"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Яманов Александр - Страница 1262

— Безусловно, — кивнул лорд Блейк. — Тем более что я лично рассматривал и утверждал вопрос об открытии кафедры врачевания и защитной магии. Не скрою, это был спорный проект. Были сомнения, так как большинство аристократов в Темном Царстве скептически отнеслись к столь тесному сближению темной и белой магических культур. Как вы знаете, наши энергии слишком разные.

Лорд Блейк внимательно смотрел на меня, пытаясь прощупать мою защиту, отчего амулеты сразу же нагрелись и выставили энергетический щит. Лорд Блейк продолжил:

— Из какой вы семьи, леди Арианна?

— Семья самая обычная. Мать родом из Райе, она белый маг. Сейчас практикует больше медицину, чем магию. А отец… — здесь я замялась, но почему-то решила сказать про отчима, — отец тоже из Белого Царства. Он без сильных магических способностей.

— Это я уже понял, — согласился лорд Блейк, рассматривая мое тонкое эфирное поле, потому что остальные тела света я скрыла от назойливых глаз. — Судя по ауре, я не вижу у вас большой магической силы. Остается удивляться, как вы с такими способностями добились назначения на эту должность.

Странно, но я тоже не обнаружила у него большой магической силы. О чем лорд Блейк не догадывался, так это о том, что я видела в мельчайших подробностях его ауру синего цвета с необычной розовой каймой вдоль эфирного тела и лиловые всполохи, выдававшие принадлежность к императорской семье. Но вот размер световых полей был невелик, что указывало на отсутствие сильных магических способностей. Но у него был дар, природу которого я не понимала. Но чувствовала.

— Тем не менее, — продолжил лорд Блейк, — вы смогли распознать зелье в конфетах. Хотя сами были неосторожны и рассказали Россу о действии этих трав.

Он что, пытается обвинить меня в том, что я надоумила его племянника применить зелье?! Может быть, запретить зельеварение и травологию в академии?!

Я не успела возразить, потому что в гостиную вошли леди Соррея и ее сын. Адепт Россиус поздоровался со мной и, смутившись, потупил взгляд.

— Что ж, — проговорил лорд Блейк, поднимаясь с дивана, — был рад знакомству, леди Арианна.

Он отвернулся, потеряв ко мне всякий интерес, и улыбнулся племяннику:

— Пойдем, мой юный друг. Сегодня обещали прекрасное представление. Лучшие голоса Аркуса приехали специально по моему приглашению.

И родственники покинули дом.

— Мама просила накрыть чай в верхней гостиной, — проговорила леди Соррея. — Она, к сожалению, не очень любит встречаться с лордом Блейком. Я ее не понимаю. Блейк столько для нас сделал, несмотря на то, что он очень занятой человек. Он министр по специальным проектам и фактически правая рука императора Юлиана. Живет на два города. В Аркусе у него государственные дела, а здесь мы, его семья.

Пока я поднималась но лестнице, лорд Люциус ментально допрашивал меня, как проходит чаепитие. Я честно ему сказала, что до этого момента мы не дошли, но была увлекательная беседа с его, по всей видимости, родственником — лордом Блейком Дариусом.

«Это еще один мой племянник, как и Маркус, — усмехнулся в моей голове лорд Люциус. — Старый дракон прилетел выпить молодой белой крови. Надеюсь, вы живы?»

Мы с леди Сорреей вошли в малую гостиную, и я прервала немой диалог с директором Люциусом. Комната была просторной, с небольшими, полукруглой формы окнами. Я сразу заметила в кресле пожилую женщину лет восьмидесяти — слегка полноватую, с седыми волосами, уложенными в высокую прическу. Синее платье с белым кружевным воротничком и такими же кружевными перчатками-митенками придавало ей некий флер дамы из прошлого века. Изящные серьги в виде цветков с сапфирами завершали элегантный образ.

— Мама, это леди Арианна, — представила меня Соррея, подводя к креслу, где сидела женщина. И, развернувшись ко мне, произнесла: — Арианна, знакомьтесь, это моя мать, леди Анна.

— Очень приятно, — ответила я и почему-то сделала книксен.

— Ну будет вам, моя дорогая, — улыбнулась женщина, обратив внимание на мой нелепый жест. — Присаживайтесь, Арианна.

И она указала рукой на диван.

— Мне нравится ваш стиль, дорогая, — заметила пожилая дама.

Сегодня я решила надеть приталенное платье цвета темного изумруда, а в качестве аксессуаров добавила крупные серьги-амулеты с подвесками из малахита. Я присела на синий бархатный диван с такими же подушками, украшенными по краям смешными голубыми кисточками. И обратила внимание на резную мебель и изысканные витражи. Это были простые сельские пейзажи, а не набившие оскомину Драконы и горгульи.

