Шажком за монстрами! (СИ) - Харченко Сергей - Страница 20

Старик поднялся и подошёл к большой металлической коробке. Открыл её и достал какой-то пузырёк. Внутри перламутром переливалась какая-то субстанция.

— Сё за эиксир? — я заинтересованно посмотрел на него.

— Это достаточно сильное средство, дружок, — улыбнулся старик, возвращаясь на кушетку и садясь рядом. — Действует разово. Но после этого, гарантирую — таких резких скачков у тебя не будет.

Я довольно улыбнулся. Да, старичок, это мне точно пойдёт только на пользу.

— А малышам это можно давать? — слегка растерялась Лена. — Я слышала о буфере, но есть же побочные эффекты у него. Разве нет?

— Я вас умоляю, Елена Юрьевна, — расплылся в улыбке лекарь, и морщины на его лице углубились. — Стал бы я всякую дешёвку тащить в элитный детский сад? Это очень дорогое средство. И никаких побочек, уж поверьте. Но…

В пекло ваши «но», «если», «абы да кабы»! Если б абы да кабы, то во рту росли б грибы!

Я схватил из его рук пузырёк, откупорил пробку зубами и выплюнул на пол. И выдул всё до капли.

— … надо подготовиться, — пробормотал старик, протирая очки платком и всматриваясь в меня. — Ты как, малыш?

Голова у меня вновь закружилась, затем появилась лёгкая икота. В целом — безвкусная хрень. Хотя есть небольшой привкус, фундука или чего-то похожего.

— Номально, — выдохнул я, и вновь громко икнул.

— Я про то, что надо было выпить это, — протянул он какой-то раствор. — Чтоб не было икоты. А голова не кружится?

— Не, — я выпил и этот раствор. А вот сейчас голова перестала кружиться, икота тоже прошла.

— Ну тогда всё, — улыбнулся старик, удивлённо посматривая на меня. Затем перевёл взгляд на Лену: — Я думаю, что теперь всё будет отлично.

— Спасибо вам, — ответила ему Лена, вставая и поднимая меня на руки.

— Да ну что вы. Работа наша такая, — ответил лекарь, когда мы уже выходили из пункта.

После того как я вернулся, Мишка из меня чуть душу не вынул, выпытывая, что произошло у лекаря, каким он шприцом колол и сколько уколов сделал. Успокоился лишь, услышав, что ничего такого не было.

Оставшиеся до обеда три часа моим поступком — а точнее, тем, что помог поймать хитрую сволочь из числа охраны — восхищался весь отряд. Да и Лена поняла всё в итоге, поблагодарив, когда маман забирала меня домой.

Идя мимо проходной, я вспомнил о пачке денежных купюр. И приказал муравьям спрятать её в муравейник, чтобы не намокла. Пришлю за ней попугая чуть позже, никуда не денется.

А когда вернулся в поместье, плотно пообедал куриным бульоном с сухариками, и остальные полдня провёл во дворе. Играл с Рэмбо и Мухтаром на лужайке возле беседки.

А потом — плотный ужин, состоящий из мясного пюре, на этот раз из индейки. Почти сразу я начал клевать носом. Видно, сказалось сегодняшнее переутомление. Пышка только и успела донести меня до кроватки, как я провалился в царство Морфея.

Поместье Смирновых, неделю спустя.

Прошла неделя. За это время ничего особенного не произошло.

Юленьки не было. Родители решили какое-то время подержать её дома. Вот-вот должны были посадить в тюрягу того, кто её пытался выкрасть. И они опасались вендетты.

А Демидов и его отряд, опасливо посматривали в мою сторону. Не более того. Всё правильно — пусть и дальше боятся! Это мне только на руку. Я ведь с каждым днём становлюсь только сильнее.

Дома — всё те же занятия с умником. Который, похоже, забыл про обещанный эксперимент. Да и ладно — я не собирался освежать его память. Мне и так было достаточно всех этих бесконечных перетоков маны из артефакта в источник и обратно. Сыт ими по горло!

Ещё за эту неделю — гиперопека пышки, ути-пути от маман, одобрения бати. И про пачку денег я не забыл, всё ещё выжидал момента. Когда понадобятся деньги, тогда и зашлю за ними Рэмбо.

Пока муравейник — самое надёжное укрытие. Сунуться туда может лишь камикадзе. Ведь мою добычу охраняет отряд из десяти муравьёв, которые могут и слону глотку порвать за эти ценные бумажки. Да, я не разрывал с ними нити. Теперь уже мана в моём магическом источнике восполнялась достаточно быстро. Что мне до какого-то мизерного расхода?

