История тела сквозь века - Жаринов Евгений Викторович - Страница 23

А.Ф. Лосев в своей «Эстетике Возрождения» дает уничижительную характеристику творчества Рабле, утверждая, что его насыщенная телесность, его воспевание тела как такового есть не что иное как воплощение кризиса всей эстетики Ренессанса: «У Рабле с неподражаемой выразительностью подана как раз безыдейная, пустая, бессодержательная и далекая от всякого артистизма телесность. Вернее даже будет сказать, что здесь мы находим не просто отсутствие всяких идей в изображении телесного мира человека, а, наоборот, имеем целое множество разного рода идей, но идеи эти – скверные, порочные, разрушающие всякую человечность, постыдные, безобразные, а порою даже просто мерзкие и беспринципно-нахальные».

Существовала еще и так называемая теневая сторона эпохи, которую еще называют «обратной стороной титанизма». Приведем для наглядности примеры «обратной стороны титанизма», на которые указывает А.Ф. Лосев в своей книге «Эстетика Возрождения». Всякого рода разгул страстей, по мнению ученого, своеволия и распущенности достигает в возрожденческой Италии невероятных размеров.

Священнослужители содержат мясные лавки, кабаки, игорные и публичные дома, так что приходится неоднократно издавать декреты, запрещающие священникам «ради денег делаться сводниками проституток», но все напрасно. Монахини читают «Декамерон» и предаются оргиям, а в грязных стоках находят детские скелеты как последствия этих оргий. Тогдашние писатели сравнивают монастыри то с разбойничьими вертепами, то с непотребными домами. Тысячи монахов и монахинь живут вне монастырских стен. В Комо вследствие раздоров происходят настоящие битвы между францисканскими монахами и монахинями, причем последние храбро сопротивляются нападениям вооруженных братьев.

В Ферраре герцог Альфонс среди бела дня голым прогуливается по улицам. В Милане герцог Галеаццо Сфорца услаждает себя за столом сценами содомии. В Италии той эпохи нет никакой разницы между честными женщинами и куртизанками, а также между законными и незаконными детьми. Незаконных детей имели все: гуманисты, духовные лица, папы, князья. У Поджо Браччолини – дюжина внебрачных детей, у Никколо д’Эсте – около 300. Папа Александр VI, будучи кардиналом, имел четырех незаконных детей от римлянки Ваноцци, а за год до своего вступления на папский престол, уже будучи 60 лет, вступил в сожительство с 17-летней Джулией Фарнезе, от которой вскоре имел дочь Лауру, а уже пожилую свою Ваноццу выдал замуж за Карло Канале, ученого из Мантуи. Имели незаконных детей также и папа Пий II, и папа Иннокентий VIII, и папа Юлий II, и папа Павел III; все они папы-гуманисты, известные покровители возрожденческих искусств и наук. Папа Климент VII сам был незаконным сыном Джулиано Медичи. Многие кардиналы поддерживали отношения со знаменитой куртизанкой Империей, которую Рафаэль изобразил на своем Парнасе в Ватикане.

Станца делла Сеньятура. Парнас. Изображение Сафо. 1511

Империя – прозвище куртизанки Лукреции Коньяти Парис, она родилась в Риме 3 августа 1486 года. Ее отцом был папский церемониймейстер Парис де Грасис, но фамилию ей дали материнскую. Мать Диана Коньяти была «жрицей любви», а таким женщинам позволялось давать детям свою фамилию. В 14 лет она родила дочь Лукрецию Коньяти Парис, которую воспитывали в религиозном колледже, девочка выросла без склонности к развлечениям. В юности она пыталась покончить жизнь самоубийством из-за настойчивых ухаживаний кардинала Рафаэля Петруччи.

Рафаэль Санти. Дама с Единорогом. 1506

Империю называли Божественная и Неотразимая, ее любили могущественные люди. Банкир Агостино Киджи, который снабжал деньгами принцев, королей и римских пап, с 1508 года ее официальный любовник. Среди ее клиентов были епископ и поэт Матео Банделло, епископ Якопо Садолето, поэт Бернардино Капелла, литератор и гуманист Анжело Колоччи, библиотекарь папы Томмазо Ингирами (снес дверь ее дома в ярости после ссоры), Джакомо Стелла (покончил с жизнью из-за несчастной любви к Империи). Кому только не вскружила голову Несравненная Империя.

