Весь Пол Андерсон в одном томе. Компиляция (СИ) - Андерсон Пол Уильям - Страница 1880

— Паромы приземляются в Нью-Америка, — добавила Барбара.

— Точно. Моя дорогая, я думаю, наш единственный шанс — это захват всего города!

В бараке было жарко и стоял отвратительный запах пота. Холлистер подумал, что чует испуг своих людей… подобно собаке. Он стоял на столе рядом с Барбарой у края комнаты и медленно обводил взглядом собравшийся отряд. Маленькие, тощие, смуглые, почти безоружные и неряшливо одетые люди насторожились в тревожном ожидании. Они совсем не были похожи на армию. Но у Холлистера больше никого не было.

— Сеньоры, — наконец, произнес землянин совершенно спокойным и ровным голосом. — Я собрал всех вас здесь, чтобы предупредить об опасности, которая угрожает вашим жизням. Я думаю, что если вы останетесь со мной, мы сумеем спастись, но для этого потребуется все ваше мужество и энергия. Вы уже доказали, что в полной мере обладаете этими качествами, и, я надеюсь, сможете применить их теперь.

Холлистер сделал многозначительную паузу и продолжил:

— Я знаю, многие из вас рассержены на меня из-за присутствия здесь моей жены. Вы считали меня еще одним подхалимом, который пресмыкается перед гнилым правительством… — Эти слова как будто пробудили всех ото сна, — …и которого впоследствии наградят за то, что он поступает, как Иуда. Но это не так. Мы обязаны нашим будущим вот этой доблестной женщине. Меня самого подозревали во враждебном отношении к правящим кругам, и послали ее шпионить за мной. Вместо этого Барбара рассказала мне правду, которую я решил поведать вам.

Вы должны знать, что я агент, посланный с Земли. Нет-нет, никакой я не империалист. Да будет вам известно, что страны Центральной Америки проявляют беспокойство в отношении колонии. Я имею в виду ваш родной город Куидад Альказар. Появилось подозрение, что он насильственно присоединен к конфедерации. Есть и другие страны, выражающие свою обеспокоенность. Я приехал для выяснения ситуации, и увиденное мной здесь подтвердило самые худшие опасения.

Холлистер заговорил быстро и подумал про себя, что слова его не совсем искренни. Нужно было разрушить антиооновский настрой этих людей, призвать к национализму, который он сам презирал. (При этом не существовало никакой особенной разницы, будут ли некоторые страны Земли сохранять номинальное владение определенным пространством на Венере или нет; демократическая конфедерация поглотит их в течение одного поколения, причем совершенно мирным путем.) Холлистер должен был убедить людей в том, что весь отряд планируется отправить на Люцифер, что все находятся под подозрением, а смерть Вальдеса только ухудшила ситуацию; к тому же на шахте всегда не хватает рабочих рук. Психотренировка сослужила землянину хорошую службу: вскоре весь отряд вскочил на ноги и взволнованно загудел. Мне следовало бы заниматься политикой, сардонически усмехнулся про себя Холлистер.

— …Готовы ли мы терпеть это насилие? Будем ли гнить заживо в этом аду, заставляя страдать своих жен и детишек? Или восстанем, чтобы спасти свою жизнь и освободить Венеру?

Когда возмущенный рев голосов затих, Холлистер изложил свой план: отправиться на Люцифер самим, захватить оружие и привлечь на свою сторону солдат из числа заключенных, потом предпринять атаку на Нью-Америку. Если все будет рассчитано верно, город можно захватить до того, как приземлятся паромы, и удерживать до тех пор, пока все не погрузятся на грузовой корабль — потом перелет на Землю и через год-два триумфальное возвращение с армией-освободительницей!

— Если кто-то не захочет присоединиться к нам, пусть остается здесь. Я никого не заставляю. Мне нужны только те люди, что проявят себя храбрыми бойцами и будут выполнять приказы; люди, готовые рисковать своей жизнью так, словно это необходимо для защиты родины. Вы пойдете со мной? Пускай те, кто согласен присоединиться ко мне, встанут и крикнут: «Да!»

