Хозяин ночи - Морриган Лана - Страница 8

– А я понимаю. Я жду тебя, Р-р-рада.

Мне хотелось рычать от отчаяния.

– Я не успею добраться до ресторана за тридцать минут, – сказала я. Смысла продолжать спектакль больше не было. Господин Немиров оказался более принципиальным, чем я думала, а Кристина откровенно сглупила. Не удивлюсь, если она в своей манере сболтнула лишнего, разыгрывая дурочку.

– Постарайся, – ответил Немиров и сбросил вызов. – Иначе приеду сам.

Мне оставалось только зло поджимать губы и придумывать всяческие ужасы, что могли бы случиться с мужчиной в отместку за его хамство.

Я аккуратно вернула телефон на подставку, залпом допила бокал белого вина и, буквально скрипя зубами от злости, вылезла из ванной, поспешно вытирая пенное тело махровым полотенцем.

– Постарайся, – повторила, отбросив полотенце.

За тридцать минут я едва могла успеть нанести макияж, поправить прическу и выбрать платье. Не хотелось бы еще больше унижений в один вечер, когда охрана в Ирисе укажет мне на выход.

Пришлось приводить себя в порядок в буквальном смысле на ходу. Чтобы не сушить влажные волосы, я зафиксировала их гелем, придав еще больше мокрого эффекта. Надела черное платье, контрастные красные туфли и вместо вечерней сумочки взяла настоящий баул, накидав в него косметики.

– Серканчик, у меня рабочая встреча, – я пояснила проснувшемуся песику свой уход. – Не жди меня, ложись спать.

Стоя у подъезда и ожидая такси, я успела скрыть покраснения тональником и садилась в автомобиль со щеточкой для бровей в зубах и зеркальцем и сумкой в руках.

Водителя было трудно удивить. Он спросил:

– Аккуратнее везти?

– Но быстро.

Мужчина покачал головой и сделал погромче музыку.

Кроме внешнего вида мне хотелось бы привести в порядок голову и подготовиться к очередной встрече с господином Немировым. Были мысли написать Кристине несколько уточняющих сообщений, но что-то подсказывало, что он ее еще не отпустил и, скорее всего, телефон девушки у него.

Я не ошиблась.

Массивную фигуру хозяина Ночи я без труда нашла в зале ресторана. Стоит отметить, что столик он выбрал не в укромном уголке, как часто любили делать это клиенты, рассчитывая на особый десерт.

Кристина сидела напротив Немирова. Бледная, растерянная. Ее взгляд был устремлен в скатерть. Со стороны можно было подумать, что пара в ссоре. В сильной ссоре.

– Добрый вечер, – произнесла я, равняясь со столиком.

Мужчина поднял голову, нахально оценил меня, просканировав от головы до острых носков туфель.

– Ну вот и твоя руководительница. Жива и здорова, – он шумно втянул воздух. – И пахнет абрикосом. Скраб? – уточнил, насмешливо изогнув губы.

– Пена для ванной, – ответила я.

Не знаю, о чем думал сейчас Немиров, но мне хотелось вывалить содержимое его тарелки на шикарные светлые брюки в клетку.

Пижон!

– Я свободна? – заискивающе уточнила Кристина не у меня. У Давида Романовича!

– Свободна, – одним пальцем он брезгливо придвинул к ней телефон.

– До свидания, Давид Романович. До свидания, Рада Артемовна, – она переставляла пошатывающие ножки, согнутые в коленях.

– Что можно сказать девушке, что она едва идет от страха? – спросила я, глядя на Немирова.

– Что я не люблю ложь, – ответил он. – Присаживайся. Что будешь? – он жестом подозвал официанта и попросил принести меню. – Здесь шикарное мясо.

– Я знаю, – вышло грубо, и пришлось добавить: – Спасибо. Но я люблю морепродукты.

– Отлично. Выбирай. Вина?

– Давид Романович.

– М? – мужчина смотрел на меня так, словно ничего не произошло. Вот бы мне его уверенность и наглость.

– Я уже поужинала. И мы договаривались, что вы озвучите решение по поводу договора.

– А еще мы договаривались, что сюда, – мужской палец несколько раз ударил по столу, – придешь ты.

– Я действительно неважно себя чувствовала. У меня слабый желудок.

– Про желудок ты не врешь, а вот остальное, – он отрицательно покачал головой. – Принесите моей спутнице что-то легкое. Морепродукты. И вина, раз она начала праздновать подписание, – сказал он официанту, ожидавшему в метре от стола.

– Я не буду алкоголь.

