Отмороженный 11.0 (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 59

Дрон-пылесос застрял где-то посередине коридора, старательно лил химию и возил щетками возле одной из дверей. Возле которой на полу были не только бетонные крошки, выбитые из длинных и глубоких борозд на стенах, но и чья-то кровь вперемежку с засохшей слизью.

Махнув синему и убедившись, что сам он не выберется (замок в положении LOCK и управление только с моей стороны), подошел к «пылесосу», подхватил его за специальные выступы и понес к проходу в следующее помещение.

Гаденыш начал брыкаться, вертя щетками, и еще несколько раз окатил меня чем-то едким, похожим на обычную хлорку. Пришлось выпустить, пока не стало слишком громко или не ушел сигнал на командный центр о вероятной поломке. Сразу, как только нужная дверь открылась, отправил его обратно.

А сам оказался в большом зале со стеклянными перегородками. За первой же нашел очередной операционный стол, на котором лежал голый мужчина. К его венам были присоединены трубки, по которым капала голубая жидкость. Сам он еще не посинел, но уже потерял все волосы.

Дальше по залу — больше: и колонны-цистерны со светящейся химией, и капсулы с синими телами, и барокамеры (или что-то типа того), в которых тоже кто-то был. Длинный (как в супермаркетах) холодильник вдоль стены, внутри которого во льду покоялись жертвы неудачных экспериментов. Разная степень изменения, частичный волосяной покров. Единственное общее — это гримасы боли и страдания на лицах.

У меня было много вопросов к этому месту, и к Лэйну в частности, но время Киры поджимало. Я сверился с картой Искорки, отправив ее быстро собрать данные с компьютеров, я сам прошел дальше.

Оказался на условном перекрестке с лестницей и высокими воротами, ведущими к лифтовой платформе. И встретил там двух первых часовых. Бойцы Лэйна при полной выкладке, но, к сожалению, без скафандров.

Тихо и аккуратно ликвидировал обоих, понимая, что уже спалился. Датчики жизнедеятельности, нательные камеры или что-то еще — неважно, результат был один: замигали красные лампы, включилась сирена и по всем помещениям разнесся скрипучий безжизненный голос искусственного интеллекта:

Внимание! Проникновение на нулевой уровень Объекта РЭК-04.

Всем дежурным сотрудникам Объекта проследовать в сейф-зоны.

Возможна разгерметизация, воспользуйтесь аварийно-спасательными комплектами согласно инструкции.

До активации первой фазы зачистки — 60 секунд.

М-да, таким тоном оставалось только добавить: спасайся кто может! Лучше бы инструкцию в деталях рассказали, или включили указатели к ближайшей сейф-зоне. Хотя, кажется, включили…

Я оглянулся. В новой подсветке действительно на полу и стенах проявились стрелочки с указателями. Но бросился я сначала не туда. За воротами лифтовой платформы что-то громыхнуло, заскрипели механизмы, а потом и воздух загудел так, словно там шахты вентиляции продувают.

Внутри нашлась шахта со стальной платформой. Сейчас пустая, платформа грохотала где-то очень высоко. Я ее даже не видел, только отблески на мешанине проводов. Блоки управления лифтом нашлись рядом, и туда тут же полетела Искорка. Несколько секунд писка и скрипа, после которой шахта задрожала, эхом пронесся протяжный лязг тормозов, и платформа застряла где-то посередине пути.

— Молодца, — похвалил я дрона.

«Ломать — не взламывать,» — хмыкнул дрон и подсветил на карте путь к возможной сейф-зоне.

Скорость моих действий поменялась, не убирая крафткомпакт и уже не озираясь по сторонам, будто я первый раз в зоопарке, погнал вперед. При встрече с охраной — контакт — выстрел, контрольный. При встрече с гражданскими — контакт — съемка на будущее в картотеку КСОАМ, ООН, полиции — любому, кто сможет предъявить «Майтену» за эти эксперименты. Потом проверка «карманов», короткий допрос, где взять скафандр, и закрытие в ближайшем помещении.

