Ворожей Горин – Посмертный вестник (СИ) - Ильичев Евгений - Страница 64

— Позвольте прояснить один нюанс, — попросил я.

— Я к вашим услугам, — снисходительно кивнул мне маг.

— Вы, вероятно, тот самый колдун, которого ворожея Пелагея наняла укокошить свою бабушку Варвару?

— Именно.

— А в процессе выполнения заказа вы пришли к мысли, что и сами не прочь поживиться той силой, которой многоуважаемая Варвара обладала?

— Все именно так и обстоит, — подтвердил мои догадки Марк Август.

— А как же клятвы и прочая дребедень, которой в мире Ночи все так боятся?

— Видите ли, наша с ворожеями сделка была проектом тайным. То, о чем они меня попросили, далеко выходит за рамки дозволенного Каноном. Такие сделки заключаются негласно и, разумеется, без привлечения свидетелей. Они мне оплату — я им результат.

— Да, только результата вы что-то не добились, как я погляжу.

— На мое счастье, — сверкнул маг своей ослепительно-белой улыбкой, — в ваших жилах по воле случая струится столь огромная мощь, что я попросту не устоял. И потом, ворожея Пелагея обещала мне за выполненную работу изрядный кусок этой самой силы. Работа была выполнена безукоризненно, достопочтенную ворожею Варвару я низвел-таки в могилу. Но оплаты так и не получил. Вот я и подумал, что для ворожей клана Семеновых это будет уроком на будущее и впредь они не станут совершать столь опрометчивые поступки. За все в нашем мире приходится платить. В данном случае я получу все, а обманувшие меня ворожеи останутся с носом. Как по мне, вполне справедливый расклад.

— Да уж, — выдавил я из себя, уже понимая, как поступлю в следующее мгновение, — корпоративная этика в ваших кругах, как я погляжу, не в чести.

— Поймите, Григорий, суть не в этом. Принимая столь опасный заказ, я ставил на кон свою репутацию. А она у меня, поверьте, еще никогда не была запятнана. Грош цена такой репутации, коли все в мире Ночи прознают, что за услуги высшего мага можно не заплатить.

— Простите, но вы тут давеча заикались о вариантах для меня и моей сестренки, — продолжил я, изо всех стараясь выиграть еще хоть немного времени, — о ее пребывании в облике упыря или вурдалака, так?

— Именно.

— А каковы будут ваши действия, если я все же выберу третий вариант? — с этими словами я схватил с пола свой нож и приставил его к горлу Веры. Нет, я не планировал ее убивать, во всяком случае, не сейчас. Я всего лишь хотел добраться до своего оружия и заодно посмотреть, как отреагирует на это маг. — Что вы предпримете, если я сейчас собственной рукой избавлю Веру от многовековых страданий?

— Думаю, вы этого не сделаете, Григорий, — уверенно улыбнулся мне маг. — Я слишком долго провел в вашем кругу в облике вашего приятеля Влада Бориса и понял, что в вашей жизни нет без Веры никакого смысла. Вы в ней души не чаете. Как, впрочем, и она в вас. Ну, а если вы все же изберете третий вариант, мне придется вызвать вас на дуэль и отобрать ваш дар силой. Да, я получу много меньше, но все одно останусь в плюсе. Поймите, Григорий, вариантов, при которых вы сами остаетесь в живых, не предусмотрено. И к вам лично у меня нет ни малейших претензий, парень вы приятный во всех отношениях. Но, как говорят на моей родине: «Это всего лишь бизнес, ничего личного». Всю эту игру я затеял ради этой самой минуты. Именно здесь и сейчас вам нужно принять решение, в каком виде ваша сестра проведет или не проведет остаток своих дней: просто умрет, станет кровожадным и безвольным упырем, повинующимся лишь инстинктам, или же станет таким же прелестным созданием, как моя обворожительная помощница.

Я взглянул на Алису — та слушала весь разговор с видом полной отрешенности.

— А тебе этот козел что обещал?

За Алису ответил сам Марк Август.

— Все вурдалаки уникальны по своей сути, они почти такие же, как и мы с вами. Единственная черта, их объединяющая, — жажда власти. Получив от вас силу, я смогу убить главу семьи, в которой состоит Алиса. А после смерти Марты — разумеется, случайной и скоропостижной — Алиса легко займет ее место.

