"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Яманов Александр - Страница 1025

Аудитория ахает, как один человек, я же хмурюсь — новости не из приятных.

— Да, это звучит безумно, но они чем-то движимы — это научно доказанный факт. Каким-то приказом или заложенным в генетическом коде инстинктом, но ими управляют. Один словом, городов-полигонов становится всё меньше, монстры выносят колонны, попросту пожирают их, после чего падает барьер, и город становится кормом для них. Поверьте, зрелище того, что остаётся от таких городов — картина не для слабонервных.

— То есть, вы хотите сказать, что надо всего лишь дойти до этого камня и уничтожить его? — уточняю, слегка кривясь. — Где подвох?

Блад дёргается от моих слов, её взгляд становится колючим.

— Думаешь, всё так просто? Осколок охраняют «всего лишь» легионы монстров. Тысячи и тысячи, не говоря уже о князьях, — в голосе преподавательницы звенит металл.

— Князьях? — приподнимаю брови. Не слышал такие звания, да ещё и среди местных чудовищ. Местного наместника помню — гигантская змея имела такой класс, кальмара система называла королём локации, а вот князей вроде не было…

— Князья — это монстры, сохранившие разум и развивающиеся быстрее, чем остальные, — терпеливо поясняет Блад то, что, судя по глазам, остальные уже знали.

Кажется, мне пора подтягивать матчасть по монстрам.

— Они разумны? — спрашиваю с сомнением. Поверить в такое проблематично.

— Отчасти, — кивает розоволосая. — Кто-то больше, кто-то меньше. В зависимости от того, сколько они сохранили, — по мере объяснения она успокаивается, голос приходит в норму, взгляд слегка смягчается.

И стоит на этой волне узнать ещё один интересный для меня момент.

— Мэй Блад, а можете рассказать о стихийных классах? — закидываю удочку.

— Первородных? — Блад задумывается, обводит взглядом группу. — Есть возражения, если я повторю кратко для новичка?

Но возражений не возникает.

— Классы бывают разными, — начинает мой ликбез розоволосая. — Обычно они напрямую связаны с талантами человека, владением каким-либо оружием, либо какой-то производной. Но всё стоит на истоках, стихиях. Люди, которые владеют первородными классами, имеют больший потенциал. Всё дело в навыках. Они бывают наградные и добытые. Наградные нельзя убрать, ты можешь их можешь только принять. От добытых можно отказаться. Например, индивид может владеть навыком «огненные ладони», прокачивать его, делать сильнее. Не обладающий классом человек будет получать рандомные навыки, благо таких на планете мало. Есть общее непреложное правило, всё на этой планете подчиняется системе, в которую вложен закон сохранения энергии. Обладатели классов черпают её в ремесле, а обладателям стихий помогает сама планета. Это если коротко.

— Спасибо, — благодарю, хотя сам уже понимаю, что стоит посетить местную библиотеку, потому как настолько короткое объяснение мне почти ничего не даёт. — А как осколок метеорита может влиять на монстров? Радиация? Какое-то излучение? — не понимаю я, как может какой-то кусок железа оказывать столь огромное губительное воздействие. Один — и на всю планету! Правда, от учёных мужей я был отдалён максимально далеко всю мою недолгую жизнь.

Замечаю парочку пробежавших по мне благодарных взглядов. Видимо, мои одногруппники тоже хотели бы задать вопрос, но опасались Блад — настолько их зашугала молодая преподавательница.

— Осколок притягивает их, меняет, а они, в свою очередь, воспроизводят изменённое потомство, на котором влияние сказывается ещё сильнее. И этот процесс продолжается до сих пор, поколение за поколением.

— И в чём цель вируса? — задаю следующий вопрос, уже понимая, что буду смелым флагманом в нашей маленькой группе. А что делать, если у остальных яйца Блад пооткусывала? Ну или они сожрали местную библиотеку и сами всё знают.

— Цель у любого вируса одна — создать для себя пригодную среду для обитания и размножения. Конкретно этот решил подмять под себя целую планету. Она вся больна, а мы выступаем в роли бравой иммунной системы, которая борется с ним. Животные распространяют вирус, он изменяет их генетически, встраивается в цепочки наследственной информации, дарит новые способности, развиваясь с каждым поколением. Его происхождение до сих пор неизвестно, но есть теории. Они родом из миров, откуда пришли жители Альянса. В каждом были божества и поклоняющиеся им люди. Если подумать, то в мифологии каждого из народов существует множество описаний животных и гуманоидов, не вписывающихся в их реальность.

