Ворожей Горин – Посмертный вестник (СИ) - Ильичев Евгений - Страница 56

В общем, я был готов к честной и, возможно, последней драке в своей жизни. Реальность же встретила меня иначе. От вероломной вурдалачки я ожидал чего угодно, но только не той реакции, которую она мне продемонстрировала. Открыв глаза и ощутив сильнейшую головную боль наряду с тяжестью мертвого тела только что упокоенного мной упыря, я услышал… аплодисменты.

— Горин, зайка моя, да ты зубастый, оказывается! Браво!

— А помочь ты мне не хочешь? — пропыхтел я, пытаясь спихнуть с себя мертвое тело.

— Ммм, нет, — улыбнулась мне Алиса, развернулась и бодро зашагала к машине. — Хватит валяться, ворожей, у нас еще как минимум три адреса, — крикнула она мне, даже не обернувшись.

Делать было нечего, пришлось вставать самостоятельно. Схватив с земли нож Алисы и запихивая его себе за пазуху, на ватных ногах и слегка покачиваясь, я поплелся за вурдалачкой. Интересно, какую она игру со мной затеяла? Я же четко видел, что она не собиралась мне помогать, она просто стояла и смотрела на то, как ее более дикий сородич выдавливает из меня жизнь. Не помогла Алиса и тогда, когда упыриха пыталась меня разорвать пополам. Пальцем не шевельнула. Сейчас же она готова к сотрудничеству и даже поторапливает меня? Не вязалось такое поведение с тем, что я видел. Собственно, первым делом в машине я задал ей все эти вопросы. Просто и без утайки, так сказать, в лоб. Признаться, я рассчитывал смутить вурдалачку и по ее реакции понять, что задумали ее кураторы из Курии. Но мой «финт ушами» провалился. Мои вопросы и предъявы вообще никак не смутили беспардонную девицу.

— А чего ты хотел, Горин? — сразу перешла в контратаку Алиса. — Что я буду выполнять за тебя твою работу? Ты, часом, берега не попутал? Незарегистрированный высший вурдалак действует самостоятельно и никакого отношения к Курии не имеет. Не это ли тебе моя мать говорила?

— Мать? — удивился я. — Я не знаком с твоими родственниками, прости.

— Я о Марте говорю, — раздраженно отреагировала на шутку Алиса. — У нас принято называть глав семей матерями или отцами. В зависимости от гендера, как ты понимаешь. Никакой ЛГБТ-повестки, если что — кем основатель семьи при жизни был, тем и остался в своем вурдалачьем посмертии.

— Да уж, вурдалакам будущего не позавидуешь, — съязвил я. — Если мировые тенденции продолжат свое победоносное шествие по миру, то Курией будут править родитель 1 и родитель 2.

— Маловероятно, мы живем веками. Но мне кажется, тебе не это интересно, — я кивнул. Кого и как называют у этих кровопийц, меня волновало мало. — В таком случае, — продолжила Алиса, круто выруливая на Садовое кольцо, — ты должен помнить ваш с Мартой уговор. Курия не вмешивается в ваши дела и прощает вам беспредел, который вы учинили, упокаивая наших возможных сородичей. Вы же, в свою очередь, разыскиваете для нас беглого высшего вурдалака. Точнее, обоих вурдалаков. Именно для этого я и была направлена Мартой. Помочь выследить их, но не более того. То, как вы собираетесь с этими вурдалаками справляться, уже не наше дело. Справитесь — хорошо, а нет — тогда, может, и мы подключимся. Я тебе уже говорила, ворожей, что никому в мире Ночи доверять нельзя. Мы с тобой не друзья. Да, сейчас мы на одной стороне, но тем не менее мы не друзья! Чем больше людей Совета погибнет при задержании этой вурдалачки, тем для нас лучше. Тебе это ясно?

Такой длинный монолог мне было очень трудно вытерпеть. Смысл этой тирады был ясен в самом начале, рассусоливать было уже ни к чему. На самом деле, мне сейчас было очень плохо. Во-первых, упыриха все же причинила мне ущерб, суставы болели нещадно. Кроме того, в моей крови, похоже, упал уровень адреналина, зашкаливавший во время боя. Если коротко, у меня банально начинался «отходняк». Кроме того, манера вождения Алисы отнюдь не способствовала спокойному восстановлению моего организма. Если все упыри, которых мы найдем сегодня, окажут такое же сопротивление, я не ручаюсь, что вывезу. Даже с учетом новых открытий в плане наших с силой отношений.

