"Фантастика 2024-83". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Ланцов Михаил Алексеевич - Страница 47

— А деньги он откуда взял, чтобы столько фузей изготовить? — спросил Ромодановский.

— Я ему их нашел. Убедил купцов некоторых вложить часть своих прибылей в сие благое дело. Не все соглашались. Но после того, как я предоставил им доказательства их воровства при поставках в казну — в них проснулась и совесть, и желание помочь державе в столь славном деле. В обмен на то, я сии бумаги тебе Федор Юрьевич показывать не стану. Вот и вышло, что Никита взялся за дело со рвением. Деньги были, понимание тоже.

— Странно… ну ладно, — покачал головой Патрик, скосившись на князя-кесаря, который молча улыбался в усы.

Методы царевича Ромодановскому нравились. Вот так вытрясти из купцов денег на доброе дело дорогого стоит. И главное — радостно да с песней. Никто ведь не жужжал. Главное, чтобы наследник не увлекался. Яйца таким дельцам нужно прищемлять клещами время от времени и не сильно. А то иначе их ненароком можно и оторвать, убив всякое желание и рвение.

— А что странно? — поинтересовался Алексей у старого генерала.

— Я не думаю, что фузеи эти будут доброго боя или вообще добрыми. Слишком быстро Никита их изготовил.

— Вот и проверим. В конце концов фузеи да мушкеты у солдат Бутырского полка уже имеются. Так? Если Никита нас обманул — накажем, но без оружия не останемся. А если нет? То получим новое хорошее оружие. И полк, ежели его начать гонять, сможет укрепиться не только в штыковом бое, каковой ты с ними уже осваиваешь, но и в частой стрельбе. Разве нет?

— Почему же нет? Вполне. Если так на этот вопрос смотреть.

— Но это одно дело. Фузеи. Белое оружие у полка есть и его обновлять или подновлять, мыслю, не нужно. А вот доброго доспеха — нет.

— Это лишнее.

— Опыты, поставленные в учебной роте, показали, что нет.

— Пули мушкета пехотные кирасы или шлемы все одно не держат. — продолжал упорствовать Патрик.

— А причем тут пули? В бою что, белое оружие не применяется более? Те же шведы по твоим же словам добывают победу решительным натиском. И если мы уделяем столько времени штыковому бою, то обзавестись доспехами нам сам Бог велел.

— Солдату в кирасе не сподручно стрелять. Упор не удобен.

— В обычной — да. Видел, как мы в охране моей сделали?

— Не обратил внимания.

— На кирасу, вот сюда, — показал рукой царевич, — мы небольшую пластину крепим на заклепках. Хотя можно и на винтах, чтобы съемная была. В нее приклад и упирается. Так и прикладываться сподручнее, и отдача легче держится. Через что смогли увеличить навеску пороха в карабинах и увеличить заряд картечи.

— Да, это так, — подтвердил Ромодановский. — Сам видел.

— Хорошо. Тогда доброе дело. — чуть подумав согласился Гордон. — Но для быстрого оснащения целого полка пусть кирасами да шлемами у нас нет никакой возможности. Даже всего лишь одного полка. Их изготовление в таком количестве потребует года или даже двух. У нас их просто некому и негде столько делать. Даже если бы они имелись где накопленные их все равно потребовалось подгонять под бойцов. Это месяцы. От полугода и больше. А события развиваются так, что у нас вряд ли есть больше пары месяцев.

— Хреново.

— Очень хреново. Поэтому, я думаю, что морочить голову себе этими кирасами да шлемами не стоит. Если Никита сможет быстро поставить добрые фузеи — да, хорошо. Если тоже промедлит хотя бы два-три месяца — уже не важно. Обойдемся тем, что есть.

— Он обещался в течении пары недель привезти, ежели мы дадим добро.

— Ну и славно. А доспехи… это, к сожалению, лишь грезы. Да и дорого. Петр Алексеевич не одобрит.

Царевич в раздраженном виде немного походил по помещению, явно недовольный этой фазой беседы. Ромодановский уже знал — если тот начинает так метаться, значит напряженно думает. И может чего выдумать. Как тогда со штыковым боем. Не всегда, правда, идеи Алексея приходились по душе или соотносились с реальным положением дел. Однако каждый раз отличались необычностью. И их было интересно послушать.

