как минимум.