Первую сейф-зону я нашел через две минуты. Каморка с двумя кроватями (на манер купе проводника в поезде) и несколькими шкафами. Два скафандра, запаски к ним, отдельно аптечка, вода и собранный бокс с консервами, что-то типа трехдневного пайка. Все по списку, будто по специальному заказу. Тут же раздобыл большой рюкзак и балансируя на грани: взять побольше еды и не потерять маневренность, укомплектовался.

Внимание! Активирована вторая фаза зачистки.

Всему персоналу, не покидать сейф-зоны.

Блокировка дверь произойдет автоматически.

Голос еще говорить не закончил, а дверь в «купе» вздрогнула и начала закрываться. Я только и успел, что ногу поставить, которая тут же поехала в сторону. Неслабые у них здесь приводы, так и защемить может.

Я навалился плечом, с трудом, но расширил проход и вывалился в коридор. Столкнулся с тем самым очкариком, которого наблюдал за окном — потный, взмыленный, а взгляд безумный и очень напуганный. На меня он даже не посмотрел, оттолкнулся, буквально скатившись по броне, и начал долбиться в закрытую дверь сейф-зоны.

Понял, что опоздал, взвыл и, подорвавшись, помчал дальше по коридору. Удивительная прыть, все произошло буквально за секунду, будто он на «рывках» все это проделал. А на меня так и не взглянул.

Уже в следующий миг стало понятно почему. В коридоре послышался цокот и из-за поворота выскочили две многоножки. Две плоских длинных твари неслись по стенам, обгоняя друг друга. Хитиновые панцири отливали голубым оттенком, на ногах болтались какие-то датчики-браслеты, а клыки, вроде даже были сточены. Но менее опасными это их не делало.

Эти на меня уже обратили внимание. Но, похоже, сделали правильные выводы. Стремительно перескочили на потолок и пронеслись мимо, догонять очкарика.

Правильное решение! И мне пора поторопиться…

Я проскочил обратно, пробежал «перекресток», отметив, что лифт снова заработал, и вернулся в лаборатории. А потом (уже осторожно) вошел в коридор с клетками. Как и ожидалось — все двери были открыты.

Камеры «беззубика» и остальных «синих» были пустыми, а дальше разглядывать было уже некогда. Дорогу перегородила здоровенная «гусеница», лишь частично выпавшая из своей камеры. Эта, даже если захочет свинтить мимо меня, тупо на потолок взобраться не сможет. Некогда круглая и рыхлая хрень, сложилась почти в квадрат, заполнив весь проход. Наконец, появился и хвост, загнувшись почти к самому потолку.

Я выхватил скаутган, но выстрелить не успел. Туша вдруг затряслась и издала истошный вопль, будто ее на куски режут.

А, не… реально режут!

Грудь монстра дернулась и порвалась, а изнутри появился острый серпообразный коготь. Потом второй. А когда небольшая рваная ранка превратилась в длинный открывшийся шов, из желчно-кровавого месива, появилась голова монстра поменьше. По той половине, что уже пробралась сквозь тело «гусеницы» я бы сказал, что это какой-то подвид богомола. Верхушка точно, может, только более приплюснутый и вытянутый.

Богомол деловито так повертел башкой, еще больше разрывая внутренности «гусеницы», стряхнул с себя слизь и, пробуксовывая задними лапами на внутренностях монстра, рванул на меня.

Заметался из стороны в сторону с заскоками на стены и потолок, буквально на сотую секунды опережая выстрелы из скаутгана. Я так и не зацепил его, исполосовав все стены. В итоге принял на щит, усиленный шоковым ударом. Оглушенного затолкал в свободную камеру, метнул туда пирамидку и захлопнул дверь.

Дождался приглушенного хлопка, приоткрыл дверь и метнул вторую пирамидку. Только после второго взрыва открыл дверь, проверить результат. Монстр был еще жив, но потерял лапы с одного бока. Я перезарядился и несколько раз выстрелил «богомолу» в голову.

Ни опыта, ни энергии не получил. Получается, что своими экспериментами «Майтен» меняет общую структуру энергии Мерзлоты. И странно, и интересно, но, может, Кира как раз больше обо всем этом знает.