Ни один человек не остался сидеть; даже самые робкие тоже встали, не осмелившись пойти против своих товарищей, которые сгрудились вокруг стола, приветствуя Холлистера радостными возгласами. Комната гудела от возбужденных голосов; скрипели рамы коек, в водовороте лиц уже заблестели глаза, жаждущие битвы. Первая часть замысла Холлистера удалась; предстояла самая сложная задача.

Он назначил Фернандеса своим помощником в руководстве восстанием и предварительно распределил людей по рангам; военно-инженерная дисциплина здесь очень ценилась. Уже было поздно, когда Холлистер вместе с Барбарой и Фернандесом смогли, наконец, уединиться, чтобы обсудить конкретные планы.

— Мы оставим здесь двоих, — сказал землянин. — Они будут посылать обычные радиоотчеты, которые я напишу для них заранее, так что подозрения не возникнут; они также позаботятся о ракете, когда она прилетит за Барбарой, и я НАДЕЮСЬ, что полиция поверит тому, что с ней произошла авария. Мы пошлем за этими людьми, когда захватим город. Я думаю, Люцифер можно застать врасплох, но нельзя рассчитывать на удачу дважды: в другое место может поступить предупреждение до того, как мы прибудем туда.

Фернандес пристально посмотрел на Холлистера.

— Все ли из нас улетят на космическом корабле? — спросил он.

— Конечно. Оставаться — смерти подобно. А на Земле очень пригодятся их знания о Венере.

— Симон, ты же знаешь, что корабль не может увезти пятьдесят человек, а тем более сто, если мы захватим кого-то с Люцифера.

Лицо Холлистера было непроницаемым.

— Я не думаю, что выживет пятьдесят человек, — сказал он.

Фернандес перекрестился, но потом храбро кивнул.

— Я понимаю. Что ж, теперь о проблеме продовольствия…

Когда он ушел, Барбара посмотрела на мужа и столкнулась с его тяжелым взглядом.

— Ты ведь не всегда говорил правду, не так ли? — спросила она. — Я не очень понимаю по-испански, но кое-что я уловила, и…

— Все в порядке! — устало огрызнулся Холлистер. — Сейчас не время для слезливых уговоров. Мне нужно было как-то расшевелить людей, подстегнуть к действиям.

— Их вовсе не собираются отправить на Люцифер. У них нет никаких причин для борьбы.

— Они уже попали в водоворот, — резко произнес землянин. — Сегодня это пятьдесят или сто жизней, но в будущем мы говорим о сотне миллионов. Именно такое отношение мне вдолбили в голову в Академии, и я никогда от него не избавлюсь. Если хочешь остаться со мной, тебе придется принять это.

— Я постараюсь, — сказала Барбара.

VII

Черные силуэты башен мерцали в тучах пыли, под небом цвета запекшейся крови. Холлистер подъехал вплотную к ним и заговорил через радиосвязь:

— Хелло, Люцифер. Хелло, Люцифер. Как слышите меня?

— Люцифер, — раздался недовольный голос. — Кто ты такой и чего тебе надо?

— Авария. Нам нужна помощь. Дайте вашего капитана.

Холлистер оказался между двумя высокими орудийными башнями. Они были построены и снабжены дежурными на случай возможного мятежа заключенных и захвата танков; землянин надеялся, что их обслуживающий персонал вконец обленился за долгие безмятежные годы. Незаметно двигаясь к основному каркасу тюрьмы, Холлистер тяжело проехал к полю посадки и оказался поблизости от радиомачты. Один за другим двадцать танков из его команды вкатились в компаунд и рассеялись по нему.

Барбара сидела рядом, в своем непроницаемом костюме, с опущенным шлемом. Ее рука в толстой перчатке вцепилась ему в плечо, но из-за костюма он почти не ощущал давления. Оглянувшись на окаменевшее лицо женщины, Холлистер попытался улыбнуться.

— Хелло, эй вы, там! Говорит капитан Томас. Что вы собираетесь делать?

— Это Холлистер, из воздушного лагеря Последний Шанс. Помните меня? Мы в беде и нуждаемся в помощи. Чертов оползень уничтожил наши постройки.

Землянин повел машину прямо на поле.

— Эй, чего это вы там гарцуете? Поставьте ваши танки перед основным шлюзом.

— Хорошо, хорошо, дайте мне время отдать кое-какие распоряжения. Ребята, кажется, не знают, где им устраиваться на ночлег.