— Интересная теория, — киваю, с некоторым содроганием вспоминая наши родные земные мифы. Они ж тоже пестрили такими вещами, местами напоминающими местную взбесившуюся фауну. — Но я правильно понимаю, что раньше никто не сталкивался с проявлениями вируса в таком масштабе?

— Нет, но на известные нам планеты не падал осколок таких размеров. Если там и существовал вирус, то он мог мутировать и проявлять себя иначе.

— Логично, — соглашаюсь.

Хотел было задать ещё пару вопросов, но тут Блад с хрустом распрямилась, потянулась, демонстрируя аппетитные формы. Любоваться ею было бы приятно, если не знать, насколько сволочной у розоволосой характер. Да и если тело отзывалось на подобные инстинктивные призывы, то голова… Место в голове всё ещё было занято той, о чьей смерти я не хотел вспоминать, но и забыть не мог.

— Ну а теперь закрепим это всё практикой, — хлопает в ладоши Блад. Ей явно надоело сидеть в четырёх стенах.

Раздаются стоны, я же непонимающе оглядываюсь. Куда нас потащат на этот раз? И обо что попытаются убить?

— Разговорчики! — прикрикивает Блад, и народ тут же затихает.

Пожав плечами, иду вместе со всеми, мы проходим по коридорам, выходим из корпуса. Одногруппники недовольно перешёптываются по пути, двигаясь по дорожкам за преподавательницей. И вскоре до меня доходит, что топаем мы снова в сторону многострадальной арены. Глянув на окна корпусов, мимо которых мы проходим, вижу, что другие студенты, которым больше повезло с преподавателями, прилипли к окнам и сочувствующе смотрят нам вслед. Приходит осознание, что наша постоянная активность на арене — это заслуга сугубо мэй Блад. И, судя по всему, это действие здесь совершенно не ново, так как преподаватели и кураторы быстро отогнали студентов от окон.

Мы добредаем до арены, одногруппники нервно рассаживаются по трибунам, бледнеют лицами, с боязнью поглядывая на площадку арены. Неудивительно, с их подготовкой я бы тоже дрейфил.

— Группы поддержки нет? — ухмыляется Блад, кося взгляд в мою сторону, а потом демонстративно оглядывая пустые трибуны, заполняемые сугубо учениками.

Я качаю головой.

— Ну и славно, — настроение розоволосой подозрительно улучшилось. — Дикарь, ты пойдёшь под купол первым, как самый непонятный.

— У меня имя есть, — напоминаю недовольно. — Я ведь уже занимался там сегодня. У нас все уроки так проходить будут? — кривлюсь, меня подобная травля не устраивала от слова совсем. Я ей что, мальчик для битья?

— Кто тут преподаватель? Я! И я так вижу! Топай давай под купол без разговоров, — грозно скрестила руки на груди мэй Блад.

Шагаю под купол, оглядываюсь на Блад, пытаясь понять, что она задумала. На этот раз она не заходит на арену вместе со мной, а остаётся под трибунами. И откуда-то из-под борта достаёт странный короткий жезл с голубым светящимся камнем в навершии.

— Это что ещё за мечта регулировщика? — хмурюсь, не понимая, чего ждать.

Студенты, более знакомые с этой игрушкой, ахнули и все вместе уставились мне за спину. Резко оборачиваюсь и вижу, как на арену из беззвучно открывшегося люка в полу поднимается нечто. Огромный голлум, подобного я видел на полигоне лишь единожды. Но когда первый ступор проходит, я замечаю, что что-то с этим монстром не так. У этой возвышающейся на два этажа громадины глаза были затянуты голубым светом, подозрительно похожим своим сиянием на камень в жезле мэй Блад.

Двигалась эта тварь не как животное, а как зомби, медленно и несуразно. Да и выглядел потрёпанным, местами шерсть висела клоками, на теле были костяные наросты, а на лице щитки вместо кожи.