— Красиво, правда? — улыбнулась леди Соррея, присаживаясь на диван рядом со мной. — Когда я нахожусь в маминой гостиной, чувствую, будто бы попала в волшебную страну фей. Ощущаю себя здесь ребенком.

Пожилая женщина рассмеялась и жестом попросила Соррею разлить чай и положить нам пирожные — аккуратные корзиночки, украшенные фруктами. Перехватив мой заинтересованный взгляд, леди Анна проговорила:

— Люблю сладости, особенно корзиночки с заварным кремом. Рея покупает мне пирожные в кондитерской на улице Невинных Дев. Вы там бывали?

— В кондитерской нет. А на этой улице была один раз, — вступила я в любезно начатый разговор. — Я зашла в салон-ателье купить платье.

— О, случайно не в салон мадам Бриони? — поинтересовалась леди Анна.

— Да, именно туда. Мадам подобрала мне два чудесных наряда.

— А вы обратили внимание, что у леди Франциски особый дар выбирать одежду, которая может изменить судьбу? — неожиданно спросила леди Анна.

Я вспомнила изумрудное платье и реакцию на него лорда Маркуса. Точнее, на меня в нем. Не знаю, изменило ли это платье мою судьбу, но на душевное спокойствие младшего Дариуса точно повлияло.

— Вы задумались, — промолвила пожилая женщина, — значит, волшебство Франциски Бриони коснулось и вас. К сожалению, Рея ко мне не прислушивается и не посещает этот салон. У нее другой вкус и другой советчик.

Леди Анна с легким раздражением поставила чашку на столик, стоявший около кресла.

— Мама, прошу, не начинай. — Леди Соррея с укором посмотрела на мать. — Леди Арианне неинтересны наши семейные разногласия.

— Это не разногласия, дорогая. — Я не ожидала той твердости, с которой леди Анна ответила дочери. — Это отношение. К вещам и к людям. Ты так сильно подпадаешь под чужое влияние, Рея. А его влияние тебе ничего хорошего не принесет.

— Мама, он практически заменил мне отца, — сорвалась на истеричные нотки леди Соррея.

— Детка, он не заменил тебе отца. И никто никогда не заменит, — уже более мягко проговорила леди Анна. — Он воспользовался твоей наивностью и сосватал своего никчемного друга.

С извиняющейся улыбкой леди Анна обратилась ко мне:

— Милая Арианна, мне бы не хотелось, чтобы вы плохо о нас подумали. Вы уже встретились внизу с лордом Блейком. Успели составить свое мнение о нем?

Обе женщины смотрели на меня, ожидая вердикта. Это был трудный выбор. Сказать правду — значит, обидеть леди Соррею. Но если я солгу, то леди Анна сразу это почувствует.

— Я перекинулась буквально парой фраз с лордом Блейком. Мне он показался э… серьезным человеком. — Я подбирала слова, чтобы быть деликатной. — И я заметила, что он хорошо относится к Россиусу.

— Вот видишь, мама, — торжественно заключила леди Соррея. — Арианна сразу поняла, что Блейк заботится о Россе, как о собственном сыне.

Это совсем не то, что я сказала. Но для любящей матери все предстает в другом свете.

Леди Анна печально вздохнула и сказала, как мне показалось, ни к кому особо не обращаясь:

— Да, о Россе-старшем он тоже заботился и покровительствовал ему. А потом обвинил в предательстве. Хотя смерть сына — это трагическая случайность.

— Росс — это мой старший брат, — пояснила Соррея. — Он умер, когда мне было тринадцать. Страшная трагедия для нас.

Пожилая женщина сразу поникла. В комнате воцарилась напряженная тишина. Не знаю, как реагировать и что говорить в таких случаях. Чтобы отвлечься, я стала рассматривать витражи и мебель. Мой взгляд случайно упал на картину рядом с комодом. Я с интересом разглядывала романтический пейзаж — три нимфы отдыхали на полянке у ручья. Миниатюрная черноволосая девушка лет восемнадцати в розовом платье из струящейся ткани склонилась к воде. В центре картины робко стояла девочка лет десяти со светло-каштановыми локонами в голубом наряде и с венком из белых цветочков в волосах. А маленькая нимфочка с черными кудряшками, раскинув руки и подставляя лицо солнечным лучам, бежала по траве. Девочка походила на солнышко в пышном ярко-желтом платье. Картина была чудесной, я залюбовалась сочными красками и нежными детскими лицами.