Единственная для Буйного (СИ) - Ромуш Джулия - Страница 40

А утром я мечусь по номеру, жутко невыспавшаяся. Закидываю всё в сумку, бужу сестру. Буйный со смехом за этим наблюдает. Хорошо, что хоть у него настроение хорошее. Потому что мне убивать хочется. Бесит всё, когда я не выспалась.

– А когда я в школу вернусь? – Катюша активничает, бьёт по нервам. – Или больше не пойду? Класс! Эмир, а можно мне не ходить в школу?

– Нельзя! – Возражаю, утягивая сестру к лифту. – У тебя были выходные из-за всего случившегося. Но как мы вернёмся в город, ты будешь дальше ходить.

– А дома нельзя? Я дома буду.

– Нельзя.

– Эмир?

Я едва не задыхаюсь. Катюша смотрит на мужчину, пытаясь с ним договориться. Внутри стягивает иррациональной ревностью. Раньше сестра меня слушалась, а теперь себе нового соучастника нашла. Я понимаю, что это глупо. Она ребёнок, ей интересны новые люди. Но я не хочу, чтобы Катюша мои решения игнорировала.

Я сверлю взглядом Буйного. Пусть только попробует…

– Кать, — цокает мужчина. – Учёба важна. От звонка до звонка. А после – посмотришь уже. Слушай сестру, она плохого не посоветует. И… Слушаешь её.

- Повышает голос, заставляя нас с Катюшей вздрогнуть. Не понимаю в чём причина, кручу головой.

Мы как раз вышли в холл отеля, и Буйного будто подменили. Напряжённый, а его охрана тянется за оружием.

– Злата, – не смотрит на меня. – Забираешь сестру и идёшь с Иваном, усекла?

– Что происходит?

– Усекла?!

Я успеваю кивнуть, а после слышу выстрелы.

Вздрагиваю всем телом. Выстрел громкий. Свистящий. Чувствую, как кожа покрывается липким потом. В ушах звенит.

Замираю на несколько секунд. Ноги как будто в пол врастают. Полнейшая растерянность охватывает. Берет в плен. Но только на несколько секунд. На больше я не разрешаю. Потому что я не одна. Потому что больше не отвечаю только за себя.

Тяну к себе Катюшу. Прижимаю. Втискиваю в себя. Накрываю ладошками её уши. То, что всё очень плохо, понимаю по внешнему виду Буйного. По тому, как сосредоточено он смотрит в одну точку, стискивает челюсти. Что-то кричит, но меня оглушило от выстрела. Я не слышу.

Кто это может быть? В нас стреляли? Господи.

Я резко разворачиваюсь, утягиваю за собой сестру. Малышка цепляется ногами, чуть не падает. Но послушно идет, куда веду.

Моя ладонь с её ушка на личико соскальзывает, и я чувствую мокрые дорожки от слёз. Моя маленькая. Всё будет хорошо. Не переживай. Эмир со всем справится. Он не даст нас в обиду. Тот, кто решился на такое, просто сумасшедший, Буйный же с землёй сровняет. Особенно сейчас, когда с нами ребёнок был.

- Направо, — голос Ивана позади нас звучит громко. Он напряжён. Значит, всё действительно плохо.

Толкаю дверь, мы оказываемся на лестнице. Это пожарный выход. По вывескам и надписям понимаю.

- На два пролёта вниз. - Новый приказ.

Мы все выполняем. Спускаемся. Я сжимаю ручку сестры. Всячески даю понять, что я рядом. Внутри всё колотит. Мысли разрывают на части. Волнение за Эмира. Я ужасно переживаю. Кто это? Кто решился?

- Стойте, — резкий приказ, мы с Катюшей как вкопанные останавливаемся. - Я всё проверю, стойте на месте. Сейчас ещё Олег подойдёт, чтобы один впереди шёл, другой прикрывал сзади.

Иван уходит, оставляет нас вдвоём. Я вся дрожу от страха, но стараюсь хоть как-то держаться. Чем больше напугана я - тем больше напугана сестра. А я сейчас должна её убедить в том, что всё хорошо.

- Злата, что это было? - Катюша вся дрожит, всхлипывает. Руку мою сильнее пальчиками сжимает.

Я присаживаюсь возле неё на корточки, в глаза заглядываю. Врать плохо. Ужасно. Непозволительно. Но сейчас это необходимо. Для её безопасности. Нервной системы. Я делаю над собой усилие, растягиваю губы в улыбке.

— Это игра, Катюш, — произношу тихонько. Голос не дрожит, но ей не нужно знать, сколько усилий я для этого приложила.

- Какая игра? - Малышка смотрит в мои глаза таким наивным взглядом, готова поверить каждому моему слову.