Но жизнь не была бы столь интересной, если бы сейчас не произошло нечто экстраординарное. Только Алиса умолкла, как у меня в кармане затрезвонил телефон. Еле сдерживая тошноту, я достал трубку. Звонил отец Евгений.

— Да, — коротко ответил я, ожидая хороших новостей.

— Как у вас дела? — начал не с того, что я хотел бы услышать, священник.

— Упокоил одного упыря. Зова пока нет. Едем на следующую точку. У Алисы есть какой-то хитро выдуманный план по выслеживанию вурдалачки, — коротко доложил я.

По напряженному молчанию в трубке я понял, что у моего наставника не все гладко в плане спасения Веры.

— Товарищ полковник, а вы чего это так подозрительно умолкли? — осторожно начал я подбираться к самой важной для меня теме.

— Мы тоже прибыли на место, Гриша. Ты только не пори горячку…

Мое сердце, предчувствуя самое ужасное, замерло и словно упало куда-то вниз, да так там и осталось лежать недвижимо.

— Что с сестрой? — не своим голосом спросил я.

— Мы ее не нашли.

— Что?

— Сказал же, не нашли мы Веру! — огрызнулся священник. Правда, быстро сообразил, что я не тот, на ком следует сейчас срываться, и продолжил уже более спокойным тоном. — Прибыли мы по адресу, а там никого нет. Просто жилая квартира. В ней семья проживает — мать, отец, ребенок. Хорошо хоть проверили, а то я был готов уже штурмовать.

— А Звягинцев что? Это же он адресок назвал.

— Мертв Звягинцев, — тяжело выдохнув, ответил священник.

— То есть как — мертв? — словно не понял я слов священника.

— Его тело нашли недалеко от вашей квартиры. Давно нашли. При нем не было документов, а потому его не сразу опознали…

— Так, стоп, я ничего не понимаю. Вера где?

— Мы не знаем, Гриш.

— Что значит — не знаете? Вилкина отрядила следить за тем чуваком Звягинцева. Он следил, потом звонил ей и докладывал, что, мол, выследил. Что могло пойти не так?

— Не звонил он ей, Григорий. Точнее, звонил, но не он.

Я уже ничего не понимал.

— А кто тогда звонил Вилкиной?

— Не знаю. Возможно, тот, кто все это организовал.

— С чего ты взял, что это был не Звягинцев?

Я был так взбудоражен, что уже не обращал никакого внимания на то, как ведет машину Алиса. А она, на минуточку, разве что через Москву реку не прыгала с одной стороны на другую и обратно. Я тупо смотрел на калейдоскоп сменяющихся друг за другом картинок в лобовом стекле, держался мертвой хваткой за ручку, вмонтированную в потолок, и болтался из стороны в сторону при каждом вираже. А в это время в трубке звучал голос отца Евгения:

— Потому что в момент звонка труп Звягинцева уже нашли местные жители и вызвали полицию. Нас пустили по ложному следу, Гриша. Вера пропала. Мы просматриваем все местные камеры наружного наблюдения. Я подключил весь свой ресурс. Слушай внимательно, — священник говорил быстро и сбивчиво, что давало мне повод для паники, — сейчас ты и Алиса — единственная ниточка к ее поиску. Найдем вурдалачку — найдем и Веру.

Глава 21

А вот и морковка, которую подвесили перед моим носом. Какой же я осел все-таки, что повелся на всю эту фигню!

— Что случилось? — довольно участливым тоном спросила Алиса.

— А то ты не слышала…

Не отрывая взгляда от дороги, вурдалачка поджала губки и кивнула.

— Слышала, — призналась она.

Какое-то время мы просто ехали — ну, если только это безумие можно было назвать просто ездой. Наконец, Алиса свернула в очередной переулок и лихо сдала задним ходом в закрытый шлагбаумом дворик. Крепкий зад ее «Паджерика» удар выдержал, чего не скажешь о выломанном с корнем шлагбауме.