Вечный попадос IV (СИ) - Котович Виктор - Страница 46

Придётся идти туда. Должен же я понять, как здесь оказался и что вообще происходит, правда?

— Выспался, Джако? — раздаётся за спиной насмешливое. — А ты не слишком спокоен для своего положения?

Резко разворачиваюсь.

Рядом с оставленным мной деревом стоит незнакомый патлатый товарищ. Одет он в почти такие же белые тряпки, как я. Разве что украшений многовато.

Но в целом нет в нём ничего примечательного.

Кроме ярко сверкающих зелёных глаз и букета белых цветов в руках.

— А что не так с моим положением? — пока не стоит подавать виду, что с моей памятью что-то случилось. Кто знает, что ждать от этого типа.

Тем временем тип усмехается:

— Что ж. В твоих словах есть резон. К чему волноваться о том, что уже предрешено?

Да чтоб тебя! Нет бы объяснить по-нормальному, что к чему! Хотя, если мы знакомы, наверняка уверен, что я и так в курсе всего происходящего.

Глубоко вздыхаю, решаясь. И признаюсь:

— Я не знаю, кто ты такой.

Лицо парня вытягивается, а брови сходятся на переносице.

— Это уж слишком! — возмущëнно выговаривает он. — Понимаю, тебе обидно, что высшие хранители избрали меня. Но делать вид, что не знаешь своего лучшего друга…

Торопливо машу руками, тормозя поток упрëков на старте:

— Да не обижаюсь я! Мне правда неизвестно, кто ты. И кто я, если уж на то пошло. Что-то вроде потери памяти.

Патлатый смотрит испытующе, будто ждëт, что я скажу «Шутка! Тебя снимает скрытая камера!»

Но беда в том, что даже если снимает, я не в курсе.

— Ты и правда сейчас какой-то странный, — решает наконец незнакомец. — Меня зовут Саерус. Тебя — Джако. Мы дружим с детства.

Киваю, принимая к сведению. Имя нового знакомца о чëм-то мне напоминает. Вот только о чëм именно? Без понятия.

— А это место… — указываю на город у подножия холма.

— Последний оплот цивилизации, — туманно объясняет он. — Ты правда ничего не помнишь? Не врëшь?

Качаю головой:

— С чего бы мне тебя обманывать?

Парень разводит руками:

— Тебе виднее. Злишься, например, что мне доверили сражаться с пожирателями, а тебе — нет.

Злиться из-за подобного? Вот уж точно ни за какие коврижки!

— Да я не в курсе даже, что за пожиратели такие, — заверяю «лучшего друга». — И что они жрут — тоже.

— Миры они жрут, — Саерус всё ещё хмурится, но вроде бы начинает верить. — Которые мы создаём.

Недоверчиво усмехаюсь:

— Реально создаём? Как боги что ли?

Он смотрит на меня, как на слабоумного:

— Вот теперь действительно верю, что ничего не помнишь. Хотя обитатели некоторых миров и правда нас так называют. Но мы всего лишь хранители мирового равновесия.

— А пожиратели это равновесие хотят разрушить? — догадываюсь я.

— Верно, — лицо Саеруса светлеет. — Раз ты что-то вспомнил, идём.

Не слишком-то его волнует, как у меня обстоят дела на самом деле. Но спорить не стану.

— Куда?

Он взмахивает рукой:

— В город. Мы должны успеть к началу праздника.

А вот это мне уже нравится! Праздник — это хорошо, это вкусно.

Мы спускаемся с холма по извилистой дороге. В высокой траве стрекочут какие-то кузнечики, пахнет цветами и нагретой на солнце зеленью.

Красота.

— В честь чего праздник? — интересуюсь для поддержания разговора. Ну и в надежде, что новая информация позволит хоть что-нибудь вспомнить.

— В честь того, что поможет нам навсегда избавиться от пожирателей, — отвечает Саерус, чуть поворачивая голову ко мне. — Совершенное оружие.

Надежда на вкусную еду тут же тает: по какой-то причине я уверен, что на военных парадах такими глупостями не занимаются.

Но городок, в который мы входим, сам напоминает жертву военной агрессии.

На улицах никого нет, белоснежные стены домов покрыты трещинами, а некоторые и вовсе разрушены. Кручу головой, вовсю озираясь по сторонам. Но никаких воспоминаний увиденное не пробуждает.