- Для взрослых. У дяди Эмира взрослые игры. Приехал его друг и решил с ним поиграть.

- П-правда? - Катюша начинает дрожать чуть меньше.

- Конечно, просто эта игра на детей не рассчитана, поэтому Иван сейчас проверит, чтобы мы не попали в эту игру и не нарушили правила. Чтобы дядя Эмир ни в коем случае не проиграл, да?

Катюша кивает.

- Дядя Эмир не может проиграть.

Конечно, не может, иначе я не знаю, что будет с нами. Что будет со мной. Лишь от одной мысли, что он там остался и опасности, мне броситься хочется к нему. Чем-то помочь.

А дальше происходит страшное. Свистящие выстрелы раз за разом. Визги. Сигнал тревоги. Я прижимаю сестру ближе. Дверь распахивается, Иван с перепуганными глазами появляется на пороге. Ощупывает каждую из нас взглядом, как будто проверяет целые мы или нет.

- Пошли, — кивает в сторону распахнутой двери.

Я беру сестру, мы идём. Когда проходим мимо Ивана, он сжимает мою руку, притягивает к себе, так, чтобы на ухо сказать.

- Идёте быстро, сестре прикрывайте уши. Мы должны успеть сесть в бронированный автомобиль. Всё очень опасно, так что мне важно, чтобы вы себя контролировали и действовали быстро.

Я лишь согласно киваю. Быстро. Автомобиль. Бронированный. Господи, прошу тебя, сохрани нас всех.

Мы идём очень быстро. Я закрываю сестре уши. Сама вся дрожу до ужаса, ноги немеют, но я продолжаю ими перебирать. Сердце выпрыгивает из груди.

Мы снова сбегаем вниз по лестнице. Улица. Чёрный внедорожник. Снова свистящие звуки. Мы уже успеваем добежать до машины. Катюша быстро запрыгивает в салон, как я слышу снова свистящий звук. Совсем рядом. Перевожу взгляд на Ивана. До конца не понимаю. Он бледнеет. Хватается за руку, а после я вижу, как на белой рубашке появляется красное пятно. Его ранили?! Ранили?! Иван облокачивается на машину, стискивает зубы. Я же быстро закрываю дверцу машины, чтобы Катюша ничего не слышала.

- Твою мать! - Цежу сквозь зубы.

- В машину! Садитесь...

Я быстро снимаю пояс со своего пальто, перевязываю руку охранника чуть выше раны, так, чтобы остановить кровотечение.

- В машину! - Рычит, и сам прижимая к себе руку, идёт к водительскому сидению.

Я вся дрожу, мои ладони в крови, когда оказываюсь в салоне, прячу руки, чтобы сестра не увидела.

Иван заводит машину, шипит, я же впиваюсь в него взглядом. Он точно сможет вести? Не отключится?

Машина срывается с места. Я слышу какой-то шум, как будто из рации и только сейчас обращаю внимание, что в машине и правда есть рация.

- Приём, Иван, приём.

- На связи.

- Хозяин, он всё... - И дальше связь прерывается.

- Плохо слышу.

- Здесь полный пиздец, хозяин всё...

Я чувствую, как сердце биться перестаёт. Просто замирает, в ушах звенит. Что значит всё? Эмир всё? Эмира убили?!

Глава 32

Вместо крови – яд течет. Несется, отравляя меня. Можно умереть, но остаться живой? Кажется, что именно это со мной происходит.

Эмир не может "всё". Он права не имеет! Я же без него… А как я без него? Недавно я сбежать хотела. А теперь мне хочется развернуться, помчаться обратно. Увидеть его, узнать. И плевать, насколько это опасно. Но я не могу. Не могу, да. Рядом со мной Катюша, испуганная и уставшая. Я должна позаботиться о ней. Должна, чего бы это ни стоило. Но собраться так сложно…

– Злат! – Дергает сестра за руку. – Злата, а он плохое слово сказал!

Звуки доносятся сквозь толщу воды. Сливаются в назойливый неразборчивый звук. Взгляд упирается в одну точку. Всё мутное. Пелена слёз застилает, рыдания душат. Я прижимаю ладонь к щеке, понимая, что слёз нет. Но меня трясет. Мелкая дрожь проходит разрядами по телу, увеличивая силу каждый раз.

– Бляха, — ругается Иван, оборачиваясь на меня. – Плохо? Задело? Что?! Говори, твою мать! Тебя подстрелили?

Разве что в сердце. Прямым попаданием, на вылет. В ошметки превращая все органы. Я же люблю его! Люблю, действительно люблю. Я бы сказала прямо и открыто, не боясь ничего. Если бы только могла.