Вот как описывали ее в хрониках: «Белый возвышенный лоб, корона вокруг из волос цвета золота, длинная шея, ее грудь большая, но изящная». Империя была образованна, воспитанна и талантлива – сочиняла стихи, играла на лютне и арфе, знала латинских авторов. Ей посвящали сонеты, в ее честь отливали медали.

Ее сосед по кварталу Рафаэль, возможно, был ее любовником. В 1508 году художник писал фрески для зала Ватикана. Империя стала моделью для Галатеи и Сафо на фреске «Парнас».

С 1511 года божественная Империя жила на углу улиц Пеллегрино и Монсеррато.

Империя совершила ошибку, которая не была позволена куртизанкам, – она влюбилась в аристократа Анжело дель Буфало.

Он был женат, и она отравилась из-за безответной любви 13 августа 1512 года. Агостино Киджи позвал самых известных врачей, чтобы спасти ее, папа Юлий II послал ей благословление и своих врачей, но 15 августа она умерла. День выдался странным и необычным, это отмечают все летописцы, – в день смерти Империи 15 августа ужасная гроза с градом пронеслась над Римом.

Весь Рим был потрясен смертью Империи – от могущественных людей того времени до простого народа и поэтов.

Поэт Джан Франческо Вияле писал: «Два божества подарили Риму великое богатство: Марс – империю, Венера – Империю. Смерть и Судьба ополчились против них, Судьба унесла империю, Смерть – Империю. Отцы оплакивают империю, а мы потеряли свое сердце – Империю».

Ее похоронили с почестями в церкви Сант-Грегорио-аль-Челио, памятник для нее в часовне создали по инициативе Агостино Киджи. Надпись на ее надгробии: «Империя, римская куртизанка, достойная великого имени, пример редкой красоты. Прожила 26 лет и 12 дней, умерла в 1512 году в день 15 августа». Могила Империи была вынесена под портик церкви через сто лет и разрушена.

Скандальный брак

Агостино Киджи – удачливый банкир, умный политик и любитель красивых женщин. После смерти жены Маргериты (детей у них не было), он стал официальным покровителем знаменитой куртизанки Империи. Считают, что он был отцом ее дочери Лукреции, хотя он и не был единственным ее клиентом. Галатею на фреске в своей вилле он велел Рафаэлю изобразить с лицом Империи. Но, когда Рафаэля спросили, кто эта красавица, он ответил, что он ее придумал.

После смерти Империи 15 августа 1512 года Агостино недолго горевал – он привез из Венеции молоденькую куртизанку Франческу Ордеаски и сожительствовал с ней 7 лет, пока папа Лев X не настоял на браке. Сам папа венчал их, и свадебный пир на вилле Киджи вошел в историю Рима. Крещение первенца тоже прошло богато: рассказывают, что в Тибр была выброшена вся золотая и серебряная столовая посуда после банкета на глазах у изумленных гостей. В реке растянули сети, чтобы потом поднять посуду, говорили злопыхатели.

Пятерых детей родила Франческа, последнего сына он никогда не увидел, мальчик родился после смерти Агостино. В преддверии запоздавшей свадьбы Агостино заказал Рафаэлю, самому дорогому художнику Рима того времени, роспись лоджии на вилле. Рафаэль написал историю любви Амура и Психеи в лоджии, ведущей в сад, расписал семейную спальню, а Перуцци украсил зал перспектив для свадебного банкета с мифологическими сценами на потолке.

Рафаэль в то время был влюблен в куртизанку по имени Форнарина (Маргерита Лути), не мог без нее жить и работать. Агостино Киджи пришлось поселить ее на вилле, чтобы художник мог закончить работу.

Рафаэль. Лоджия Психеи на вилле Фарнезина, украшенная ко второй свадьбе Киджи с куртизанкой Франческой. 1510-е