— В последнее время пожиратели активизировались, — видя мой интерес, объясняет Саерус. — Доступная нам реальность сократилась на треть.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что раньше этот план вообще и город в частности были куда обширнее, — непонятно объясняет спутник. — Мы вымираем, Джако. Теперь либо мы их победим, либо…

В общем, понятно лишь то, что всё очень плохо. Только расспросить поподробнее я не успеваю, потому что впереди слышится гул толпы.

Саерус тут же перехватывает букет поудобнее и ускоряет ход.

Я тороплюсь за ним.

На площади, куда мы наконец выходим, действительно много народу. Все они внимательно слушают болтовню какого-то дядьки, который вдохновенно вещает с заменяющего сцену естественного возвышения, которое ограничивает площадь с дальней стороны.

Саерус, не останавливаясь, топает поближе к месту действия. Странное дело — толпа перед ним расступается. Я прохожу вперёд за компанию: сам толком не знаю, зачем мне это нужно.

Мужик на возвышении замечает Саеруса и чуть заметно ему кивает.

— Вы готовы, коллеги? — спрашивает он. И продолжает, не дожидаясь ответа. — Встречайте нашу прекрасную защитницу и надежду на светлое будущее! Нонем!

На импровизированную сцену выходит светловолосая девушка в венке из цветов. Она улыбается, будто кинозвезда на красной дорожке.

Нонем? Это что за имя такое?

Саерус с букетом поднимается к девушке и протягивае цветы, приветливо улыбаясь.

— Кира, — зачем-то произношу я шёпотом. — Кира.

Девушка резко оборачивается — и безошибочно впивается взглядом в моё лицо.

Мы знакомы?

Саерус растерянно озирается и пытается впихнуть букет ей в руки. Бесполезно. Её губы шевелятся, но у меня не получается ничего по ним прочитать.

— Пожиратели! — чей-то истошный крик заставляет вздрогнуть и разорвать прочно сцепившиеся взгляды.

Ярко-голубое небо над площадью рассекает уродливая чёрная трещина. Она медленно расходится в стороны, будто струп на старой ране. А внутри…

Внутри беснуется мрак. Он пытается прорваться в наш мир, протягивая извивающиеся языки, будто бесформенные щупальца. Вот только эти конечности натыкаются на невидимый барьер.

Прочный, но не герметичный!

Некоторые части неведомого существа всё же просачиваются. И тут же разогреваются, вспыхивая ярким пламенем. Они валятся вниз, круша всё, что попадается им на пути.

А после — деловито направляются к другому объекту, будто живые и разумные.

На площади поднимается суета. Не паника.

Люди разбегаются во все стороны, чтобы принять бой. Мужик, стоящий рядом с Кирой, бежит в числе первых. Саерус что-то кричит ей. Неподалёку оглушительно грохочет. Друг в сердцах отшвыривает букет и устремляется к источнику звука.

На местах остаёмся лишь мы — я и Кира. До тех пор, пока один из «пожирателей» не падает рядом с девушкой.

Мгновенно отмираю и одним прыжком взлетаю к ней.

Где там моя пушка, когда она так нужна?!

В руку сам собой прыгает крошечный пистолетик. Ого, так можно было?!

Расстреливаю пылающую тварь, а та послушно рассыпается снопом искр.

— Я бы и сама справилась, — упрямо поджимает губы Кира.

И показывает, как бы она это сделала на оказавшемся неподалёку пожирателе. Взмахивает рукой — будто пыль убирает. А от существа остаётся только горстка пепла.

— Видел? — сверкает она синими глазами. — Ведь спасти этот мир — моё предназначение.

— А кто же в таком случае спасёт тебя? — усмехаюсь. И палю вверх, расстреливая летящего ей точно в темечко пожирателя.

Она удивлённо вскидывает брови, пока её с головы до ног осыпает искрами.

— Ладно, — улыбается шаловливо. — Спасём его вместе.

Мы проходимся по площади, уничтожая нападающих одного за другим. Тьма в расколотом небе ярится всё сильнее, но мы не обращаем на неё внимания.

Вот если спустится вниз, тогда и будем думать.

Наконец мы останавливаемся передохнуть среди пепла и обломков.

— Откуда ты знаешь моё настоящее имя? — кажется, этот вопрос не давал ей покоя с самого начала.