— Мы живем вечно, Гришенька, — пояснила свою позицию Алиса, — ждать, когда эта старая карга окочурится от естественных причин и уступит свой трон, мне нет никакого резона. А тут такой вариант нарисовался. Ты сам бы как поступил?

— Я бы вурдалаком не становился изначально, — сурово обозначил я свою позицию.

— Ну и дурак, — пожала плечами Алиса. — Не так уж тут и плохо, на этой стороне бытия. А что до того, что в нас души нет, так то дело поправимое — ее легко заменяют иные мирские блага. Вкусные люди, деньги, власть…

— Получается, Марта не в курсе ваших дел? — задумчиво протянул я. — Как же тебе удалось перекусать пол-Москвы так, чтобы никто на тебя не вышел?

— Разумеется, в этом помог ей я, — прервал нашу с Алисой беседу Марк Август. — Маги моей редкой профессии способны имитировать все, что угодно. В случае же с Алисой мне даже стараться сильно не пришлось, это как почистить логи в компьютерной программе. Эффект есть, а путь отследить уже не получится. Потому-то все и считали, что в вашей столице орудует залетный высший вурдалак. На этом, надеюсь, ваш интерес исчерпан?

— Нет, — строго сказал я, подняв глаза на мага. — Что с Борисом?

— Ну, а сами вы как думаете, молодой человек? — улыбнулся мне противной улыбкой Марк Август, но уже через секунду его лицо посуровело, а глаза перестали источать показное добродушие. — Так что, по рукам?

— Знаете, что я вам скажу, — поднял я взгляд на мага, — идите-ка вы оба в задницу!

С этими словами я напряг все свои силы и попытался метнуть свой клинок в сердце мага. Рассуждал я, как мне казалось, вполне здраво. Передо мной не вурдалак, отрезать ему голову не обязательно. Он всего лишь человек из плоти и крови, а раз так, то и убить его таким образом — вполне посильная задача. Оставалось лишь уповать на мою ловкость и везение. Я никогда не занимался метанием ножей, но отчего-то мне сейчас казалось, что на таком расстоянии да с таким отличным оружием у меня непременно все получится. И думаю, при прочих обстоятельствах так оно и вышло бы. Если бы не одно «но» — в момент начала броска я понял, что где-то просчитался. Моя рука попросту не шевелилась. Я ее чувствовал, осязал ладонью костяную рукоять ножа, но пошевелить не мог. Я запаниковал. Очевидно, что я не могу причинить магу сколь бы то ни было весомый ущерб, а значит, у меня остается лишь один выход. Да, я возьму этот грех на себя, мне все одно не жить. Да, я убью Веру, но для нее это будет избавлением. Как, впрочем, и для меня. Слезы градом лились из моих глаз и падали на волосы моей сестренки.

— Прости меня, Вера… — прошептали мои губы.

Я напряг все свои силы и хотел уже перерезать горло своей сестры, но и тут моя рука отказалась повиноваться. Более того, сейчас я даже не понимал, останавливает меня от этого шага маг или же я сам не могу преодолеть этот барьер.

— Жаль, Горин, — поцокав языком, сказал маг. — Я был о тебе лучшего мнения. Предпочесть смерть сестры ее бессмертию — это нужно еще постараться.

С этими словами он легонько повел своей рукой, и меня оторвало от пола. Уже в следующее мгновение чудовищная сила припечатала меня к стене. Я не мог ни вздохнуть, ни пошевелиться. Попытался закрыть глаза, чтобы выйти из тела и уже в посмертии дать магу бой, но и этого не смог. То ли я был еще слишком слаб для такого противника, то ли маг был попросту опытнее меня, не знаю. Но что я знал наверняка, так это то, что сестра моя в скором времени превратится в чудовище, а я не могу ни убить ее, ни отомстить. Меня объяло такое дикое чувство безысходности, что хоть волком вой. Но я не мог сейчас и этого — грудь сдавило с такой силой, что я был не в состоянии ни вдохнуть, ни выдохнуть. И самое страшное, что при всем при этом гребаный маг не позволял мне провалиться в беспамятство. Мне оставалось лишь ждать развязки этой жуткой сцены, ждать в здравом уме и светлой памяти. И, конечно, во всей этой истории горше всего было осознавать, что я не смог уберечь Верку. Мою маленькую Верочку. Сестренка, как же я виноват перед тобой…