Что же касается новостей — всё чаще я смотрел на батином телефоне всякие информационные передачи. И про монстров в том числе.

Даже понял принцип, как управлять этой штуковиной.

Всё просто — видишь картинку с надписью — жмакай её. И что-то включится… или вылезет то, что должно включиться. Тогда ещё раз надо жмакнуть.

Ну а в этот вечер после обеденного сна мы с пышкой отправились на детскую площадку.

И надо же такому случиться — я вновь увидел этого мелкого живодëра.

А он тоже заметил меня.

Подойти, конечно, побоялся. Но демонстративно дëрнул бедную черепашку за собой и протащил еë на панцире.

Ну всë. Моё терпение лопнуло!

Я протянул связующую нить к магическому питомцу. А тот и не противился этому. Принял еë. Ещё бы — этот мелкий мудак уже его так замучал, что на стенку уже пора лезть.

«ПРЕДСТАВЬ, ЧТО ТЫ САМОЕ БЫСТРОЕ СУЩЕСТВО НА ПЛАНЕТЕ!» — отправил я ей приказ.

И следом добавил, подсвечивая ментальной меткой кустарник, буйно разросшийся перед воротами поместья:

«БЕГИ К УКАЗАННОЙ ТОЧКЕ. И ЖДИ МЕНЯ ТАМ! НА СЧЁТ ТРИ…»

Ну что ж, поехали! Я принялся считать.

Один!

Эдик-подонок-мелкая мразь пнул черепашку под брюхо.

Два…

Она покатилась, пролетая лужу, и упала на спину. Затем ловко перевернулась на лапы.

Три…

Черепашка замолотила лапами по земле, рванув в сторону выхода из парка. Да так, что держащий поводок Эдик дёрнулся вперёд, падая в лужу.

— А-а-а, я упа-а-ал! — он тут же заревел, но поводок не отпускал.

В итоге Эдичку протащило по грязи, а потом поводок выскользнул из его рук.

Мелкий живодёр ошалело уставился в сторону черепахи, которая улепётывала так быстро, что отдыхающие начали шарахаться от неё в сторону.

Пышка испуганно заохала, а я от души рассмеялся.

— А ну, вейнись! Ты, залкое отлодье! — кричал пришедший в себя Эдик, надрывая голосовые связки. А потом повернулся ко мне, — Это всё сделал ты, тваль!

— Ты осибся, — улыбнулся ему в ответ.

— Думаесь я дулак? Я видил след! — нахмурился Эдик.

— Я не думаю, снаю, — подмигнул я подонку.

Он хотел кинуться на меня, но я погрозил ему пальцем и показал на пищащее комариное облако у него над головой.

Эдик побледнел, выдавив:

— Сколо будес умолять посядить тебя, — процедил он.

Сколько ж в тебе злобы, уродец ты мелкий? Неужели и батя твой такой же?

В общем, комариная троица отделилась от роя и напала на мелкого засранца. А он, отмахиваясь, побежал к няне. Жаловаться.

— Серёжа, пойдём отсюда, — умоляюще посмотрела на меня пышка.

— Подделзиваю, — кивнул я, и мы вышли из парка.

А когда проходили мимо тех самых кустов, я позвал черепаху.

Ах ты моя родимая. Иди сюда. Я присел и поднял её. Ух, тяжёлая!

— Серёжка, это же не наш питомец, — выдавила бледная пышка. — Надо отнести… наверное.

А вот хрен там! Считайте, что это уже мой питомец. Я ж не виноват, что кто-то не умеет обращаться с животными. И вообще он — злобный ублюдок и садист.

— Неть, — я угрюмо посмотрел на Ларису, и она кивнула. Но была слегка растерянной.

А когда я вернулся домой, няня, конечно, рассказала о случившемся. Родители как-то странно отреагировали. Согласились на то, чтобы временно черепашка побыла у нас.

Я улыбнулся. Ну что ж, это хорошее решение. А что временное — то постоянное.

Что меня обрадовало, я сразу подобрал ключик к рациону этого питомца. Поставил перед черепашкой блюдце с молоком. И она накинулась на него, будто не ела целую вечность.

Ну да, видно этот садюга мало того, что её пинал постоянно, так ещё и на голодном пайке держал.

Я коснулся её панциря, который мерцал красной энергией. Ничего, откормим тебя, будешь в самой лучшей своей форме.