Вот и в этот раз, немного пометавшись, он предложил вариант — делать невысокие кивера. Ничего слишком дорогого, долго изготавливаемого или сложного. Просто кусок войлока, свернутого в стакан. Сверху обтягивать кожей, а потом цеплять к нему подбородочный ремень и козырек.

Сразу его не поняли.

Пришлось взять бумагу и почеркать немного.

Получилось визуально что-то очень похожее на кивер образца 1812 года, тот который невысокий и с развалом. Отличия заключались только в отсутствии украшений, во всяком случае, на этом этапе. А также в наличии толстой проволоки, которую Алексей предлагал прокладывать по верхнему торцу войлочного стакана. Чтобы защищать от рубящих ударов.

Не бог весть что, но войлок в Москве имелся в достатке. И кожи никакой особой тут не требовалось — сойдет практически любая, которой также хватало. Поэтому быстро изготовить такие головные уборы в значительном количестве не представлялось каким-то особым подвигом. Не факт, конечно, что на весь полк получится за месяц-другой сделать. Но всяко больше, нежели пытаться добыть стальные шлемы. И главное — это всяко лучше, чем в шляпах или иных обычных головных уборах, не защищающих совсем от удара. Да, не шлем. Но такой кивер и стоил куда дешевле. И изготовить его можно было сильно быстрее. На порядки.

— А с кирасой что-то такое выдумаешь? — заинтересованно спросил Гордон.

— Ничего в голову не приходит… кираса — это кираса. Она ведь не только защита, но и спину разгружает, ежели ее на бедра поставить. А значит портупею, ранец и прочее можно будет на нее повесить. Но тут, видимо, надобен подход как с Никитой. Найти толкового и жадного до успеха дельца и предложить ему развернуть их выпуск.

— Это пустое, — махнул рукой Гордон. — Отец твой не пойдет на снаряжение ими пехоты. Дорого очень.

— Но ведь в этом случае одна рота будет ценнее двух обычных в ближнем бою.

— Выводы, которые в учебной роте получены, еще нужно в живом бою проверить. Да и в этом случае… — покачал головой Патрик. — Никто в Европе так не делает.

— А почему?

— Дорого.

— Но ведь еще столетие назад делали. И пехоты сильно меньше на полях сражений не стало. В той же Тридцатилетней войне[19] сколько ее там бегало? И многие ходили в кирасах да шлемах. А сейчас чего? Прямо вот все короли так сильно обнищали?

— Да нет, вроде не обнищали, — несколько растерянно произнес Патрик Гордон.

— Может быть доброй схватки рукопашной не стало?

— Как же не стало?

— Тогда что случилось? Я понимаю нищие страны, например, Швеция. Но богатые страны, чего голову морочат? Та же Франция? Она ведь тоже отказалась от доспехов в пехоте. Так?

— Так.

— Почему?

— Так дешевле, видимо.

— Дешевле что? Замещать выбитого, хорошо обученного пехотинца? Сколько длится его выучка в доброго солдата, чтобы не только приемы строевые знал, но и не робел при виде врага или под картечью? Год? Два? Больше? Сколько это обходится казне? Сильно дешевле изготовления дешевой тонкой кирасы, способной защитить его от ударов клинком и байонетом?

— Сейчас во Франции? Не скажу.

— Возможно я сейчас, скажу глупость, но, мне кажется, что доспехи уходят с поля боя из-за двух причин. Первая — кровосмешение, вторая — кружева.

— И как это понимать?

— Кровосмешение так и нужно понимать. Правители Европы берут в жены своих родственниц. От чего добра не жди. Там и уродства, и болезни всякие среди которых слабоумие, а то и откровенное безумие. Габсбурги задают моду в этом вопросе. Но не ими едиными эта грязь множится. Отчего уровень умственных способностей европейских правителей сильно проседает. И вот уже вместо доброго доспеха короли украшают своих солдат кружевами. Не так ли?

— Это… хм… однобокий взгляд. — смешливо фыркнул Патрик.

— Я же сказал, что сие глупость вероятно. Но, как мне кажется, если бы короли и прочие высшие аристократы лично вели свои войска в бой, как бывало в прошлом, то вряд ли бы они увлекались кружевами. Не так ли?