– Нет, будет.

Официант еще пару секунд подождал и, не получив больше указаний, ушел.

– Хотите меня напоить? – спросила я, наблюдая за тем, как Немиров с жадностью, по-мужски ест полусырое мясо.

– Хочу тебя.

– Хм, – я не была готова к такой откровенности. Обычно мужчины старались произвести впечатление, сладко пели в уши… – Это в обмен на аренду? – я наконец подобрала слова.

Немиров отрицательно покачал головой.

– Но, если ты хочешь в обмен, я не откажусь, – он вытер губы салфеткой и широко улыбнулся. – Не нужно так смотреть на меня, Р-р-рада. Ты предложила, я согласился.

– Это был сарказм.

– Я в нем не силен, – сообщил он, протягивая мне папку, что все это время лежала на краю стола. – Мой юрист ознакомился и дал добро.

– Но?.. – я не верила, что Давид Романович сделает что-то просто так.

– Никаких “но”. Мы ужинаем, я отвожу тебя домой и…

– И?..

– И ты меня благодаришь.

– Словесно?

– Ну орально я тоже люблю, – и ни капли неудобства или смущения. Уверена, за соседними столиками нас слышали. – А ты, Р-р-рада?

– И как часто это срабатывает? – забрала папку, не отводя взгляда от мужчины. Нельзя тут как с агрессивной собакой или… придурковатым соседским подростком в подъезде, который решил порисоваться.

– Что именно?

– Поведение. У меня есть писька, я обязательно ее тебе покажу?

– Так про член ни слова не было, – ответил Немиров. – Но если тебе так неймется посмотреть, то… – он со скрипом отодвинулся на стуле. – Кто я такой, чтобы тебе отказывать, – расстегнул ремень на брюках и взялся за пуговицу, когда к столику подошел официант и поставил передо мной бокал с вином.

– Простите, – парень вежливо улыбнулся Давиду Романовичу, – у нас в зале есть несовершеннолетние.

– Да?! – тот удивленно осмотрелся. – Ну не судьба, Рада. И не проси больше. Не проси, – он поправил одежду. – Она у меня такая страстная. Принесите еще стейк. Аппетит разгулялся.

– Без проблем, – отозвался официант. – Вам? – обратился ко мне.

– Ничего. Мне будет достаточно заказанного, – ответила я, открывая папку и перелистывая бумаги.

– Я уже проставил даты, осталось только подписать, – сообщил мне Немиров деловым тоном, словно минуту назад и не было неудобного разговора. – Поужинаем и подпишем.

– Поужинаем и подпишем, – повторила я, закрывая папку и откладывая ее на край.

– Так почему ты решила проигнорировать меня? – спросил он.

– Вы не мой типаж, Давид Романович. И не хотела ставить деловые отношения под угрозу.

– М-м-м, – протянул он. – А вот ты определенно мой типаж.

– А как же юные блондинки? – я не удержалась, чтобы не съязвить.

– Так ты опять о себе, Рада.

– Так я сплошь разочарование. Юность покинула меня лет семь назад, а мой натуральный цвет волос – русый.

– Какая неприкрытая попытка разочаровать, – Немиров сокрушенно покачал головой.

– Я лишь сказала правду. И когда я не держу спину прямо, а так я делаю часто, если одна и меня никто не видит, на животе некрасивая складочка. Две. Поперек.

– Было бы страшнее, если вдоль. А у меня волосы на груди, – парировал он.

– Для мужчины это не криминально.

– Ваш сет с морепродуктами.

Я была готова расцеловать официанта!

– Спасибо, – поблагодарила я, переключая внимание с Немирова на других гадов. Морских.

– Устрицы повышают потенцию, – пояснил Давид Романович, пока я воспользовалась влажной салфеткой.

– Могу с вами поделиться.

– Сомневаешься в моих возможностях?

– Никаких сомнений. Я их не ем.

– Серьезно? Я думал, что все девушки предпочитают устриц.

– Возможно, они их предпочитают, потому что это модно и дорого.

– А что же любишь ты?

– Я люблю раки с пивом и печеную на костре картошку. А еще холодец с хреном и маленькую сушеную рыбку, от которой с утра просыпаешься азиатом. И черный хлеб с солью и горчичным маслом, – выдала я, не упомянув, что после подобных трапез приходится еще усерднее пахать в тренажерном зале. Это в двадцать можно было без последствий съесть ведро мороженного, запить газировкой и шлифануть все бутербродом с копченой колбасой. А сейчас подобное комбо вызовет вздутие и бессонную ночь.